"Зарубежный детектив 2026-17". Компиляция. Книги 1-11 (СИ) - Даль Арне - Страница 484

Она максимально сбросила скорость и посмотрела в зеркало заднего вида, вновь убедившись, что никто за ней не следит. Нигде не было видно ни легковых машин, ни грузовиков, ни тракторов; деревянные ставни на окнах наглухо закрыты. И ни единого признака жизни, никаких местных обитателей в этом отдаленном доме, замкнувшемся в гордом одиночестве под охраной дубов и сосен.

Места на обочине, чтобы поставить машину, не было — дорожное полотно резко и опасно обрывалось в глубокие дренажные канавы. Подъездная дорожка к дому проходила сквозь узкий разрыв в каменной стене, перегороженной цепью, защелкнутой на висячий замок. На одной из каменных колонн у въезда — маленькая белая эмалированная табличка с номером 141, выписанным черным. Значит, это действительно дом номер 141 по рю де Пен, Бигонвилль, Люксембург.

Кейт остановила машину посреди дороги. Особо здесь не развернешься — никаких площадок, где можно подождать обитателей дома. Она огляделась по сторонам — на протяжении полумили вокруг нет никакого укрытия. И пробраться в дом тоже невозможно.

Странное место для штаб-квартиры компании, стоящей двадцать пять миллионов евро. Это больше напоминало убежище, берлогу, где можно залечь, спрятаться.

Дюжина мамочек, собравшихся на вечеринку, сидели на барных табуретах вокруг высокого стола. Не прошло и получаса, как большинство уже были подшофе.

Эту вылазку Кейт придумала, чтобы разгрузить мозги, запутавшиеся в неразрешимой ситуации. К тому же она ведь должна поддерживать видимость нормальной жизни. Это всегда являлось составляющей ее подготовки как агента, оперативного сотрудника, было частью карьеры, частью ее самой: что бы ни происходило, веди жизнь обычного человека. Занимайся повседневными делами, встречайся с рядовыми людьми. Не давай повода расспрашивать, сомневаться в тебе, что-то насчет тебя выяснять. Никогда ничего не объясняй не в меру любопытным людишкам, вообще не отвечай ни на какие вопросы, которые могут возникнуть после твоего исчезновения. Старайся не возбуждать подозрений, иначе кто-нибудь подумает, что ты совсем не то, чем представляешься.

Сидевшие вокруг стола мамочки вовсю развлекались сплетнями и слухами, необоснованными, злобными. У этой муж трахается со своей секретаршей. У той бебиситтером работает известная всей школе шлюха. Эти чехи, которых все считают богачами? Вздор, они нищие. А эта громогласная вульгарная техаска, у которой трое детей? Да она же проходит курс лечения от бесплодия — хочет заиметь четвертого.

А эта, как ее бишь, она и впрямь такая и сякая…

А Кейт тем временем размышляла о собственном муже, о том, что он натворил и еще собирается натворить. И откуда он взял эти пятьдесят миллионов евро; не может быть, чтобы именно тем способом, в котором его подозревает ФБР, то есть попросту украл.

Она незаметно положила на стол банкноту в десять евро, пока никто не смотрел в ее сторону, и вышла, словно направляясь в дамскую комнату. Но на самом деле прихватила из стойки свой зонтик и выскользнула на улицу, в туман, под свет плавающих в испарениях уличных фонарей, к похожему на статические разряды бормотанию текущей рядом реки, пополняемой тающим снегом.

Вокруг моста впереди теснилось множество кафе, каждое со своей тайной микроатмосферой, полной дыма и звуков: в одном — воплей болельщиков, следящих по телевизору за матчем по регби; в другом — завываний попсы, орущей из музыкального автомата; криков пьяных в стельку тинейджеров в третьем, где висел плакат, запрещающий вход любому, не достигшему шестнадцати лет, и поэтому привлекающий сюда всех шестнадцатилетних юнцов города.

Миновав мост, Кейт вошла в длинный, хорошо освещенный тоннель, вырубленный в скале, на которой был выстроен haute ville.[253] Грубо обтесанные стены пестрели граффити, слегка попахивало мочой, как в любом городском тоннеле, даже в самых чистых, вылизанных городах. Ей требовалось пройти с сотню футов наверх, чтобы добраться до своего квартала, расположенного на этой скале, — отличное физическое упражнение, если бы она отправилась туда по рю Ларж, но сегодня Кейт не хотелось никаких упражнений. Ей нужны ответы на вопросы, а не тренировка сердечной мышцы; ей сейчас хотелось быть дома, наедине с собственными мыслями. Следовало еще расплатиться с бебиситтером и отпустить ее, пока муж играет в теннис с агентом ФБР, который за ним следит. Кошмарная каша!

Из прибывшего лифта высыпались парочка тинейджеров, два типчика, похожих на банковских клерков, и одинокая женщина, которая поймала взгляд Кейт и изобразила на лице нечто вроде солидарности.

Кейт вошла в лифт — одна — и стала ждать, когда он тронется. Потом услышала топот ног в тоннеле — кто-то спешил, хотел успеть. Похоже, мужчина — тяжелые шаги, широкая поступь. Она нажала кнопку, еще и еще — нерациональный и бессмысленный порыв, но все же понятное и приемлемое действие.

Двери закрылись в тот момент, когда мужчина подбежал и попытался вставить руку в щель между сдвигающимися стальными панелями, но опоздал на долю секунды.

Лифт поднимался медленно, погромыхивая и поскрипывая тросом. Добравшись наверх, Кейт вышла на улицу, на плато Сент-Эсприт, к административному комплексу, задним дворам, правительственным учреждениям и небольшой площади посередине, между неправдоподобно чистенькими зданиями. Территория была отлично освещена, но пуста и погружена в полное молчание.

Кейт торопливо пошла по булыжной мостовой. Миновала ночной клуб — изнутри доносилась грохочущая музыка, но снаружи не было ни души. Повернула за угол и двинулась в сторону следующей площади. Здесь имелся бар, фонтан, роскошный ресторан, стояло такси. Пара среднего возраста вышла из ресторана и села в машину.

Она оглянулась через плечо: никого. Быстро миновала площадь, выбралась на улицу — тротуар взрыт, в глубоких рытвинах валяется строительное оборудование. И услышала за спиной шаги.

Кейт заспешила, перешла на рысь, потом снова на быстрый шаг. Пробежала перекресток, оставила позади битком набитый итальянский ресторан, дворец великого герцога, и поняла, что сейчас окажется прямо под окнами Маклейнов.

Человек позади нее, несомненно мужчина, не отставал, его башмаки звучно стучали по камням мостовой. Она оглянулась. Длинное черное пальто, шляпа с полями. Тот же самый, из тоннеля? Возраст и рост не определить, их скрывает ночная тьма. Ничего не распознать.

Кейт посмотрела на итальянский ресторан, подумала, не рвануть ли туда в поисках убежища. Но продолжала идти дальше еще быстрее — мимо китайского ресторана, бара, потом резко свернула в переулок — кратчайший путь к ее дому, к сожалению, слишком крутой — и перешла на бег. Бежать было неудобно, она спотыкалась и подскальзывалась на высоких каблуках на этом крутом подъеме, вымощенном мокрым булыжником. Дотянувшись до оштукатуренной стены, Кейт попыталась избежать падения, заскребла пальцами по неровной поверхности, на полной скорости свернула за угол, помогая себе раскрытым зонтиком, сосредоточенная на единственной цели — скорее добраться до дома; она бежала уже практически со спринтерской скоростью, но, нырнув в темный проход, переменила решение.

Проход вел к парадной двери здания, похожего на ее дом, — еще одно средневековое строение, обновленное и перестроенное до полной неузнаваемости, каменные стены оштукатурены, деревянные балки заменены новыми, в окнах рамы с двойным остеклением, каминные трубы забраны в современные кожухи.

Она прижалась к стене, распласталась, укрылась, спряталась, затихла, приготовилась.

Шаги все ближе грохочут по булыжнику — звук скольжения по крутому подъему, и вот уже совсем рядом, в трех секундах от нее, потом в двух, потом…

Кейт оттолкнулась от стены, вылетела на узкую улочку, подняв правую руку, импульс изначального толчка помог замахнуться в полную силу — в мощный удар напряженной ладонью, обрушившийся на шею мужчины, она сумела вложить всю силу, сломив сопротивление плоти и костей.