Эволюционный предел (СИ) - Красников Андрей Андреевич - Страница 34

— Есть сигнал, — будничным тоном произнес один из помощников капитана, аккуратно двигая пальцами по сенсорной панели. — Стандартная частота.

— В смысле, сигнал?

— Принимается пакет данных. Идет расшифровка.

— Да говори уже, что там!

Дошедшее до нас послание оказалось текстовым — сразу после расшифровки бортовой интеллект высветил его на центральном экране и мы дружно погрузились в чтение. Я поймал себя на мысли, что опять жду какого-то непонятного чуда, но все оказалось гораздо прозаичнее — опередивший нас автоматический модуль успешно приземлился на планете, развернул там базу, провел кое-какие исследования и организовал добычу стандартных ресурсов. Не больше и не меньше.

— Атмосфера является ограниченно пригодной для дыхания, — задумчиво пробормотал стоявший рядом со мной Хансен. — Кислорода мало, сернистых газов много.

— Там можно дышать, — вслед за ним повторил Джонсон. — Это же сказка.

— Плотность атмосферы достаточная. Планета синхронизирована, однако магнитное поле присутствует.

— Надо же, мы не сдохнем от радиации.

— Заткнись, Крамар.

— Параметры идеальные, — медленно произнес Алонсо. — Выходит, не зря мы летели именно сюда.

— Идеальные? Это же куча дерьма, темная и вонючая.

— Там есть атмосфера, кислород, нормальная гравитация, магнитное поле и комфортная температура. Что еще тебе нужно? Стриптиз-клуб с девочками?

— Пошел на хрен, Шнайдер.

— Там очень темно, — пропустил мимо ушей нашу перепалку капитан. — Темно, зато тепло. Биологическая угроза отсутствует, вода в жидкой форме есть. Будем садиться.

— Сейчас?

— А что, у вас есть какие-то дела на орбите?

— Ну…

— Не слушай их, Карлос. Пора заканчивать это дерьмо.

Наш корабль был чересчур громоздким для того, чтобы спокойно осуществить посадку на атмосферной планете, однако базовая конструкция учитывала данный нюанс и предполагала разделение на отдельные модули. Самой главной ценностью, разумеется, являлся жилой отсек — его предполагалось сажать с повышенной осторожностью. А для экипажа так и вовсе была подготовлена отдельная капсула, способная к ограниченным маневрам.

— Мы постараемся высадиться рядом с базой, однако точного позиционирования я вам обещать не могу. Наденьте скафандры и будьте готовы к пешей прогулке.

— Начинай уже, хватит болтать.

— Спокойно, мистер Хансен. Через несколько часов будете ходить по земле.

— Если бы по Земле…

Следующие три часа наш корабль осторожно сбрасывал с себя лишние модули, рассчитывал траектории приземления и сводил все полученные данные в единую систему — чтобы опустить каждую из обособленных частей в заданный район планеты, но не угробить при этом стоявшую там базу, требовалось приложить некоторые усилия. Хорошо еще, что бортовой компьютер создавался в том числе и с расчетом на эту задачу.

— Начинаем спуск. Будет потряхивать.

Капсула отделилась от главного корпуса, успешно вошла в плотные слои атмосферы, нас пару раз швырнуло из стороны в сторону, а затем обещанная тряска стала постоянной — обеспечивавшие торможение и корректировку двигатели спокойно делали свое дело, не особенно заботясь о нашем комфорте.

— Меня… сейчас… стошнит…

— Терпи…

Я и сам ощутил подкативший к горлу ком, но в какой-то момент тряска завершилась сильным толчком и капсула начала спокойно покачиваться из стороны в сторону. По крайней мере, у меня сложилось такое впечатление.

— Парашюты сработали штатно, — доложил сидевший где-то надо мной капитан. — Расслабьтесь, конкистадоры, все уже позади.

— Меня сейчас стошнит.

— Терпи, осталось совсем чуть-чуть.

— Давай быстрее!

— Как он тебе быстрее сделает, придурок старый?

— До приземления десять… девять… восемь… семь… шесть…

Наше керамическое яйцо с хрустом впечаталось во что-то очень твердое, я ощутил резкую боль во всем теле, но противоперегрузочное кресло справилось со своей работой, поглотив энергию удара.

— Дверь открой, — тут же раздался задыхающийся голос Хансена. — Открой дверь, иначе я сдохну!

— Температура обшивки больше тысячи градусов, — ответил Алонсо. — Она вас изжарит.

— Насрать! Я сейчас блевану!

— Карлос, у нас же скафандры. Выпусти его.

— Как скажете, Курт.

Сразу три бортовых панели с протяжным скрежетом упали наружу, открывая нам вид на бескрайнюю темную равнину. Хансен тут же отстегнул страховочные ремни, неуклюже вывалился из капсулы, после чего разразился потоком черных ругательств и начал сдирать с головы шлем. Как только процесс был завершен, его тут же стошнило.

— Высадка мечты, — прокомментировал ситуацию Линнер. — Получается, этот старый мудак первым ступил на землю чужой звездной системы?

— Иди… на хрен…

— Мы вычеркнем его изо всех сводок, — пообещал я, возясь с карабинами. — Не заслужил.

— Подождите, — неожиданно воскликнул Наиль Джонсон. — Подождите!

— Чего еще?

— Мы должны дать название планете. И нашему будущему городу.

— Может, не сейчас?

— Именно сейчас, в момент открытия.

— У планеты официальное название есть, Барнард-один. Вряд ли мы имеем право его менять.

— Это шаблонный индекс, — отмахнулся экономист. — Нужно придумать что-нибудь звучное.

— Надежда?

— Какая, к хренам, Надежда? Мы здесь просто сдохнем.

— Пусть будет Утопия.

— Иди ты со своими названиями в задницу. Нормальное что-то придумать можешь?

— Остин, — неожиданно предложил отдышавшийся Хансен. — В честь города.

— Решил подлизаться к Кайзеру? А какой смысл, если он давно в могиле?

— Нью-Вашингтон!

— Да пошел к черту этот Вашингтон, — возмутился я. — Давайте тогда уж Нью-Берлином ее назовем.

— Засунь свой Берлин себе в задницу!

— Вы все идиоты, — важно сообщил Линнер. — Название должно быть символическим и тесно связанным с историей. Мне нравится Новый Вавилон.

— Символ грядущего падения и разрухи? Отличная идея.

— Сам дурак.

— Эдем отлично подойдет.

— Хрень это, а не Эдем.

— Тихо всем! У нас есть штатный капитан, который до сих пор является руководителем миссии. Пусть он и решает.

— Шнайдер прав, — внезапно решил поддержать меня Крамар. — У капитана мозги точно лучше ваших работают.

— Хорошая идея.

— А это обязательно? — поинтересовался Алонсо. — Я о названиях.

— Да какая тебе разница? Хотел войти в историю, вот и входи.

— Мне нравится стандартный космический индекс, Барнард-один.

— Шнайдер, ты идиот.

— Заткнись. А город как назовем?

— Мне бы хотелось увековечить имя президента, при котором наш полет стал осуществимым, — после небольшой паузы ответил капитан. — Пусть будет Янковский.

— Вот и отлично. Теперь-то мы можем выйти?

— Можем, — разрешил Наиль. — Давайте уже.

Первое знакомство с чужим миром получилось не совсем таким, как мне представлялось — совсем рядом полыхали жаром части обшивки, в нескольких шагах от капсулы отплевывался и хрипло дышал Хансен, за спиной нудно переругивались коллеги, а непривычная гравитация стремительно высасывала из меня последние силы, заставляя с ностальгией вспоминать космический перелет. Ощутить какой-то восторг было чертовски сложно.

— Там солнце. Красное.

— Это не Солнце, а Барнард.

— Солнце — в смысле звезда, старый кретин.

Я покрутил головой и увидел обнаруженную спутниками звезду — массивный багровый шар висел достаточно высоко над горизонтом, то и дело скрываясь за пролетающими по небу облаками. Какого-то особенного тепла от него не шло, но копошившийся рядом Хансен чувствовал себя более-менее сносно и замерзать не собирался.

— Воняет здесь, как на свалке.

— Шлем надень, экспериментатор. Где вообще база?

— Вон там, — показал оглядывавшийся по сторонам капитан. — Я уже отправил запрос, скоро к нам приедет вездеход.

— Отлично.

Длинная приземистая машина выползла из сумрака минут через пять, бесшумно приблизилась к нашему отряду, а затем остановилась, гостеприимно распахнув двери. Вокруг тут же началась деловитая суета — капитан полез внутрь кабины, его ассистенты вспомнили о прилетевшем вместе с нами андроиде и ушли его будить, а мы занялись перемещением цеплявшегося за свое инвалидное кресло Линнера в грузовой отсек. Пассажирских мест конструкция вездехода не предусматривала, ютиться в тесном трюме никто из нас не хотел, так что в конце концов следить за Карлом остался именно вытащенный из капсулы робот — все остальные расположились на корпусе грузовика, стараясь не упасть оттуда под колеса. Сразу после этого аппарат плавно сдвинулся с места, развернулся и покатился в сторону базы.