Патриот. Смута. Том 18 (СИ) - Колдаев Евгений Андреевич - Страница 51

Я усмехнулся, но в голове моей созрела мысль.

— Предлагаю тебе игру, Ян Петр.

— Мне уже не нравится. — Мотнул головой ясновельможный пан.

— Да нет, это хорошая, познавательная игра. Представь, ты король Швеции.

— Я? Я шляхтич, рыцарь, а не какой-то там… — Начал было он, но осекся. — Король?

— Да. Вот смотри. — Я сел на бревно, взял палочку в руки и начал рисовать, объяснять. Сапега смотрел то на предмет моей работы, то на меня. Хмыкал.

— Вводные данные. Ты король Швеции. Старый человек и понимаешь, что годы берут свое. Пожить хочется, хочется оставить более сильную, более крепкую страну своему сыну, наследнику. А он пока еще молод, слишком молод. А ты, очень, очень! Как и все мы. — Я усмехнулся, давая Сапеге вместе с верной информацией ложную. — Очень властолюбив. Ты казнил самых уважаемых людей из риксрода. Внутри ты думаешь, что всех прижал и убедил служить тебе верой и правдой, но подозреваешь, и с каждым годом это все больше тебя мучает, что заговор. Заговор зреет. Бояре. — Я вновь специально оговорился. — Бояре плетут козни, подсыпают яд твоим людям, убивают тех кто верен тебе, чужими руками. Дают опасные, бестолковые и не выгодные, компрометирующие советы. Бояре союзники и враги.

Уставился на Сапегу, а он смотрел на меня малость ошалело, хмыкнул.

— Аристократы, конечно, Ян Петр. Шведские аристократы. — Улыбнулся. Но он наживку захватил. Чуть растерялся, не совсем понимал я о Руси или Швеции.

— Дальше. Что снаружи? Ян Петр, ты слушаешь?

— Да. — Холодно проговорил он.

— Так вот, снаружи есть Дания, страна, с которой у тебя территориальные вопросы. Есть Речь Посполитая, о мой бог. Там правит твой родственник, который хотел не пустить тебя к трону, а ты. Мы же помним, ты властолюбец из самых первых на этом свете.

— Поэтому я и воюю с Речью Посполитой. — Кивнул Сапега. — Это не просто война, это желание доказать всем, что я. Я истинный Ваза, а не Сигизмунд.

— Да. А тут есть еще Россия.

— В Московии Смута. — Ян Петр задумался. — И польские магнаты, отчасти противники Сигизмунда, отчасти союзники, что-то там пытаются сделать. Поставить своего царя.

Все он верно понимал.

— Хочешь ли ты поставить там своего?

— М… Отчего нет?

— Хватит ли у тебя ресурсов? И если ты напрямую вмешаешься, то что?

— Риксрод может быть недоволен. Ты и так уже тратишь много денег на решение личных амбиций с Речью Посполитой.

— Да, но пока эти амбиции касаются контроля Балтики, они молчат. А Московия, причем здесь их интересы? — Выдал я. — Но можно послать туда наемников, за которых заплатит мосоквский царь, но решать проблемы они будут не только его, но и твои. Так? А еще ты требуешь за такую услугу земли? Как тебе?

— Толково. Денег нужно меньше, а войска Речи Посполитой бить будут за чужой счет.

— А потом тебе приходит письмо о том, что твой генерал, верный Делагарди, в плену, а то что было тебе обещано за его помощь не имеет смысла, потому что какой-то дьявол Игорь Васильевич побил и Делагарди и Шуйского. Но! Этот Игорь говорит в письме, что он будет бить ляхов.

— А будет ли? — Напрягся Сапега.

— Вот! Верный вопрос. Сможет ли, станет ли? И если Делагарди и добрые твои воины, посланные с ним, в плену, то что скажет на все это риксрод?

— Позор. Дело пахнет заговором.

— И что ты будешь делать? — Я уставился на него.

— Я собрал бы войско и ударил туда, где точно добьюсь успеха. Повысил бы свой авторитет в глазах соотечественников. Желательно нанес большой урон тому, кто меня оскорбил. Московитам.

— А потом ты узнаешь что войска Речи Посполитой разбиты под Смоленском, и Сапега заключает с Игорем договор, а сам Игорь идет на север решать проблемы с самозванцем и повстанцами.

— Рес-публиция разве не моих рук дело? — Нахмурился Сапега.

— А зачем она тебе? Псков проще взять, отобрать у ослабевшей Москвы, как и Ивангород. Вынудить согласиться с условиями прошлого договора военной силой. Рес-публиция заявляет, что не в составе Московского царства. Так их можно взять под свое крыло.

— Так я мог вложить деньги в нее. Как раз мог.

— Мог. Но вложил ли?

— Я не знаю. — Мотнул головой Сапега.

— Сколько времени у тебя уйдет на сбор войска?

— Балтика зимой плохо пересекаема судами. — Задумчиво произнес Сапега. Идти пешком, огромный крюк.

— Вот.

— Значит весна. — Потер он руки. — Да, государь московский, я бы собрал войско и ударил.

— Куда?

— На Псков.

Я мотнул головой. Сапега прилично так недопонимал ситуацию. Ладно, это даже хорошо. Плохо только то, что мне придется здесь оставаться еще какое-то время, чтобы разрешить этот накал страстей. Разорвать клубок интриг, вернуться в Москву, и там уже присутствовать на Земском Соборе.

Время, время сейчас играет не за меня.

Распрощался с Сапегой и отправился спать, лежал и думал. Как мне быстро достичь успеха в Пскове? Свадьба, отлично. Она сегодня. Сейчас там все перепьются, загуляют. Вряд ли дело обойдется одним днем. Скорее двумя или даже тремя. Народные гуляния на государевой свадьбе у нас весьма обильные. Влететь в город под это дело — хороший план.

Либо ждать, пока войско уйдет к Валиким Лукам, как я и думал.

А что если они знают о том, что Лисовский у меня? Что тогда? Неужели Просовецкий снял осаду из-за свадьбы? Выглядело это по меньшей мере странно. Они теряли людей, работали, копали, строили. И тут в какой-то момент встали и ушли. Просто так.

Нет, здесь что-то кроется, очень глубокое. Может они узнали, что им не заплатят? Лисовского допрашивать обо всем этом было несколько глупо. Он был фанатиком. Да и как-то я не думал, что здесь такая хитрая экономическая игра. Знал ли о ней гетман? Или ему было плевать? Платят — работаю. Не платят — граблю тех, кто до этого платил, вполне логика в его вкусе. Да и его люди тоже придерживались таких же мыслей.

А я завис над решением еще одной головоломки.

Ходкевич или шведы? Оставить их в покое?

Сапега не понимал, что если и высказываться шведскому королю, то как-то так, чтобы сразу получить несколько выигрышных очков. А значит разбить малые силы одного из врагов. Понимает ли он, что Ходкевич и Сапега не союзники? Скорее всего да. Но сможет ли он с ним договориться? Пойдет ли тот, кто несколько лет воевал со шведами, на союз с ними против нас? Слишком много переменных.

Но я видел один интересный выход. Глобальную многоходовку, но для этого мне нужен был Псков и мое войско, застрявшее под Великими Луками.

И тут в голову мне пришла еще одна очень интересная и решающая все проблемы мысль.

Я уже изменил историю! Раньше я не думал об этом. Но теперь это становилось по настоящему важным, основным моментом. Что было в привычной мне истории? Побитый, но не дезорганизованный Делагарди отошел на север, встал в Новгороде, и по факту король Карл девятый получил контроль над крупным северным городом. И силой мог выбить контроль над землями, переданными по договору Шуйским. Сражаться за них сил у Москвы не было. Король в сильной, выигрышной позиции.

А сейчас?

Войска нет. Шведы где-то на просторах Руси работают наемниками и не могут вернуться, не могут влиться в новое войско, которое должно решать проблемы Швеции, проблемы короля. Делагарди в плену. Все! Усилия, которые приложил Карл девятый, канули в лету. И какой-то мальчишка, выскочка, черт знает кто, севший в Москве, в довольно наглой форме сообщает старику об этом.

Да, ведь мое письмо было далеко не добрым и не почтительным. Я жестко ставил шведов перед фактом — Москва моя, земель вам не отдам, Делагарди у меня. Ваши воины будут бить ляхов, как мы и договаривались, а потом поглядим.

Нагло и жестко.

И что мог мне ответить король? Ничего. У него нет армии. Пока нет. Король проиграл. На старости лет риксрод видит в этом невероятный успех. Пока Карл собирает хоть сколько-то значимое войско, аристократы готовят Псков и север Руси к чему? Разве к сдаче королю? Нет! Осознание этого словно иголка уколола мне в мозг. Король должен умереть. Да здравствует молодой, лояльный король, который сразу! Сразу как взойдёт на престол, захватит Псков. Как? Войско будет готово, а наемники просто повернутся против Пскова и разграбят его. После чего Густав Адольф, юный король, ведомый мудрыми аристократами, возьмет его почти без боя.