Патриот. Смута. Том 17 (СИ) - Колдаев Евгений Андреевич - Страница 16

Он поднялся, посмотрел на моих полковников. Они молчали, внимали.

— До Пскова верст… Верст двести с полтиной. Туда мне дня четыре. — Начал он задумчиво. — Ну там. Государь, не знаю сколько там войско собираться будет.

— Думаю оно там стоит готовое. Они же нас ждали. — Проговорил я.

— Ну тогда за две недели, это самое быстрое, войско Пскова должно подойти к Великим Лукам. Но… Думаю побольше, конечно, выйдет.

— Действуй. — Улыбнулся я.

— Но государь. Я не понимаю… — Проговорил он.

— Главное, что я понимаю. Действуй. Бери заводных коней и иди ко Пскову. Благословение мое с тобой.

Он поклонился и не очень понимая, что происходит, вышел.

— Государь, зачем? — Репнин смотрел на меня пристально.

— Заманим силы. В поле их бить проще. — Улыбнулся я.

— А если не выйдут? Или… Если мы не выстоим? Здесь под Луками.

Не хотелось мне вдаваться в подробности своего плана. Он был многогранен, и по факту различных событий, мог резко начать подстраиваться под ситуацию. По-другому в нашем деле никак. Жесткий план ломается, всегда нужен такой, который можно скорректировать. Знать ответы наперед. Именно скорость реагирования на ситуацию, выигрышная стратегия и могучий плюс. Сложно привыкнуть к быстроте, когда войско от города к городу идет не часы, а сутки, а то и недели.

— Все будет, с божией помощью. — Я вновь повернулся к Серафиму. — Молитву перед выступлением прочесть. Войско на поход благословить, отец. И вы. — Это уже относилось ко всем собравшимся. — Довести до сведения всех сотников и десятников, а они уже до остальных служилых людей, что против нас хитрый и искусный враг, который умеет обманывать и прикрываться всякими хитростями, запугивая и выдавая это за колдовство. — Повысил голос. — Именно выдавая! Собратья! Никакой он не колдун! Не ведьмак! Хитрый, опасный полковник, который решил, что весь наш север теперь его вотчина. Нет! Этому не бывать! — Я поднялся. — Это наша земля! Это наша Россия!

Они закивали в ответ.

— Все свободны. — Проговорил я, выдержав паузу. — Яков, останься.

Полковники кланялись, выходили, это заняло некоторое время, но очень быстро я остался наедине с сотником своей ближней охраны. Если не считать еще постоянно присутствующих при мне телохранителей и незримо находящегося рядом Ваньки, верного денщика моего.

— Собрат мой. Яков. — Улыбнулся ему. — Сотню предлагаю поделить на три части. Каждая по восемь часов дежурит, остальные отдыхают. Уверен, Лисовский попытается устранить меня. Ночью сделает вылазку. И мы должны быть готовы. А не спать несколько суток. Так никто не сможет.

Он кашлянул, нахмурил брови.

— Да, государь. Верно все. Все так. — Кивнул после короткого раздумья. — Если он, как ты действует. То…

Я усмехнулся.

— Что, думаешь чтобы я сделал?

— Перво наперво дозоры бы послал, и узнал что за сила против тебя стоит. Далеко разослал бы и следил за продвижением. Мы всех не найдем, леса, болота. Они здесь местность лучше знают. Давно здесь, да и местные у них в услужении.

— Верно, что дальше?

— Дальше бы… — Он задумался. — Думаю, либо тебя бы убить ночью. Либо ударить по войску всему. Либо и то и другое. Разом. Нашел бы место удобное, низинку. Пушки бы подтащил…

— Как думаешь, есть они у них?

Этот момент меня тоже беспокоил.

— А вот не знаю. Скорее есть. Как не быть. В тех же Великих Луках они имеются. И в Пскове. А вот сможет ли он их быстро до места боя доставить…

— Вот и думаю. Мы — то все это еще под Воронежем опробовали. Филко толковый инженер, вместе с ним крепили к лошадям. Смогут ли люди Лисовского так сделать? Да и решат, надо ли оно им?

Насколько я вспоминал Александр Юзеф со своей конницей не таскал пушки, они ему были не нужны. Налетал, жег, грабил, врывался в города, старался взять нахрапом. И уходил. Осады и тяжелые огненные штурмы не его стиль. Но, все могло измениться и надо быть к такому готовым.

— Значит, думаешь ночной налет?

Яков вновь задумался, прошло несколько долгих мгновений, прежде чем он выдал:

— Как вариант, то, что ты под Серпуховом проделал. Передовой отряд налетает вечером или утром. Отходит. Потом еще и еще и еще. Измотать нас. Мы в погоню если кинемся, то налетим на крупные силы, а лошади уже усталые. Вытянуть на бой, заманить.

— Хорошо ты мыслишь, Яков.

— И что же мы делать — то будем, государь? Как против такого воевать?

— Хитростью и умением. — Улыбнулся я. — Только так.

Где-то через час мы двинулись по берегу реки Ловать на север. Великие Луки оставались за спиной. Воинство и крупный обоз шли достаточно плотно. Впереди авангард, дозоры, вестовые. Но беда была в том, что местность из-за болот и густых лесов не позволяла далеко отступать от дороги передовым отрядам. Разведка здесь была очень осложнена.

Мы прикрывались слева рекой, ее достаточно широким руслом. Ну а справа был смешанный лес, но преимущественно лиственный. Деревья росли стеной, словно крепость, не позволяя крупным отрядам проникать внутрь. Но кое где встречались сосновые боры. Почва там, где они росли, менялась на песчаную. И вот в таких местах, как я прикидывал, были хорошие места для засад. Вычислить их сложно. Конница могла прятаться в глубине таких сосновых вкраплений, по их краям. А через сосняк атаковать и встречать нас огненным боем было гораздо проще, чем в душных, непролазных лиственных зарослях, где подлесок высокий и пройти на коне почти невозможно.

Что бы сделала я?

Быстрым маршем от точки нахождения, тот самый Холм, нашел бы хорошее место и не одно. Желательно два или три. Разместил там несколько отрядов с идеей того, что они атакуют из вот этих самых боров, не связываются боем, бьют из всего, что есть и отходят. Укусил, удрал.

Еще можно атаковать от реки, откуда удара не ждут.

Пока ехали, я приметил что река, хоть и широкая, все же ее форсировать при желании можно. Берега обрывистые, кое где там, ближе к берегу, торчат крупные камни, а лес подходит почти к воде. Переправился опять же малым отрядом и ударил из низины.

Пока ехали, я раздумывал.

Гонец от Великих Лук до Холма дойдет в лучшем случае завтра к вечеру. Лисовский вряд ли будет выступать без точных сведений. У него на востоке противостояние с Новгородом и Григорием Константиновичем Волконским. Просто так взять все войска и пойти биться со мной — риск получить удар в тыл. Но уверен, он уже собрал в кулак большую часть своих сил и ждет. Понимает, что если не разбить меня, то всей его Рес-публиции, которая его подкармливает и может стать вотчиной — конец. А побьет, там может и Новгород волю к сопротивлению потеряет.

Так что все здесь на севере напряглось и ждет моих действий. Победа или поражение. И второе я допустить никак не мог, потому что страна опять скатится в новую Смуту, только теперь весь север от нее отколется. Сапега, жадный до власти, вгрызется в Смоленск, и вряд ли тот сможет устоять. Ну а юг. Юг весной подвергнется налету татар.

Нет, нельзя мне проигрывать. Никак нельзя. Права я такого не имею.

Пока шел, раздумывал над далеко идущими стратегическими планами. Земский Собор, дальнейшие изменения. Что там в Москве? Надо бы, как вернусь, самому за многое взяться, да только… Только вряд ли выйдет. Григорий там без сна и отдыха пашет за десятерых. И придется ему это все делать еще долго. После Рес-публиции шведы, потом татары, потом помощь Сапегам. Такая, чтобы они и их противники измотали себя и поняли, лучше уж замириться с нами навеки, а то и вассалами стать. Не сразу конечно, со временем. Довести их до состояния Руины, которая случилась на несколько десятилетий позднее восстания Хмельницкого, тринадцатилетняя война, Потоп. Все это привело Речь Посполитую к тяжелым потерям и тому, что уже никогда она не смогла подняться так высоко, как была на карте мировой истории.

А еще на востоке Сибирь с ее огромными ресурсами, но с очень! Невероятно сложной логистикой. А еще нам нужны железо, серебро, прочие руды! Нужны мануфактуры и производство, нельзя же постоянно все за рубежом заказывать.