Развод со злым ёкаем (СИ) - Иствуд Кира - Страница 31

Когда волна схлынула – я поняла, что это уже произошло. Ёкай вошёл в меня на всю длину, взял мою невинность, консуммировал наш брак! И его орган сейчас во мне, целиком! Я задыхалась часто и прерывисто.

Наверно, мне настолько больно, что я помешалась и никакой боли не ощутила лишь поэтому. Было только невероятно сладкое распирающее давление.

– Вот так, Рейна… привыкай… – нежно прорычал ёкай мне в шею, и это было горячо! Выдавв ещё немного, Мортас начал двигаться во мне. Медленно, осторожно…

Я пообвыклась. Наконец допустила вероятность, что боли и правда нет.

– Мор… Мортас! Ах… Мне! Не больно…

Он вошёл вновь, с силой вжался в меня и горячо прошептал:

– Как я и сказал, жена. Я не захотел делать больно своей женщине и не сделал. Чему так удивляешься?

Ничему… и… Не знаю!

Мир фоном исходил золотыми вспышками. Мортас начал вторгаться в меня чаще и резче. Я подхватила его ритм и двигала бёдрами, подаваясь на встречу.

– Скажи мне… – шептала я, захлёбываясь, – как… как сделать тебе хорошо?

– Люби меня, жена. Просто люби!

– Люблю… – послушно повторила я.

Едва ли ёкай вёл речь про возвышенную любовь. Скорее он имел в виду физическую близость. И я подчинилась. Была покорной. Поддавшись интуиции, я выбрала момент и сжала плоть Мортаса в себе как могла – ёкай блаженно зарычал и начал совершать во мне очень резкие, почти хаотичные выпады – и каждый раз что-то очень чувствительное заедал в моём теле – глубоко и сладко, вызывая совсем иного рода удовольствие, нежели доставлял пальцами – это было туже, более текучим, и оно словно было повсюду!

Ещё несколько отчаянных толчков во мне, ещё несколько моих таких же отчаянных сжатий изнутри – и меня скрутила какая-то зверская судорога. Мир заволокло текучим золотом, вокруг заплясал чёрный огонь. Свет магии в моей груди словно обезумел и тоже взмыл, переполняя меня всей и передаваясь Мортасу, пока тот жар тугими толчками изливался в меня.

Мортас вышел из меня не сразу. Какое-то время его плоть пульсировала во мне, заставляя меня пережить следовую волну наслаждения. А потом он всё же меня покинул. Развернув спиной к себе и притянул – так что мои лопатки прижались к его твёрдой груди. Мортас обнял меня, как будто бы всю – оплёл своим телом. Тяжело… хорошо… идеально.

– Останешься подле меня, человечка… – выдохнул он мне в затылок. Это звучало как приказ. И было приятно, и немного пугало. В голосе Мортаса столько власти… что нормально, он же ёкай тьмы. Просто такие интонации, я привыкну…

Я просто положила свою руку на его сверху, без слов соглашаясь. А как же иначе? Я ведь его жена. Конечно, я буду рядом.

Я блаженно прикрыла глаза. В тот момент мне казалось, что всё идеально. Что всё кончится хорошо, что всё уже хорошо кончилось, но…

Глава 14

Рейна

Горячая ладонь Мортаса скользнула по моему животу, и я вздрогнула, распахивая глаза. Ёкай приподнялся на локте, нависая надо мной. Хвост ёкая обвил мою талию, а пальцы принялись выводить круги на моём бедре, подбираясь к самому интимному месту.

— Ты решила, что мы закончили, жена? — низкий мужской голос прозвучал с хрипотой, от которой по коже побежали мурашки. — Это ночь ещё только началась.

Он снова склонился к моей груди, и его горячий рот накрыл сосок. Я ахнула, выгибаясь навстречу, а ёкай принялся терзать меня языком — каждое движение отдавалось сладкой судорогой внизу живота. Его пальцы между моих ног двигались медленно, мучительно медленно, поглаживая самую чувствительную точку и заставляя меня всхлипывать и вцепляться пальцами в его широкие плечи.

— Пожалуйста… Мортас… — я сама не знала о чём прошу.

— Пожалуйста — что? — его губы скользнули выше, к шее, к уху. Горячее дыхание обожгло мочку. — Скажи, жена. Чего ты хочешь?

— Тебя… — выдохнула я, совершенно потеряв стыд. — Я хочу тебя…

Мортас утробно зарычал, а следующий миг перевернул меня на живот, приподнял бёдра, и я ощутила жар его возбуждённой плоти, прижавшейся ко мне сзади. Его хвост заскользил по моей спине, по плечам, а потом раздвоенный кончик принялся ласкать мою шею, отвлекая, пока муж медленно входил в меня с новой позиции. Я застонала, сжимая пальцами простыню.

— Вот так… — прорычал он, начиная двигаться. — Ты моя, Рейна. Моя…

Я уже не отвечала словами — только стонала, всхлипывала, подавалась бёдрами навстречу. Теневые руки — те самые, которых я раньше так боялась — теперь ласкали мои плечи, спину, скользили по животу, и от их прохладного касания среди жара моё сознание окончательно мутилось.

Время потеряло всякий смысл. Я помню, как Мортас менял моё положение, как брал меня на руки и усаживал на себя сверху, а я, обессиленная, роняла голову ему на плечо, и он продолжал вторгаться в меня, поднимая к новым вершинам. Помню, как кричала его имя, и как он зажимал мне рот поцелуем, проглатывая мои стоны. Помню вкус соли на его коже и его особенный запах .

В какой-то миг за окнами летнего домика забрезжил рассвет…

Должно быть дальше я провалилась в забытьё, потому что следующий мой ясный миг — это картина: Мортас держит в пальцах маленький круглый пирожок из рисового теста — и подносит к моим губам.

— Восполни силы, моя жена.

Я послушно откусила. Сладость растеклась по языку. Мортас удовлетворённо улыбнулся и дал мне ещё один моти. Откуда он взял их? Не знаю. Может, сходил в главный дом, пока я спала? А может, призвал через теневых слуг?

Рядом стоял чайник с зелёным чаем, и ёкай налил мне пиалу.

Едва я допила чай, он снова припал к моим губам. Поцелуй был глубоким, собственническим, с привкусом зелёного чая. Язык мужа проник в мой рот, а руки уже снова блуждали по моему обнажённому телу. Я чувствовала, как его возбуждённая плоть прижимается к моему бедру.

— Мортас… — всхлипнула я, когда его губы оторвались от моих и переместились на шею.

— Я здесь, — горячо выдохнул он и снова вошёл в меня.

И вновь всё закружилось в водовороте удовольствия. После очередного раза, когда мы с Мортасом лежали обнявшись на футоне, сил у меня уже осталось так мало, что я прикрыла глаза — и заснула. А снова я открыла веки уже в другом мире… В мире моего сна. Моего повторяющегося кошмара.

Я была на том самом летающем острове. Лежала на траве у подножия жуткого трона из костей. Сверху — алое, как запекшаяся кровь, небо. Далеко внизу ревело пламя. А прямо надо мной нависал ёкай. И здесь, как и совсем недавно в реальном мире — мои ноги были разведены, а его естество вторгалось в меня глубокими, властными толчками. Глаза ёкая горели золотом, когда он смотрел на меня сверху. Стоны срывались с моих губ непроизвольно — тело изнывало от удовольствия даже не смотря на то, что теперь я провалилась в кошмар!

Я зажмурилась изо всех сил, надеясь, что видение исчезнет!

— Смотри на меня! — с грозным рыком приказал ёкай.

И я дрожа, открыла глаза.

— Да, вот так… Моя сладкая ведьма… Моя прекрасная жена…

Нет, это всё же не кошмар… Это просто сон! Иначе не объяснить, почему интонации этого Мортаса такие ласковые, а касания столь бережные, да и моё сердце бешено стучит вовсе не от страха.

Я должно быть не в себе, раз снится такое. И даже во сне меня к этому ёкаю так безумно тянуло, что я подалась навстречу, обвила руками шею мужа, сама поцеловала. И Мортас даже в этом странном пугающем месте — жарко ответил на поцелуй, обнял меня крепко, но без лишнего давления.

А потом переменил позу — усадил меня сверху, и я, запрокинув голову, застонала, когда его плоть снова наполнила меня до предела. Губы мужчины терзали мою грудь, а руки направляли мои бёдра. От количества ощущений я совсем улетела. Мир кружился, плавился, рассыпался золотыми искрами.

И снова меня подняло к пику — к той самой вершине, за которой лишь ослепительная вспышка и падение в блаженную пустоту.

— Вот так, моя белая ведьма… — рычал мне в шею Мортас. — Чем бы ты меня ни околдовала… на такое колдовство я согласен!