"Зарубежный детектив 2026-18". Компиляция. Книги 1-11 (СИ) - Кроу Дэвид - Страница 242

В Сьерра-Мадре он поехал на север, в сторону прекрасных гор Сан-Габриель, едва различимых в свете луны. Он ехал медленно, выискивая благоприятную возможность. Улицы этого богатого города были очень тихими. Он заметил оленей, кормящихся цветами в палисадниках. Подошел к перекрестку и увидел слева огни полицейской патрульной машины. Он послушал сканер и услышал, что позвонил гражданин и сообщил о бродяге, которого теперь разыскивала полиция. Позади него остановился вторая полицейская патрульная машина. Его сердце бешено забилось у самого горла, но он оставался спокойным. Он повернул налево, и патрульный автомобиль тоже. Он угнал «Тойоту» всего несколько часов назад и надеялся, что об этом еще не сообщили. Патруль проехал рядом с ним несколько кварталов и свернул. Слушая полицейскую передачу, он понял, что на самом деле искали его – «Взломщика из долины» – таково было одно из его кодовых имен. И все же он не покинул этот район.

Он продолжил путь к пикам Сан-Габриэль, припарковался на Арно-драйв, у подножия горы, и исследовал ночь, как ученый исследует микробов под микроскопом. Здесь, как и во всех выбранных им местах, было очень тихо. Дорогие дома, с бассейнами и садами, полными ярких цветов. Он беззвучно вышел из машины и направился прямо к белоснежному дому в стиле ранчо с огромными окнами на углу Арно и Лелино. Дом стоял на возвышенном участке размером в пол-акра. К входной двери вело восемнадцать ступенек красного кирпича. На окружавшем дом склоне росли плющ и цветы. Он подергал заднюю дверь – заперта. Подошел к переднему фасаду и попытался открыть дверь здесь, и она поддалась. Он вынул автоматический пистолет 22-го калибра и медленно, осторожно вошел в дом мистера Стива Беннетта с супругой и детьми: 16-летней дочери Уитни и 18-летнего сына Джеймса.

Стив Беннетт был руководителем компании «Саутерн Калифорния Гэз». Беннетты принимали еще одну пару на вечеринке в честь Дня независимости. В девять вечера они вышли через парадную дверь посмотреть фейерверк в долине Сан-Габриэль. Затем вернулись в дом, но входную дверь не заперли. Обычно Беннетты пользовались задней дверью, и когда в тот вечер их гости уходили, они вышли через заднюю дверь, которую Стив и запер. Беннетты легли и к 00:15 спали. Уитни уехала на вечеринку с друзьями в Ла-Кресента, а потом на еще одну – в Ла-Каньяду. Она задержалась позже, чем следовало, и ехала домой быстрее, чем обычно.

У Уитни были каштановые волосы, милый вздернутый носик и большие приветливые голубые глаза. Приехав к часу ночи, она вошла через заднюю дверь. Отец оставил ей на кухне чек на карманные расходы. Она написала ему благодарственную записку, умылась, сняла украшения и часы, положила их на комод в спальне, надела ночную рубашку и легла спать.

Спальня Уитни была справа от входной двери. Спальня родителей – в глубине дома.

Убийца замер на полминуты, привыкая к темноте, впитывая ощущения. Все было тихо. Он пошел направо и, подсвечивая фонариком, нашел спальню Уитни и увидел, что девушка крепко спит. Он подошел к ее комоду, положил в карман кольца и часы. Он знал, что у хозяина дома есть деньги, и хотел их найти. Также он знал, что ему нужно обезопасить это место, прежде чем он сможет что-то сделать с Уитни. Он оставил ее и пошел в спальню Беннеттов. Дверь была слегка приоткрыта. Он включил фонарик и увидел, что они крепко спят. Решив не применять пистолет, он вышел на улицу и достал монтировку, чтобы до смерти забить ею Беннеттов. Когда он возвращался в дом, по кварталу медленно проехал полицейский патрульный автомобиль. Спрятавшись за листву, он смотрел на проезжающих полицейских.

Он поклялся Сатане, что если его когда-нибудь поймают, он будет биться до последней капли крови, но не предстанет перед обвинением, не увидит позора, ненависти и, в конце концов, смертного приговора. Он знал, что за совершенные им преступления приговором может быть только смерть, – а это просто недопустимо: время и место своей смерти выберет он. А покуда он хранит верность своему богу, своему господину, ему обеспечено почетное место и уважение в доме Сатаны и множество исполняющих его приказания рабов, трепещущих перед ним в жутком страхе.

Он вернулся в комнату Уитни. Войдя, он медленно осветил ее гибкое тело фонариком. Ее вид – такой беспомощной, полностью находящейся в его власти – очень его возбудил.

Он подошел к кровати, зажал девушке рот ладонью и ударил ее монтировкой, вырубил, а потом нанес ей еще десять ударов.

Он решил, что воспользуется ножом, нож бесшумен и доставит ему больше удовольствия, чем монтировка.

«Убийство ножом – очень интимное, ты его держишь, когда он входит в тело, а когда приходит смерть, ты через нож чувствуешь, как твоя жертва умирает. Это как секс».

Он пошел на кухню в поисках подходящего ножа.

Подходящего ножа он не нашел и вернулся к Уитни, все еще держа монтировку, с которой теперь капала ее кровь. Возбужденный насилием, он хотел ее изнасиловать, но подумал, что она может очнуться и закричать, и решил сначала ее убить, а потом овладеть. Ища, чем ее задушить, он внимательно осмотрел синий пояс и коричневый галстук и, наконец, остановился на телефонном проводе.

Уитни лежала на кровати на животе. Он сел на нее, намотал ей на шею телефонный шнур и что есть мочи затянул. Одержимый духом убийства, он становился недюжинно силен.

Вдруг он увидел, как уносящий жизнь Уитни провод заискрил, и рука у него дрогнула. Ему почудилось, будто от ее тела исходит голубая дымка – и, решив, что это ее душа – отпустил шнур. Никогда раньше он ничего подобного не видел, и это его напугало.

Он вышел через окно спальни и поспешил обратно к угнанной машине. Рассвет уже подсветил небо на востоке. Просыпаясь, весело защебетали птицы. Он сел в машину, тронулся и поехал обратно к шоссе, разочарованный и злой – в отвратительном настроении.

Он решил, что сила Христа вступилась и спасла жизнь Уитни.

Он задавался вопросом, почему это произошло – не предвестье ли это ослабления его могущества.

Когда он был в двух кварталах от шоссе, тот же полицейский патруль вдруг снова оказался позади него и ехал за ним до выезда с шоссе, но не остановил, и он умчался обратно в расположенный в тринадцати милях оттуда безопасный центр Лос-Анджелеса.

Сексуальное насилие над Уитни ему совершить так и не удалось, а нападение вызвало эрекцию – тугую как тетива. Он искал в центре города проститутку, чтобы хоть как-то разрядиться. На 8-й стрит он нашел крупную мексиканку с прямыми черными волосами и очень полной грудью. Его фетишем были стопы, и некоторые проститутки позволяли ему поиграть со стопами, но эта на его просьбу рассмеялась ему в лицо. Он вышвырнул ее из машины на 6-й стрит, недалеко от Мэйн.

Злой и разочарованный, он избавился от машины в нескольких милях от автовокзала, сел на автобус на Мэйн и снял комнату в отеле «Лидо».

Но долго не мог уснуть.

Он просто лежал, ворочался, курил травку, придумывая новые способы утолить жажду садизма и убийства.

Постоянно находясь рядом с автовокзалом, он чувствовал себя в безопасности. Пойди что не так, он сможет сесть в автобус и очень быстро оказаться за сотни миль от Лос-Анджелеса. Автобусы уходили круглосуточно, во всех направлениях.

В 5:45 того утра Уитни проснулась от острейшей, чудовищной головной боли, и была в шоке от того, что лежит головой к изножью и в еще большем шоке от крови повсюду. О нападении она ничего не помнила. Она начала истерически кричать и плакать. Запнувшись в дверном проеме спальни, она рухнула, заскулив, как раненый щенок, а потом закричала: «Папа, папа, папа!»

Родителей разбудили стоны Уитни. Стив вскочил с кровати и побежал в ее комнату. Когда он увидел, как сильно она избита, он чуть не упал. Оба глаза у нее опухли и не открывались, а голова была вдвое больше нормального размера, так что Уитни едва можно было узнать. Он увидел окровавленную монтировку. Дрожащими руками он надел на нее ночную рубашку и вызвал полицию. Миссис Беннетт пыталась утешить Уитни. Стив все время спрашивал ее, что случилось, а Уитни все время говорила, что не знает.