"Пожиратель солнца". Компиляция. Книги 1-7 (СИ) - Руоккио Кристофер - Страница 415

– Лориан, это все хорошо, но…

– Вот именно, «но»! Мы совсем забыли про абордаж! Любое сражение между кораблями, которое не выиграно с помощью скрытности, непременно окончится абордажем! Кто тогда? Можно выбрать какого-нибудь пирата. Например, Дрейка![89] Кто-то упоминал Регула[90] – вы, господин Райнхарт?

– Я называл Дона Хуана![91] – ответил тощий мужчина в черной форме разведчика. – Они с Дрейком разные люди.

– Вы забываете Харрингтон![92] – заявила единственная женщина в группе, пожилой офицер с волосами, напоминающими витую проволоку.

Аристид снова взмахнул бутылкой.

– Харрингтон – вымышленный персонаж, госпожа Федер, и вы это прекрасно знаете! Да и Веллингтон тоже! Это всем известно!

По правде говоря, я был уверен, что насчет Веллингтона Аристид ошибается, но решил промолчать и дождаться, пока увлеченный коммандер закончит свою пьяную лекцию.

– Если дойдет до длинных ножей, пригодится хороший пехотный командир! Кто-то, кто знает своих людей! Кто-то вроде лорда Марло! Вы знаете, что он собственноручно убил Бледного демониака? У меня даже запись есть! Обязательно посмотрите!

– Лориан, запись секретна.

Интус тут же поник, и я, чтобы подловить его, пока он собирается с мыслями, и положить конец этой пространной дискуссии, спросил:

– А кто твой кандидат?

– Пирр![93] – не задумываясь ответил коммандер.

Лорд Ганнон с коммодором Массой простонали.

– Да этого Пирра куском черепицы убило! – воскликнул то ли Райнхарт, то ли Камбиас.

– Пирр на много веков вперед установил золотой стандарт планирования военного лагеря – об этом говорил сам Ганнибал! – а в сражениях корабль-на-корабль подготовка имеет ключевое значение. Дайте Пирру флотилию и умелых пилотов, и равных ему не будет. – Аристид ткнул бутылкой в направлении лиц собеседников. – Манн, и даже не думайте снова заводить разговор про вашего Макклеллана![94] Макклеллан не мог одержать победу, даже имея на коленках полный план вражеских действий. Он не ровня Пирру, и все вы это понимаете. Мне плевать, насколько организованны были его учения. Вы мне ничего не докажете.

– Лориан! – Я почти перешел на крик, чтобы осадить разбушевавшегося коммандера.

В другой ситуации я бы с увлечением порассуждал о том, сколько исторических подробностей о военном деле сохранилось до наших дней, хотя в масштабе истории должно было потеряться. Столько фактов увязло в трясине истории, столько событий превратилось в легенды и мифы, но некоторые имена и даты не растворились в бульоне времени.

Но мне было некогда над этим думать. У меня была другая цель.

– Ты видел Валку? – спросил я.

Аристиду понадобилось некоторое время, чтобы спуститься с небес на землю.

– А кто меня, по-твоему, вином снабдил? – сказал он с ленивой улыбкой, и я едва не ответил тем же. Одной загадкой стало меньше.

– Где она?

– Гуляет где-то там, – указал он через плечо в направлении садов.

– Спасибо. Господа, – поклонился я и поспешил по тропинке, не обращая внимания на несущиеся вслед оклики Лориана.

Облака цеплялись за стены и шпили, словно флаги, отбрасывая длинные тени на залитую лунным светом траву. У Форума было больше ста спутников, каждый чуть крупнее блуждающей звезды и вдвое ярче. Ночь была озарена их сиянием. Нежные звуки арфы плыли за мной по пятам, пока я лавировал среди цветов и живых изгородей. Где-то в сумерках журчал серебряный фонтан.

Наконец я нашел ее. Она сидела на краю этого фонтана с бутылкой вина в руке. Поиски оказались нетрудными. Тропинка вела прямо сквозь лабиринт изгородей к белой лестнице, по которой можно было попасть к входу во дворец и древу Галат. Небо патрулировал одинокий дрон, и мне показалось, что на балконе стояла пара часовых из Марсианской стражи.

– Бандит сказал, что ты ушла, – начал я. – Не скучаешь здесь одна?

– Тут безопасно, – хмуро ответила она. – Не стоит обо мне беспокоиться.

– Какая муха тебя укусила? – спросил я, присаживаясь рядом.

Ночь была прохладной, но не настолько, чтобы замерзнуть. Над стенами замка хорошо были видны громоздящиеся друг на друга облака, этаж за этажом, шпиль за шпилем. Вдали небо прочертила извилистая молния, а еще дальше во тьме виднелся оранжевый след дюз звездолета.

Валка не ответила, лишь опрокинула бутылку и сделала глоток, щелкнув ногтями по зеленому стеклу.

– Прости за принцессу, – сказал я, чувствуя, что должен сразу прояснить эту туманную историю.

– Да сдалась мне эта принцесса! – ответила Валка достаточно едко, чтобы понять, что она лжет. – Меня тошнит от этого места.

Из-под красно-черной челки выглянул золотистый глаз и уставился на меня.

– Мне не по нутру то, что оно делает с тобой.

– Что ты хочешь этим сказать? – спросил я и заерзал, поворачиваясь так, чтобы лучше ее видеть. Такого я не ожидал.

– Ты не такой, каким был, – ответила она, опуская бутылку на колено.

– А разве это плохо? – попытался улыбнуться я. – Помню времена, когда ты не слишком меня жаловала.

Валка хмыкнула и сделала еще глоток.

– Все дело в этом месте, – повторила она и так грубо выругалась на пантайском, что у меня глаза на лоб полезли. – Все улыбаются, держа нож за пазухой, и ты улыбаешься вместе с ними. Ты был другим.

– Каким я был, Валка?

Мне не хотелось вести этот разговор в Облачных садах Перонского дворца, но приходилось выбирать: рисковать быть подслушанным или оставить Валку в плохом настроении. Я решил рискнуть.

– Du var pen anaryan, – сказала она. «Ты был варваром». – Ты ненавидел Эмеш не меньше моего. Этих Матаро, эту старую ведьму… Гиллиама Васа и других. Ты не был таким, как они.

– Был.

Я осторожно, без давления положил руку ей на колено.

Разве Валка сама этого не говорила? Разве натянутость наших отношений в начале знакомства не была спровоцирована именно этим? Тем, что я был палатином Соларианской империи, лордом, пусть и в изгнании, а она – тавросианской демархисткой?

– Тогда бы ты так не сказал, – ответила она, и была права. – Что изменилось?

– Ты знаешь, что изменилось, – произнес я, и мне самому показалось, что мои слова исходят откуда-то издалека, со дна неизмеримо глубокого колодца.

Я почувствовал, как ревет в моей голове тьма, вновь увидел, как на галечном берегу у зеркального озера перед громадной фигурой Аранаты Отиоло шатается мое обезглавленное тело. Увидел оторванную руку Райне Смайт, поднятую над пирующими сьельсинами, вырванную глотку сэра Вильгельма Кроссфлейна, услышал крики умирающих солдат. Сьельсины не были ангелами, пришествия которых я ждал, а человечество, по крайней мере, оказалось хорошо знакомым мне дьяволом.

Мы сидели молча. Наконец я потянулся за вином, но Валка выхватила бутылку, глядя на меня с укоризной.

– Мне бы хотелось… – Она сбилась и посмотрела в горлышко бутылки. – Мне бы хотелось, чтобы все было иначе.

– В такие времена всем этого хочется, – сказал я. – Но мы не выбираем, какой вызов принесет нам новый день. Только то, как мы на него отреагируем.

Снова молчание. Ветер в листве и аромат цветов. Тихие звуки далекого веселья. Плеск фонтана за спиной. Арфист прекратил играть. Мир вокруг не умолк, не остановился, но мне показалось, что на всем Форуме не осталось ни одной живой души, кроме нас с Валкой. Империя казалась далекой, хоть мы и сидели в самом ее сердце.

– Зря ты не взял меня с собой. В битву.

Валка заметно напряглась, стала как натянутая тетива старинного лука.

«Вот в чем дело», – догадался я. Вот что ее беспокоило.

– Я попросил за это прощения, – ответил я. – Признал ошибку.