Зверолов. Том 2 (СИ) - Рудазова Ксения - Страница 1

Зверолов. Том 2

Повод для войны

«Махатма Ганди» восемнадцатые сутки шел сквозь гиперпространство, и Маартен Троост играл с Аленом Мимуном в четырехмерные шахматы.

Эта игра мало похожа на изобретение древних индийских мудрецов. У доски три измерения, а допреальность продлевает ее еще и в гиперпространство, образуя тессеракт. Вместо шестидесяти четырех клеточек — четыре тысячи девяносто шесть с условным продолжением в бесконечность. Вместо тридцати двух фигур — двести пятьдесят шесть. Вместо классических пешек, слонов и ладей — гиперконь, кроточервь, теневик, хронолог, квантовый ферзь, темный кардинал и еще тридцать в том же духе.

Троост не мог назвать себя сильным игроком. Он толком не знал правил, он потерял уже треть фигур и подозревал, что все еще не проиграл только потому, что этнограф играет ненамного лучше.

— Вам гипермат, Троост, — раздался голос Мимуна.

Троост с облегчением откинулся в кресле. На партию он согласился только из вежливости, да еще из желания скоротать время. До выхода из гиперпространства остались считаные часы, и многие на борту не находят себе места.

— Удивительно, что мы не встретились с ними прежде, а? — спросил Мимун, свертывая шахматный набор и гася фигурки. Он думал о том же самом. — Мы же почти соседи.

— Между нами сто десять световых лет, — пожал плечами Троост. — В этих пределах лежат две тысячи звездных систем, из которых мы пока открыли едва половину. Конечно, встреча могла состояться и раньше — но могла и позже.

Зоолог и этнограф сидели в кают-компании. Кроме них тут были Далила Маскерони, Василий Шкуродёр и другие члены первой в истории Единой Солнечной Системы межзвездной делегации. Прежде подобных ни к кому не посылалось, поскольку все ранее обнаруженные ксеносы стоят на слишком низком уровне развития… кроме титанов, конечно, но их представителя человечество пока встретило лишь один раз.

Троосту посчастливилось при этом присутствовать.

— … Рано или поздно мы бы обязательно столкнулись, — разглагольствовал Мимун, попавший в состав делегации, поскольку именно он руководил тем, первым контактом. — Сто десять световых лет — это не так уж много для гиперперехода. Не тысяча ведь. Но странно, что мы не установили контакт раньше.

— Ничего странного, — закинула ногу на ногу Далила Маскерони, официальная глава делегации. — Как бы мы узнали о них заранее? Ни мы, ни они пока не изобрели средств для межзвездной связи лучше обычного радио. Но к тому времени, когда METI стали посылать в космос сигналы, на Осоре радиосвязь уже считалась устаревшей технологией. А сто десять лет спустя, когда они теоретически могли бы принять наши сообщения, радио там осталось только в музеях. Мы просто разминулись.

— Поэтому искать надо не сигналы, а инфраструктуру, — вскинул палец Мимун. — Чем более развита цивилизация, тем больше следов она оставляет.

— Пока не перестает оставлять их совсем, — улыбнулся Троост.

— Вы о титанах, — догадалась Маскерони. — Да, к ним мы делегацию пока что отправить не можем…

Они встретились взглядами. По меркам современной ЕСС Далилу Маскерони можно назвать молодой — ей всего шестьдесят восемь. Несколько веков назад она бы считалась пожилой женщиной, но сейчас такой возраст — практически юность. У нее темные волосы, строгие черты лица и стрижка каре. Не красавица, но с определенным шармом.

Троост познакомился с ней всего два месяца назад, когда его вызвали на встречу с самим космократором. Этим звучным и помпезным словом в ЕСС зовется председатель правления госкомитетов, и всего несколько месяцев назад Маартен Троост с ним уже виделся — когда случилось чрезвычайное происшествие с якобы вторжением ксеносов. Все оказалось не тем, чем казалось, ситуация разрешилась благополучно, а Троост подал заявку на поимку одного из так называемых звездных китов… он думал, что его вызывают именно чтобы сообщить о том, что экспедиции дали добро.

Оказалось, что нет. Оказалось, что на Землю прибыла официальная делегация планеты Осор, а от ЕСС уже снаряжается ответная. И Троосту предлагается войти в ее состав. Как опытному зоологу, как опытному контактеру и как одному из немногих, кто уже общался с серранами.

Да, серраны. Именно так называли себя ксеносы, которых земные этнографы прозвали попросту рептилоидами. То были бесхвостые пресмыкающиеся гуманоидного типа. Их обнаружили на дикой планете Ла-Форше и самих тоже сначала приняли за дикарей, но потом оказалось, что в развитии они не уступают и даже в чем-то превосходят землян. И когда недоразумение разъяснилось, рептилоиды исчезли, отказавшись от контактов. Их планету разыскивали, но за шесть лет не нашли.

Но 21.02.72, 13:19 UT они прибыли на Землю сами.

Технически серраны оказались примерно равны землянам. После встречи на Ла-Форше считалось, что как минимум в телепортации они продвинулись намного дальше, освоив уже межзвездные перемещения — но выяснилось, что это не так, что игроки телепортировались не на родной Осор, а всего лишь на транслирующий звездолет, который раз в девять суток отвозил домой выбывших игроков и иногда привозил новичков.

Еще сразу стало понятно, что к инопланетникам серраны относятся подозрительно, не слишком дружелюбно и довольно-таки свысока, если не с презрением. Если земляне изучали найденных на разных планетах ксеносов-дикарей, то серраны их попросту игнорировали. Не придавали никакого значения их существованию.

Землян они тоже пытались игнорировать… но в конце концов решили все же установить контакт и обменяться послами. Серраны ведь тоже раньше не встречали народов, вышедших в космос — земляне стали первыми.

И первым делом серраны предложили заключить договор о ненападении.

Когда человечество достигло других звезд, обнаружилось, что колонизировать их особо незачем. Технологии для терраформирования позволили с гораздо большей рентабельностью сделать пригодными для человека Луну, Марс, Венеру и Цереру. Перенаселение в ближайшие века точно не угрожает, а все необходимые ресурсы в изобилии есть прямо в Солнечной системе. И хотя звездных колоний было создано целых шестьдесят три (сорок одна сырьевая и двадцать две переселенческие) реальной нужды в них нет, а общее их население — едва сорок миллионов.

Девяносто восемь с половиной процентов землян продолжает жить в Солнечной системе.

Так же дела обстояли и у серранов. У них тоже есть сколько-то колоний (они отказались назвать точное число), но по факту те нужны частично про запас, на случай неожиданной беды с прародиной, частично просто так. Потому что научившись летать к звездам, серраны, как и люди, решили расширить свои владения, решили осваивать другие системы, создавая звездную империю. И, как и люди, столкнулись с тем, что большую часть ресурсов проще и выгоднее добывать или даже синтезировать дома, а желающих переселиться на далекую дикую планету не так уж много.

Таким образом получалось, что делить людям и серранам нечего, а конфликта интересов нет и в обозримом будущем не предвидится. Галактика слишком велика, изобильна планетами и малолюдна, чтобы был смысл воевать. Ни Земля, ни Осор не содержат каких-то уникальных ресурсов, а технология холодного синтеза и вовсе делает их не очень-то нужными.

Однако… это если рассуждать с точки зрения логики и прагматизма. Люди плохо знали серранов и не были уверены, как те мыслят и рассуждают. Не было никаких гарантий, что прямоходящие ящеры не начнут войну из каких-то собственных, непонятных людям соображений.

И того же самого явно опасались серраны по отношению к людям.

— … Мы предлагаем то, что у нас называется залоговым альянсом, — шипел глава делегации на своем родном языке, а на визорах присутствующих возникали субтитры. — Это старинный обычай, в последний раз его применили сто тридцать лет назад, когда объединились сариссане и таллократы. Заключив залоговый альянс, они сделали Осор единой державой… наконец-то. С тех пор у нас нет государств, а войны прекратились.