Очень приятно, Царь! На посошок (СИ) - Бергер Евгений - Страница 1

Annotation

Кулинария - это искусство! Нет ничего приятнее, чем доставлять удовольствие всем окружающим. Но самое главное, мир вкусов - это бескрайнее поле, где ты можешь сотворить всё, что угодно. Еда одинаково важна для всех! И плевать, простой ты человек, эльф, хоббит, зооморф или же сбежавший из Ада Князь Тьмы.

Очень приятно, Царь! На посошок

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Очень приятно, Царь! На посошок

Глава 1

— Зима близко… — Дядя Рубен взглянул через окошко на стоянку мотоциклов банды Биг Би: — Мне не даёт покоя одна мысль.

— Какая? — Колян уже во всю тёр сыр.

— Вот Дерек взял себе автомобиль. Так? А что, если эта зима выйдет снежной? Ребята не смогут передвигаться по городу на мотоциклах.

— Хотите взять ребятам кей-кары? — уточнил я, замешивая тесто.

— Кей-кары — это в лучшем случае. Слышал я… что не так давно в Подольске открылся миниатюрный заводик по созданию электрических машин. Маленькие такие. Размером с «Матиз». И цена копеечная. Вот, думаю — озаботиться и взять несколько штук.

— Хм… — я представил наших крутых байкеров на маленьких машинках и стало очень смешно: — Боюсь, они этого не выдержат. Байкерское кредо не позволит.

— Ой, кредо или нет — у нас бизнес! Я плачу ребятам не для того, чтобы они тут про своё кредо рассказывали. К тому же, они и без того занимаются доставкой. Крутой чоппер или неоклассика с огромной термосумкой смотрится тоже не мускулинно. И совсем не брутально, если ты про это.

— Согласен. В целом, я думаю, что это неплохая идея. Единственный вопрос — где вы будете их заряжать?

— Кину удлинители. Пускай заряжают ночью.

— И дверь с окнами будут открыты?

— Ой… Всё равно тут везде камеры. Да и к тому же — кому взбредёт в голову грабить «Шашлычок»? — усмехнулся Дядя Рубен. Вот он — истинный «отец района».

Двери на кухню распахнулись, и к нам влетел запыхавшийся Биг Би.

— О! Костян! — обрадовались мы с Коляном: — Давно тебя не видно.

— Родительские обязанности… Они такие. — выдохнул волк, налил себе стакан воды и мигом осушил: — Фу-у-у-у-ух… Ребята! В общем, у меня проблемы.

— Что такое? — Дядя Рубен тут же нахмурил свои густые брови.

— Там это… Сестра Сони. В общем, если вы не сильно заняты… Послушайте её, пожалуйста. У меня без мата не хватит духу это рассказать! Вот честно слово. — махнув пушистым хвостом, ответил Биг Би.

Соня — жена Биг Би, была крайне боевым и очень позитивным зооморфом. А ещё очень любящей и заботливой мамой. Столько историй про неё из уст Костяна слышали… Но вот про сестру, честно говоря, я узнал только сейчас.

— Ладно! Сейчас разберёмся! Парни! За мной. — скомандовал Дядя Рубен, и мы вышли в пустынный зал.

Там, среди перевёрнутых стульев и активно прибирающихся Глаши с Вовчиком сидела милая девушка-волчица. Одета она была в розовое платье официантки с белоснежным передником. Хуан, превратившийся обратно в енотовидную собаку, сидел рядом, изо всех сил изображая обычное домашнее животное. Не сдержавшись, он положил свою наглую морду на колени грустной незнакомки. Та всхлипывала и поглаживала его за голову, от чего мохнатый любитель девушек неистово прикайфовал.

— Тьфу ты… Всё-таки придётся просить Валерона. — тихо вздохнул Колян.

— Здравствуйте, милая леди! — Дядя Рубен присел к волчице и протянул массивную руку: — Меня зовут Рубен.

— Кира… — всхлипнув, ответила грустная официантка, и попытавшись улыбнуться, пожала огромную ладонь здоровяка.

— Очень приятно! Это Искандер. А это Николай. А это… Хуан. — Дядя Рубен очень недобро посмотрел на йоборотня. Но тот лишь вопросительно наклонил голову, как обычно делают настоящие собаки, когда чего-то не понимают.

— Рада познакомиться. — официантка продолжила грустно наглаживать балдеющего Хуана.

— Костя сказал, что у вас… проблемы?

— Ах, если бы это можно было обозвать таким простым словом. — Кира печально опустила волчьи ушки: — Я не люблю напрягать людей. Не знаю, зачем Костя притащил меня сюда… Мне так неловко.

— Хорошо. Это ваше полное право. Но… может быть, вы хотите чаю? — глаза Дяди Рубена источали отцовскую заботу.

— Да. От чая я никогда не отказываюсь. — всхлипнула Кира и, наконец-то, подняла взгляд на нас. За долю секунды её лицо изменилось: — Господин Цареградцев… И Господин Смирнов⁈ Из Харитоновки⁈

— Они самые. — кивнул я и направился за барную стойку: — Какой чай предпочитаете?

— Любой. Лишь бы горячий. — волчица сперва замахала хвостом, но затем вспомнила, что у неё случилась какая-то трагедия и тут же снова стала грустной: — Я смотрю ваши трансляции. Мне очень нравится… А ещё моя подруга ваша дикая фанатка… Понимаю, что прозвучит нагло, но вы сможете оставить автограф для неё?

— Не вопрос. — я заварил ей чёрный с бергамотом. Строгий, освежающий и очень глубокий.

— Может быть, хотите перекусить? — уточнил Дядя Рубен: — Парни, как раз тесто для хачапури поставили. У них скоро драка по этой теме.

— Простите… Кусок в горло не лезет. — вздохнув, ответила волчица.

Быстро замешав в чашку пару ложек сахара, я аккуратно поставил ароматную композицию прямо перед Кирой.

— Вот! Прошу.

Волчица с благодарностью приняла чашку. Сделала глоток. А затем… заплакала ещё пуще прежнего.

— Боже, да что случилось⁈ — не удержался я: — Может быть, вы нам всё-таки расскажете?

— Всё покатилось по причинному месту… — всхлипнув, ответила она: — Простите, что ною… Но у меня уже не осталось никаких сил всё это терпеть.

— Что именно терпеть? — аккуратно спросил Дядя Рубен.

— В Балашихе есть ресторан… «Молекула». Может быть, вы слышали?

— А! Это где был такой весёлый хозяин… Такой огромный барсук, который каждую пятницу пел песни и танцевал? — уточнил Колян.

— Да! — кивнула волчица.

— Хм-м… довольно культовое место. Слышал, туда раньше много народу ходило.

— Раньше. — всхлипнула Кира, залпом осушив чашку: — Господин Опилкин… Он три года занимался рестораном. Это было его детище! Он создал идеальный уголок для всех любителей вкусной еды. И он делал это… весело! Когда я пришла туда, то… была счастлива. Я чувствовала, что наконец-то попала на своё место. Понимаете?

— Так вас… уволили? — я с подозрением посмотрел на волчицу.

— Хуже!

— К вам приставали? — напрягся Колян: — Немедленно расскажите, кто это сделал? Мы с Дереком сейчас же поедем и начистим их развратные морды!

— Нет же… Господин Опилкин… умер от инфаркта.

— Ой… Соболезнуем. — мы с Коляном тут же опустили головы.

— Спасибо, но дело не в этом. Господин Опилкин умер год назад…

— Так. Я совсем запутался. И что же тогда случилось?

— Свято место пусто не бывает. — всхлипнула Кира: — Вся Балашиха знала про «Молекулу». И тут же появились новые хозяева в заведении. Очень милая пара… Ника и Антон. Они выглядели многообещающе. Но к великому сожалению… их заботит только прибыль. А я из уважения к Господину Опилкину и любви к этому замечательному месту не уходила оттуда. Понимаете? Это… мой дом! Там работает моя семья! А Ника и Антон… Они всё разрушили! За этот год они высосали из ресторана все соки. Испортили меню. Убили атмосферу и душу… А это именно то, ради чего к нам приходили гости. И сегодня была последняя капля… Месяц назад они поставили на кухню четыре микроволновки. А сегодня убрали из меню всё свежее! То есть, вообще всё! И оставили только дешёвые полуфабрикаты. И теперь наши ребята греют заморозку… Это ужасно!

— Боже… Микроволновка на кухне ресторана — к отравлению. — покачав головой, произнёс я.

— Мы с ребятами попытались донести до Ники и Антона, что так не делается… Но Антон сказал, что это бизнес. И закуп стал слишком дорогим. Ресторан должен приносить деньги. А мы и без того уже всех постоянщиков распугали. И… с одной стороны — я не хочу там работать. Это больше не та «Молекула», которая дарила гостям счастье. Но с другой… Я не хочу уходить! Это мой дом. Моя семья!