Патриот. Смута. Том 19 (СИ) - Колдаев Евгений Андреевич - Страница 6

— И что же случилось? Я слышал, что мы отправили московитам наемников. Это гениальный ход. Они воюют против Речи Посполитой, а мы не платим им. К тому же они разоряют своим походом земли московии. Не бывает же так, чтобы войско шло через чью то землю и не пожирало ее. — Принц прищурился, продолжил. — Или что-то пошло не так? Проклятым панам сопутствовала удача?

— Все несколько сложнее, ваше высочество. — Склонил голову Юхан.

— Я же просил без всего этого, учитель мой. — Махнул рукой принц. Рука его дотронулась до нарезанных яблок. Секунду, казалось, он раздумывал, но все же подхватил кусок и отправил его в рот. Заработали челюсти.

— Да, прошу простить. Делагарди…

— О, этот славный воин. Он принес нам победу?

— И да и нет.

— О, я хочу знать. Если отец собирает войско, то. Неужели Якоб погиб, а наши славные воины застряли в этой бескрайней восточной стране?

— Это долгая история.

— У нас впереди целая ночь.

Двое собеседников принца вновь переглянулись.

— Пожалуй, начну я. Твой верный помощник и соратник. — Улыбнулся Оксеншерна. — Думаю ты слышал, что Сигизмунд…

— Проклятый отступник. — Скривился Густав. — Его имя…

Да, ненависть родственников друг к другу была налицо. И не удивительно, латинянин и протестант, оба претенденты на шведский трон. Есть что делить и есть из-за чего ненавидеть.

— Да, он самый. Он осадил Смоленск. Крупную крепость на границе Речи Посполитой и Московии

— Знаю. Надеюсь он застрял там надолго.

— Хуже, но пока не об этом.

— О, я хочу знать все.

— Если кратко. Делагарди и наемники, о которых вы упомянули, отлично справлялись. Но потом в дело вступила некая неведомая сила, пришедшая с юга.

— Татары? Вроде бы мой отец должен был говорить с их человеком. Был план купить их и договориться о войне с Речью Посполитой. Это обсуждалось еще до моего отъезда.

— Да, мой принц, вы хорошо осведомлены. — Склонил голову Юхан.

— Так что же дальше?

— Делагарди двинулся навстречу этой силе и оказалось, что это еще один самозванец.

— О, на Руси их так много. — Усмехнулся Густав. — Из того, что я успел услышать, мне кажется, что каждый полковник у них имеет при себе какого-то ставленника на престол. Сущее варварство. Надеюсь наш славный лев разгрыз глотку этим лживым псам?

— Да, мой принц. — Продолжил Юхан, потом смешался. — То есть нет.

— Как⁈

— Делагарди в плену у самозванца.

Повисла тишина.

— Это… Этого не может быть. — Сокрушенно проговорил Густав Адольф. — Как такое… Якоб же учился у голландцев. Там были лучшие наемники. Как они могли… Предательство! — Наконец-то выкрикнул он. Иного объяснения плену лучшего шведского полководца он не нашел.

— Да. Мы тоже так думаем. Но этим все не закончилось.

— О, Господь, что же еще? Какие удары судьбы пали на голову моего отца?

— Мы не очень понимаем как… — Продолжил Юхан. — Но войско наемников продолжило служить самозванцу.

— Нет! — Выкрикнул принц. — Как!

— Он повел их на Смоленск, как и было договорено.

— Каков хитрец. И платил им?

— Да.

— А этот человек, сущий дьявол. Не каждый решится вести в бой своих противников. — Принц заулыбался. — Как зовут этого хитреца? Я хочу знать.

— Игорь. Игорь, сын Василия. Говорят что он потомок Ивана Великого.

— О, эти русские все тянут от древнего Хрерика. Я слышал эти их легенды. Конечно же и он не мог обойти этого. Так что же дальше? — В глазах принца играл неподдельный интерес. — И что на это все ответил отец?

— Отец ваш, мой принц, собирает войско. Игорь прислал ему письмо, в котором… В котором очень нелицеприятно дал понять, что наши договоренности недействительны, но он готов говорить и договариваться, а не воевать.

— Хитер! А он хитер. Но, но почему так? Он что, думает что сможет одолеть нас? Лучшую армию севера. Лучше нас только Голландцы, наши учителя и возможно, возможно их противники Испанцы. Они слишком долго воюют и слишком хорошо знают друг друга. А когда воешь с сильнейшим, тоже становишься сильнейшим.

— Мудрые слова, мой принц. Но я продолжу. Этот Игорь разгромил наголову Жолкевского. По нашим сведениям из десяти тысяч всадников выжило около сотни.

Повисла тишина.

— Это… Жолкевский же…– Густав чуть не задохнулся от переполняющих его эмоций.

— Да мой принц. Там было около половины лучших рыцарей Речи Посполитой.

— Как?

— Этого мы не знаем.

— Колдовство! — Выкрикнул Густав, но тут же задумался. — А может… может он учился тоже у голландцев? Иного я не знаю. Господь, я хочу встретиться с этим человеком.

Двое собеседников с опасением посмотрели друг на друга. Разговор шел куда-то не туда. Им нужно было вывести принца на другие эмоции, внушить иные идеи.

Дальше Юхан рассказал про пленение Сигизмунда и про прочие события, о которых в швеции хоть как-то знали. О том, что этот Игорь сейчас где-то на севере и хочет вернуть Псков и Новгород.

— А разве Псков не часть Московии? — Спросил принц слушая историю со все более открывающимся ртом.

— Мой господин. — Теперь говорил Аксель. — Мы… Мы решили, что отделившийся Псков будет более интересен нам. Я и моя семья поддержали нужных людей и, естественно не официально, не явно, сделали так, что в этом русском городе решили, что они свободны от всех обязательств перед Москвой.

— Это замечательно. Слабый город легко падет нам в руки. Отец соберет войско и уже весной возьмет его. — Проговорил, отправив еще один кусок яблока в рот, Густав Адольф.

Двое говоривших с ним поняли, это тот самый, важный момент.

— Мой принц. — Начал учитель. — Ваш отец собирает войска, но он уже стар. Ему много лет, здоровье его не то. А зима долгая…

— О чем это ты? — Насторожился и сразу выставил стену в диалоге Густав.

— Я лишь хочу сказать о больших летах вашего отца и его слабом здоровье. В таком состоянии управлять армией…

— Мой отец потомок славного рода! Как и я! Уверен, он еще крепок.

— Мы тоже. — Юхан глянул на Акселя и тот включился в разговор.

— Друг мой. Ты сам просил говорить сегодня с вами как с другом,а не как с принцем, позволь я поясню что происходит здесь последний год.

— Я жду. — В голосе наследника престола звучала сталь и это не нравилось ни одному, ни второму его собеседнику. Да, им был нужен не юнец, но правитель. Но если в нем взросло то, что посадил отец, те зерна, приведшие к узурпации власти и оттеснении аристократии от управления государством, то может быть игра и не стоит свеч.

Но, здесь и сейчас нужно было уже как-то завершать конкретно эту партию. Одну из многих в большой игре.

— Последний год для твоего отца стал весьма тяжелым. — Максимально вкладываясь в сочувствующую интонацию, проговорил Аксель. — Война с Речью Посполитой в Ливонии. Мансфельд, верный и толковый полководец, но Ходкевич, этот лис лесов и болот. Он взял одну из очень важных крепостей. Оставил там гарнизон, а сам отошел на юг, экономит силы войска. Надеется, что соберет больше за зиму и весной вновь сделает вылазку. А мы… — Он тяжело вздохнул. — Мы слишком много сил отправили в Московию. Да, мы могли многое получить…

— Наемникам платит русский царь. — Голосом не приемлющим сомнений, проговорил Густав. — Даже этот самозванец. Из ваших слов я слышу, что он, несмотря на плен Делагарди, использует наших людей так, как было договорено. Он разбил проклятого Сигизмунда и пленил его! Это уже победа.

— Да, мой принц. — Склонил голову Оксеншерна. — Все так. Но этих сил очень не хватает в Ливонии. Так же. — Он вновь тяжело вздохнул. — Дания настроена очень и очень серьезно. Ей не нравится то, как мы ведем торговую политику…

— Ты же должен был решить эту проблему, мой друг. — Последнее прозвучало как укор.

— К сожалению я не всемогущ, мой принц. Я сделал все, что было в моих силах и даже больше. Я вернулся, чтобы поговорить с твоим отцом и завтра, когда он прибудет, надеюсь на это. Дания готовится к войне. Они видят, что мы слабеем. Видят, что твой отец стар и завяз в Ливонии, а часть сил отправил в Московию.