Патриот. Смута. Том 16 (СИ) - Колдаев Евгений Андреевич - Страница 11

Глаза Сапеги полезли на лоб.

— Нет… — Замотал он головой. — Нет…

— Чего нет? Про замок расскажи. — Усмехнулся я, смотря ему прямо в глаза. — Неужто это запрещено? Позову своего инженера, послушаем. Вы же мастера фортификаций, не то что мы. Вот и скоротаем время перед сном приятной беседой.

Махнул рукой.

— Пригласите мне Филко, собратья. Очень нужен он мне здесь.

Через пару минут, удивленный до глубины, ясновельможный пан начал вещать нам о том, что такое Велижский замок и как он устроен.

Глава 6

Сапега вел рассказ.

— Так-то Велиж строили московиты. То еще при Иване Грозном. Лет… Лет почитай сто назад. — Ян погладил свои усы. — Ну, где-то так. Но после Ливонской войны, по перемирию… Уж больно этот городок опасен был и он Речи Посполитой перешел.

Значит, земля — то наша, а не литовская и не польская. А раз наша, то и право здесь идти мы имеем. Город русские люди, московиты строили, так какого черта он должен за ляхами быть. Ситуация с мостами и проходом становилась мне все более понятна. Решение было уже принято, только шляхтичу про него знать не надобно.

— Ты про то как устроен, где мосты, как переправиться? — Я ухмыльнулся.

— Велиж контролирует переправу через Двину, Западную Двину. Стоит у места, где в нее впадает Коновец. Речка не великая, так, больше ручей что ли. Местность там овражистая и лесами поросшая. Болот много. Вокруг. Город, посад по-вашему, имеется. Тоже стеной отгорожен. Он на другой стороне ручья располагается. Ручей запружен, плотина там, по ней переправа от замка до города.

— Стены каменные?

— Нет, откуда. Деревянные. Велижский староста, Гонсевский. Он у себя войска собирал и припасы для Смоленска. Для короля нашего Сигизмунда, для осады. Верный ему человек. — Лицо Сапеги стало серьезным. — Не думаю, что договориться удастся. Не пропустит он твое войско, господарь московский.

— Что же он, против канцлера, наместника, родича твоего Льва пойдет? — Я спросил напрямую.

— Может. Может прямо — то и не пойдет. Но нас не пустит. Мы же не войско Речи Посполитой. Ты же московит, а тут земля литовская.

С чего? Если московиты город строили. Но, это не здесь решается, а на поле боя.

— Ладно, что там с крепостью еще? Переправа где?

— Замок переправу контролирует. И через ручей, и через Двину. Как иначе.

— Мост?

Сапега кивнул.

— Ну а замок, что там? Что владения Гонсевского, прямо… Как Смоленск? — Мне нужно было понимание серьезности укреплений. — Рисуй. — Подал ему веточку, землю освободил ногой от листвы.

Ян уставился на меня, на пришедшего Филко. Начал чертить.

— Какой там Смоленск. — Ворчал тихо. — Если бы.

Получалось в целом довольно обычное на тот момент фортификационное сооружение. От места впадения ручья в реку стены треугольником расходились, а потом их отсекала. Шляхтич припоминал девять башен, но точно не помнил, где какие находятся. Или не хотел вспоминать. Указал мост и плотину.

— А брод, если в обход, то… Это полдня где-то. Там перейти можно. Но с обозами, как бы плоты рубить не пришлось.

— Понятно. — Я улыбнулся Сапеге. — А что думаешь, Сам Гонсевский все же дома у себя или отбыл по письмам дядьки твоего на сеймик?

Сапега крепко задумался.

— Чего не знаю, того не знаю, господарь московский. Тут… Письма мы ему в первый же день отправили, пригласили в Витебск. Где войско встанет и где сейм будем малый. Первоначальный.

— Гарнизон нам мешать не будет?

Ян поднял на меня глаза.

— Как помешать тебе, господарь московский. Там людей оружных, дай бог полтысячи. Из них шляхты… Даже не знаю.

— Ты же говоришь, что собирал Велижский староста войска.

— Собирал. — Вздохнул Сапега. — Только если бы собрал толково и много, то уже у Смоленска был бы. А так, все отписки писал, что мол денег не хватает, что на севере Ходкевич со шведами воюет и что туда ясновельможные паны уходят. А перебить плату никак нельзя.

— И что, правда воюет Ходкевич?

Ян вздохнул.

— Я давно в Московии, господарь московский. В твоей стране. Я уже и забыл кто из нас, ясновельможных панов, где воюет и кто где землю держит. За годы оно поменялось все. А Ходкевич. Он лис тот еще. Думаю… Уверен, делает вид что воюет, а сам силы собирает.

— Зачем?

— У нас же как? Кто на сейм больше людей приведет, тот и прав. Если шведы не лезут, то и воевать не надо, если король у Смоленска застрял и не требует рыцарской верности.

— Понятно. — Задумался на миг, улыбнулся. — Спасибо. До Велижа нам еще идти и идти, но мыслю я, письмо бы с гонцом послать, уведомить что рать московская в обход бродами пойдет. Чтобы не волновались. Можно?

— Такое можно. — Сапега улыбнулся в ответ.

— Вот и пошли толкового человека. Только, чтобы он все силы приложил и лично Гонсевскому передал. А если нет его, то… Ну кто там за него оставлен, может сын, брат.

— Сын, может быть сын. Криштоф Корвин-Гонсевский. Вроде так. Ему уже срок пришел и саблей махать и на коне скакать. Если отец куда уехал, то уверен, он там за главного.

— Вот и пиши. И думай, как нас к бродам вывести.

Поднялся, махнул рукой, увлек за собой Филко.

— Государь мой. Игорь Васильевич. Я… Я к своим пойду.

— Иди, только по дороге подумай как крепость эту брать. А завтра на марше вестового мне пришлешь. А то этот глазастый лях заподозрит неладное и письмо не такое напишет, как нужно. — Я улыбнулся, хлопнул обалдевшего Филко по плечу. — Думай.

— Игорь Васильевич… Это…

— Время есть, думай. И я подумаю.

Повернулся и с телохранителями двинулся обратно к месту своего ночлега.

— Государь. — Тихо заговорил Богдан. — На кой черт нам эта крепость? Время потеряем. Да и ляхи… Ляхи же вроде бы теперь союзники. — Сморщился, сплюнул. — Думал ли я, что когда-нибудь…

— А ты, казак, чего боя боишься? — Ухмыльнулся, бросил на него взгляд.

— Да что, ни в жизнь. — Он замялся. — Только… Только путь не близкий нам до Пскова и Нового града. А тут крепость. Князь и фряг ее обошли, может и нам.

— Может. Только тут есть нюанс. Где староста города? Здесь или нет? Это важно. Что со складами, тут они или нет, или вывезено все уже. Это тоже важно. А если этот Гонсевский в тылу у Сапеги будет, то что? Он католик, он за короля встанет и будет здесь и на Смоленщину ходить и тылы наши грабить. Нет, хватит. Эту крепость люди наши строили, ты же младшего Сапегу слышал. Еще при Иване. Так какого черта она теперь за Речью Посполитой, а?

— Ну так… — Казак мялся.

— Вот, то-то и оно. — Я вздохнул. — Подумаем, поглядим.

На этом разговоры о Велиже закончились. Ночь прошла вполне рутинно, тихо, насколько это может быть в военном лагере. Поутру двинулись дальше.

Шли мы пока по разоренной Смоленщине и передовые отряды были весьма крупными, усиленными, чтобы с любой шайкой могли совладать или хотя бы отступить с боем и передать информацию о врагах. Вели нас люди Ивана Зубова. Он сам вызвался. Когда говорили о походе, предложил до Великих Лук проводить. Заодно порядок на своей малой Родине помочь навести.

Мысль была отличная и я не препятствовал. Человек местный всегда в походе полезен.

Вызвал я его к себе поутру на разговор.

Пока собирались, он примчался, поклонился.

— Здрав будь, государь наш.

— Здравствуй, Иван. Дело у меня к тебе. Разговор важный, только тайный. Никому о нем.

Он насторожился, но быстро выправился. Выглядел заинтересованным.

— Для других мы сейчас с тобой говорим о том, как Велиж обойти. И ты со своими это же обсуждаешь. Как нам через броды перетащить обоз, сколько это времени займет.

— Ясно. Дело — то не простое. Там… Там болота одни. Пройти можно, но вот с обозами тяжело. Но, коли надо, пройдем. В обход. — Он улыбнулся. — А какая тайна — то в этом?

— А теперь по существу. Я Сапегу расспрашивал о Велиже, о его старосте. Теперь с тобой говорить хочу.