"Фантастика 2026-173". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Вольт Александр - Страница 159

«КОРОНЕР ГРОМОВ ГОТОВИТСЯ ЗАЯВИТЬ В БЛИЖАЙШЕЕ ВРЕМЯ, КТО ПОХИТИЛ ТЕЛО ИЗ МОРГА!»

Кофе, горячий и горький, едва не выплеснулся обратно. Мастер замер, его пальцы, державшие хрупкую фарфоровую чашку, побелели. Он перечитал заголовок. Потом еще раз. И еще. Опечатка? Глупая шутка журналиста?

Перед его глазами, словно наяву, пронеслась картина той субботы. Лес у имения Корнелиуса. Перепуганные глаза конюхов и сокольничих, столпившихся у опушки и бледное, сосредоточенное лицо Громова, когда он давал указания полиции. А рядом — его спутницы. Одна — рыжая, с широко раскрытыми от ужаса глазами. Другая — темноволосая аристократка, чье лицо было похоже на маску из слоновой кости. И сам Корней, бледный от ярости.

Не веря своим глазам, он отбросил газету. Она с шелестом упала на пол. Мастер схватил со стола планшет, который прислуга всегда клала рядом на всякий случай. Пальцы быстро забегали по холодному стеклу. «Имперiалъ». Новости. Феодосия.

Заголовки высыпались как горох из мешка. Десятки разных изданий, от солидных до откровенно желтых, но суть была одна.

«Тайна похищенного тела будет раскрыта! Коронер Громов обещает сенсацию!»

«След оккультистов найден? Источник в Коронерской службе сообщает о прорыве в расследовании!»

Он открыл «Импер-Ток». Короткие, кричащие видеоролики, смонтированные на коленке. Молодые блогеры с горящими глазами, пересказывающие слухи, строящие безумные теории. Фотография Громова, увеличенная, зернистая, с наложенной поверх драматичной музыкой.

— Ах ты, грязный сукин сын… — процедил Мастер сквозь зубы.

Он откинулся на спинку кресла, заставив себя сделать глубокий вдох. Выдох. Паника — удел слабых. Он не из их числа. Он — Мастер.

Что ты такого там успел узнать, а? Что ты мог найти в пустом морге? Волос? Ниточку? Отпечаток? Бред. Гонец отчитался — работа была чистой. Абсолютно чистой. Значит, это блеф. Дерзкий, наглый, самоубийственный блеф.

Но… что если нет? Что если этот выскочка-коронер, этот спившийся аристократ, наткнулся на что-то случайно? На какую-то мелочь, которую они упустили? Маловероятно, но возможно. И эту возможность нельзя было игнорировать. Нужно было проверить. Расспросить его. Вытянуть из него все до последней капли.

Но как? Угрозы больше не работают. Он уже показал, что не боится. Значит, нужно действовать тоньше. Сыграть на его слабостях. На его тщеславии.

Мастер вспомнил старого Громова. Болтуна, любившего за кружкой пенного в узком кругу кичиться своими сомнительными заслугами, мнимой властью над миром мертвых. Он обожал внимание, лесть, ощущение собственной значимости. И на этом можно было сыграть.

Да. Это была правильная мысль. Никакого давления. Дружеский звонок. Беспокойство о здоровье. «Виктор, дорогой, слышал, у тебя там неприятности? Как ты? Может, встретимся, выпьем кофе? Расскажешь, что стряслось. Может, смогу чем-то помочь советом…».

Он улыбнулся. Медленно, предвкушающее. Он вытянет из Громова все. А потом… потом решит, что с ним делать. Но сначала — завтрак.

Он откинулся на спинку своего кресла, взял со стола хрустящий тост, намазал его толстым слоем рубинового вишневого джема. Откусил. Сладость джема, хруст поджаренного хлеба. Он ел неторопливо, с наслаждением, словно английский лорд в своем родовом имении.

Да. Все было под контролем. Абсолютно все. Громов всего лишь мелкая назойливая проблема, которую нужно решить. И он ее решит, как решал всегда. Тихо, элегантно и окончательно.

Глава 23

Смотреть остальные тела не имело смысла. Я уже видел главное — того, кто командовал бойней. Того, кто лично застрелил Сальву. Остальные были исполнителями, безликими фигурами в балаклавах. Но главарь показал своё лицо. Либо по самоуверенности, либо потому, что считал Сальву достойным увидеть, кто именно его убивает. Месть в глазах убийцы требовала персонализации.

Проблема была в другом. Как передать эту информацию Гриму? Я не мог прийти и сказать: «Знаешь, я заглянул в душу твоего покойного товарища и увидел, кто его пристрелил».

Это фактически можно было приравнять признанию в использовании оккультных практик, потому что… а как иначе я мог заглянуть в его душу, не имея возможности контактировать с психеей?

И как не взгляни, а это — прямая дорога в застенки Инквизиции. Корней, конечно, теперь уже в курсе моих способностей, но это он один. СБРИ, руководство «Щита», капитан Соколов — все они видят во мне только коронера. Компетентного, въедливого, но обычного врача. И по совету Корнея и собственному пониманию ситуации мне отнюдь не хотелось, чтобы это вышло за рамки.

Значит, нужно было подать информацию так, чтобы она выглядела результатом логического анализа. Зацепки. Улики. Версия, которую можно обосновать без упоминания магии.

Я прокручивал варианты, подбирая формулировки: «в ходе осмотра тел и анализа обстоятельств преступления были установлены признаки, указывающие на участие лиц, что были способны подготовить и организовать налет». Слишком расплывчато. «Характер ранений и поведение убийц говорит о профессиональной военной подготовке». Банально. Любой следователь мог это сказать.

Хотя последний вариант… Последний вариант неплох, если подумать над ним более глобально. Например, намекнуть Гриму, что характер нападения и ранения указывают на профессионалов. И спросить: «я знаю, что у вас врагов пруд пруди, но не было ли, совершенно случайно, здесь кого-то такого же опытного, как вы? Или кого-то, кто хорошо вас знал и конкретно про это место. Может быть кто-то из отставников?».

Да. Хорошо. Я строю предположение, размышляю, а не утверждаю. И таким образом я могу натолкнуть Грима на мысль про тех, кого выгнали из ЧВК «Щит Империи».

Я вывернул руль и заехал на нашу улицу. Дом встретил привычной темнотой. На часах без пяти полночь. Девушки молча вышли из машины. Лидия выглядела задумчивой, а Алиса немного бледной. Видимо, моё поведение в морге их впечатлило.

Поднявшись в кабинет, я достал телефон. На экране висело непрочитанное напоминание о пропущенной тренировке. Я снова тяжело вздохнул. Время утекало песком сквозь широко расставленные пальцы, тренировок оставалось все меньше, а навыки хоть и просыпались, но настолько неторопливо, что я с трудом представлял, как смогу победить старого имперского фехтуна только молодецкой удалью и умением держать шпагу.

Я быстро набрал сообщение:

«Прошу прощения, только добрался домой. Был плотный рабочий день, не смог освободиться вовремя».

Отправил. Телефон отложил на стол, после чего прошёл в ванную и умылся холодной водой. Лицо в зеркале смотрело на меня усталыми глазами. Мое лицо. Прошло не так много времени, а, честно признаться, уже и не вспомнил бы досконально, как выглядел в прошлой жизни. Ничего, пожалуй, кроме одежды судмедэксперта, цвета волос и глаз.

Я отбросил эту рефлексию прочь. Нужно было ложиться спать. Завтра предстоял долгий день. Вскрытия. Отчёты. Разговоры с полицией.

На столе завибрировал телефон. Я вернулся, взял его, нажав на клавишу блокировки — пришло сообщение от Рихтеровича.

«Я в курсе происшествия в Приморске. Не беспокойтесь, наказывать за пропуск не буду. Доброй ночи».

Я хмыкнул. Ну, спасибо, учитель, за великодушие. Не будете ставить двойку за прогул. Что ж, меня радовало, что Феликс понимает, что работа коронера не терпит жёсткого графика. Смерть не ждёт, пока закончишь тренировку.

Сбросив пиджак и расстегнув ворот рубахи, я сел за стол, раскрыв гримуар. Тот в своею очередь подозрительно молчал. Я полистал его немного, затем выделил полчаса практики. Концентрация. Визуализация энергетических потоков. Рутина, которая помогала мне развиваться.

В свете последних событий мой «резервуар» еще не восстановился полностью, но я ощущал, как постепенно силы возвращаются. Это радовало.

Когда закончил, было ближе к часу ночи. Я принял душ, после чего распластался на кровати и мгновенно уснул.

Утро началось с будильника, пробившегося сквозь остатки сна как ледяная игла. Я встал, оделся, спустился вниз. Девушки уже сидели на кухне и пили кофе. Лидия смотрела новости по небольшому телевизору, Алиса ковырялась в телефоне. Обычное утро. Почти нормальное.