Эволюционный предел (СИ) - Красников Андрей Андреевич - Страница 4

— Большое спасибо.

Посещение рекомендованного заведения обошлось мне в кругленькую сумму, но аванс я уже получил, так что мог позволить себе немного расслабиться. Тем более, что весь остаток дня от меня больше никто ничего не требовал.

— Хотите попробовать наш фирменный эль?

— Разве что самую маленькую порцию.

— Одну секунду, мистер.

Вернувшись после обеда к себе домой, я разделся, некоторое время простоял под теплым душем, после чего добрался до кровати и без сил упал на гладкую простыню. Силы куда-то исчезли, глаза начали слипаться, а в голове между тем все отчетливее и отчетливее проступала не совсем привычная мысль — я начал понимать, что каким-то чудом вырвался из тягучей немецкой рутины, обменяв ее на американский ритм жизни, американскую работу и американские возможности. У меня действительно получилось это сделать.

— Получилось…

Утро следующего дня оказалось гораздо более нервным — выбравшись из кровати и приведя волосы в порядок, я долго расправлял складки на своем единственном костюме и думал о том, что для начала следовало озаботиться пополнением гардероба, а не изучением ближайших ресторанов. Но время было упущено, старт рабочего дня приближался и в конце концов мне пришлось выйти из дома в привычном облике небогатого европейского студента. Благо, что на фоне прохаживавшихся по тротуарам бездомных мой внешний вид не вызывал явного отторжения.

Пешком до института следовало идти минут двадцать, поэтому я не стал искать такси, а устроил себе короткое знакомство с районом. Чего-то сногсшибательного здесь не наблюдалось, самые большие небоскребы находились в стороне, однако глобальный достаток местных обитателей все равно чувствовался — даже несмотря на традиционный мусор, разрисованный асфальт и тех самых бездомных.

Я заметил на себе взгляд седого афроамериканца в грязной вязаной шапке, после чего быстро пересек улицу, вышел на Лексингтон-авеню и наконец-то окунулся в ту атмосферу деловой жизни, которая была знакома каждому жителю нашей планеты по многочисленным голливудским фильмам. Рядом со мной одно за другим проезжали обшарпанные желтые такси, чуть поодаль злобно сигналил большой двухэтажный автобус, вокруг мелькали спешившие по своим делам люди, а еще дальше начинались бесконечные офисные здания.

Нужный мне дом оказался не таким уж высоким, зато основательным — в отличие от соседей, он растянулся на целый квартал и выглядел еще одним реликтом позапрошлого века. Чувствовалось, что здесь была произведена серьезная реконструкция, однако менять внешний облик в угоду современным дизайнерским решениям никто не стал — новой выглядела только входная группа.

Временный пропуск сработал безотказно, охранники не стали выставлять меня за дверь, однако дальше я был вынужден убить около десяти минут на процедуру биометрической идентификации, в ходе которой мне пришлось сделать сканирование пальцев и роговицы. После этого сотрудник местной службы безопасности торжественно достал из холодного пресса именную металлическую карту и сообщил, что она открывает доступ к четвертому этажу здания.

Не больше и не меньше.

— Я могу идти?

— Конечно, мистер Шнайдер.

Приближался самый напряженный момент — согласно озвученному Дитрихом регламенту, я должен был встретиться со своим непосредственным куратором и получить от него точное задание.

— Хорошего дня… мисс, вы не подскажете, где найти кабинет Уильяма Ридли?

— Налево и до конца, — откликнулась скучавшая за стойкой блондинка, окидывая меня внимательным взглядом больших наивных глаз. — Курт Шнайдер, верно?

— Да, мисс.

— Вы опаздываете.

— Уже иду.

К моему несказанному облегчению, начальник не обратил никакого внимания на крохотный просчет по времени — когда я оказался в его кабинете и мы обменялись стандартными любезностями, он сразу же перевел беседу в деловое русло.

— Скажите, Курт, кто именно был вашим научным руководителем?

— Профессор Марк Фишер.

— Во время изучения вашей аттестационной работы у меня создалось впечатление, что его руководство являлось чисто номинальным. Не могли бы вы прояснить этот момент?

— Профессору не нравилась выбранная мною тема, мистер Ридли. Он старался от нее абстрагироваться.

— Но вы не захотели ее менять. Это похвально.

— Во время разговора с мистером Дитрихом он ясно дал мне понять, что моя работа выглядит не совсем качественно.

— Да, это так, — не стал спорить с очевидным фактом собеседник. — Вы распыляетесь между смежными темами, не можете определить для себя стержневую концепцию, чересчур максималистично относитесь к историческим фактам и оперируете не самыми точными данными.

— Все настолько плохо?

— Давайте я постараюсь объяснить вам главный принцип работы нашего института, — начальник оставил мой вопрос без внимания и принялся медленно раскачиваться в кресле, задумчиво глядя в сторону приоткрытого окна. — Мы работаем с идеями, Курт. Но идеи, которые здесь появляются, должны быть жизнеспособными. Нас не интересуют философские трактаты Шопенгауэра и Ницше, нас не интересуют вопросы экзистенциальных кризисов или осознания рядовой особи в качестве сверхчеловека, мы нацелены на сугубо практический результат.

— Я понял.

— Чтобы ваша теория получила шанс на дальнейшее развитие, вы должны сделать ее рабочей. Определите для себя доминирующую идею, создайте полноценную структуру второстепенных тезисов, обоснуйте их, а затем начинайте адаптировать итоговую модель к существующему обществу. Если у вас это получится, через год я одобрю пролонгацию вашего контракта.

— Я понял, мистер Ридли.

— На всякий случай приведу характерный пример. Вы очень часто упоминаете концепцию уничтожения неких абстрактных элит ради перехода к глобальному процветанию социума. В качестве отвлеченной философской теории такая концепция выглядит достаточно хорошо, но у меня сразу же возникает вопрос — можете ли вы оценить реальную возможность ее исполнения на текущем этапе развития общества. Если ответа на этот вопрос не предусматривается, то вашу работу можно смело отправлять в мусорное ведро.

— Я все понял.

— Очень рад, Курт, очень рад. Для вас подготовлен пятнадцатый офис, вы можете приступать к своим обязанностям в любое удобное время. Если возникнут какие-то вопросы или проблемы, смело обращайтесь ко мне. И я очень надеюсь, что через год нам будет, о чем поговорить.

— Да, мистер Ридли.

— Хорошего дня.

Выйдя от шефа, я несколько раз глубоко вздохнул, затем покачал головой и отправился искать свое новое рабочее место. Дверь пятнадцатого офиса обнаружилась далеко не сразу, зато легко открылась с помощью выданного охраной ключа, пропустив меня в маленький пустой кабинет. К счастью, несмотря на демонстративный аскетизм обстановки, здесь все же присутствовал стандартный офисный набор из удобного кожаного кресла, широкого стола, компактного дивана и выключенного компьютера.

Я осторожно потрогал монитор, затем снял пиджак, подошел к окну и выглянул наружу, чувствуя странную смесь из облегчения, воодушевления и легкой тоски по родному дому.

Новый этап моей жизни официально стартовал.

2110. Нью-Йорк

— Мистер Ридли, я бы хотел подать запрос на расширение отдела. Мне нужны помощники.

Сидевший в своем любимом кресле шеф ни капли не удивился — лишь расслабленно постучал пальцами по столешнице и окинул меня долгим испытывающим взглядом.

— Какие именно?

— Экономист, историк, биолог.

На этот раз мои слова все же вызвали у собеседника определенные эмоции — он вскинул брови, с легким недоумением покачал головой, а затем выбрался из-за стола и начал гулять по кабинету. Я не стал ему мешать и сосредоточился на крошечной чашке ароматного эспрессо, приготовленного специально для меня заботливой секретаршей. Напиток, как всегда, оказался изумительным.

— Курт, за последние четыре года вы стали нашим главным экспертом в области исторического социализма, — решил прервать затянувшуюся паузу начальник. — Это достижение вряд ли станет основанием для получения Нобелевской премии, но оно в любом случае достаточно серьезное.