Правила волшебной кухни 10 (СИ) - Сапфир Олег - Страница 51

— Ну как тебе стол⁈ — расхохотался Матео, завидев меня ещё издалека. Рыбак сидел прямо на пороге своей хижины, щурился от солнца и хрумкал яблоко. — Я же тебе говорил, что не пожалеешь!

— Отличный стол, — ответил я, подойдя ближе. — Просто восхитительный.

— Ага. Только ты мне его верни, уж будь добр, — хохотнул Матео. — Ты же не стол купил, а только то, что на столе. Опаснее со словами, Маринари.

— Постараюсь. Но на самом деле я пришёл поговорить о другом.

— Слушаю.

— Этой ночью кто-то зачем-то ворвался ко мне в ресторан и устроил погром. Неприятно, знаешь ли. И я абсолютно уверен, что с этим как-то связан Освальд. Так что расскажи уже что знаешь.

Матео замер, внимательно разглядывая огрызок, а потом сказал:

— Не могу.

— Опять, — вздохнул я.

— Потому что не знаю. Но могу тебе наверняка сказать, что Освальд хороший парень. И если бы не Жанлука, то… ай, ладно, не бери в голову.

— Но его ведь чуть не похитили!

— Ах-ха-ха-ха!

Матео снова сорвался в развесёлую истерику. Снова хватался за живот, снова плакал, а под конец так вообще упал на крыльцо хижины.

— Похитят! — ржал он как не в себя. — Освальда! Ах-ха-ха-ха!

— Ну хорошо… скажи хоть: он представляет для меня какую-то опасность? У меня ведь всё-таки и Джулия, и персонал, и гости. Я не могу рисковать чужими жизнями.

— А вот тут я могу ответить, — ответил Матео, старательно пытаясь унять смех. — Потому что это я знаю. Знаешь, Освальд очень непрост. Это очень творческий осьминог с тонкой душевной организацией. Он очень долго жил в недопонимании. Его обижали. И тут я всё-таки… нет!

Матео выбросил яблоко в море, а затем достал из кармана огромный рыболовный крючок. Крючок был погнут, и даже страшно подумать, что за махина могла с ним такое сделать. Кит? Или ещё кто похлеще? Какое-то морское чудище?

— Я не могу сказать, — продолжил Матео и с лёгкостью разогнул крючок, задав ему изначальную, правильную форму. — Жанлука запретил Освальду вредить тебе. В любой ситуации. Вы же с ним теперь друзья, понимаешь?

— Не совсем.

— Ну как? Одни друзья Жанлуки не могут пострадать от других друзей Жанлуки.

— Замечательно, — вздохнул я. — А если Освальд мне голову оторвёт? Ты скажешь, мол, ну вот, не послушался Жанлуки?

— Это исключено, — вполне серьёзно ответил Матео. — Так не бывает.

— В каком смысле?

— Просто так не бывает. Если Жанлука сказал, что ты его друг, значит ты его друг. И потому ты в полной безопасности. Честное слово.

— Ну хорошо… а что ты скажешь про золотые монеты, которые пропадают у Освальда в аквариуме?

— Есть такое, — кивнул рыбак.

— Есть такое, и?

— Что «и»? Кидаешь золотую монету, появляется другой предмет.

— И-и-и-и? — протянул я. — Подробности какие-то будет?

— А какие могут быть подробности? Как по мне, всё предельно понятно.

— И ты не считаешь, что это странно?

— Не-а, — Матео удивлённо посмотрел на меня. — Слушай, а я ведь думал, что ты уже привык к Венеции. Но нет. Видимо, нужно ещё какое-то время.

— Ладно-ладно, — отмахнулся я. — Можешь не продолжать, — и с тем отправился обратно в «Марину».

Зашёл в ресторан и буквально замер на пороге. Посередь зала, в лучах пробивающегося сквозь окна солнца, стояла Джулия.

— Как тебе платье? — спросила девушка, покружившись на месте, и её юбка закружилась вместе с ней алым облаком.

А я не ответил, потому как потерял дар речи. Серьёзно. Просто смотрел на кареглазку и не мог вымолвить ни слова.

Раньше я не мог даже подумать, что Джулии настолько пойдёт красный цвет. А какой фасон! Вырез на спине, что открывал изящные лопатки. Талию охватывал шнурованный, чуть более тёмный чем остальное платье, корсет. Юбка не длинная и не короткая, а вот в самый раз, вся сплошь в шёлковых складках, похожих на замёрзший красный водопад. В ушах у девушки были серёжки с изображением золотых гондол, а волосы собраны в высоченную причёску.

— Э-э-э-э, — протянул я.

Тогда Джулия царственно прошла ко мне через весь зал и поцеловала. Коротко, но… основательно.

— Знаешь, — сказала она. — Можешь не отвечать. Я уже знаю твой ответ. Видимо, я подобрала правильное платье…

И тут я всё-таки собрался с мыслями. Притянул девушку к себе, поцеловал ещё раз, а после прошептал на ухо одно интересное предложение.

— В каком смысле «никуда не пойдём»⁈ — хохотнула девушка. — Я ведь уже платье выбрала!

— Да тихо ты, — прошептал я. — Люди же смотрят…

И впрямь. Весь зал, — и гости, и официанты, и даже бородатый мангальщик в окошке, — смотрели на нас. Люди улыбались. Кто-то аплодировал, а кто-то показывал большой палец…

Глава 23

С трудом, но всё-таки я сумел оторваться от Джулии. Пронаблюдал за тем, как девушка села в гондолу к Рафу, и как красное платье скрылось за поворотом. Тысячу раз залпом пожалел о том, что всё так, и что уже пообещал сестре помощь, и что отменить ничего нельзя, и что… и вообще.

Что ж. Время было ещё детское, и чем-то надо было заняться. Придумать чем именно я решил, сидя на летнике с чашечкой кофе. Посмотрел на проходящих мимо людей, продемонстрировал им себя, понаблюдал за жизнью чаек в условиях венецианской застройки, и таки решил.

Одна мысль пробилась сквозь все остальные и как давай свербить — у меня ведь вопрос с пропавшим Андрюхой по-прежнему открыт. Пропал он уже давно, а первые робкие попытки найти его привели меня к череде неадекватных событий, некоторые из которых приходиться расхлёбывать до сих пор.

Но к сути! Помнится, остаток чёрной метки на запястье сулил мне помощь.

— Ну что там? — спросил я, глядя на собственную руку.

А в ответ тишина. По форме пятно сейчас почему-то напоминало Освальда и на диалог никак не реагировала, — то есть обратно в попугая не превращалось. И пришлось мне снова набирать Матео — за всеми разговорами об осьминогах, про родненького моего водоворота я совсем забыл.

— И снова здравствуйте, — набрал я рыбаку.

— Действительно, — ответил Матео. — Давно не виделись.

— Слушай, я запамятовал совсем. Хотел пообщаться с Жанлукой по поводу Ужаса Глубин. Как там поиски продвигаются?

— Да не волнуйся ты. Жанлука ничего не забывает, — тут в трубке послышался хруст яблока. — Он уже занимается этим вопросом, насколько мне известно.

— А можно чуточку поточнее? — попросил я. — Занимается или займётся? И когда? И что именно он собирается делать?

Ответом мне был задорный хриплый смех.

— Пути Жанлуки неисповедимы, — ответил Матео. — Это ведь Жанлука. Ты чего от него хочешь? Чтобы он тебе прислал дорожную карту поисков пропавшего аномального водоворота? Или что?

— Я хочу узнать насчёт сроков, — честно сказал я. — И понимать. Адекватны они или нет. Несколько лет ведь тоже срок, согласись.

— Да причём тут вообще сроки? Это же Жанлука! Жанлука из Венеции! Если сказал, что сделает, значит сделает.

— Да когда сделает-то⁈

— Когда сделает, тогда сделает. Он человек слова. То есть… это… рыба слова.

— Да что ж такое, — вздохнул я.

А Матео попросил меня не вздыхать и ещё раз повторил, что Жанлука всё сделает. Ну и всё, собственно говоря. Понятно, что ничего непонятно. Пора бы уже сдаться и принять тот факт, что с Матео кроме как о поставках морепродуктов разговаривать адекватно нельзя — ничего он не скажет, и ничего не объяснит.

Я задумался. Кто ещё из моих венецианских знакомых может знать о пропаже? Да и вообще… о том, что происходит за кулисами обычного человеческого бытия? Задумался я, значит, и вспомнил.

— Венецианка, — и тут же поправился: — Венецианки…

Ну а что? Может быть, они и правда что-то знают?

Однако чтобы побеседовать с ними пришлось ждать вечера. Ну… чтобы не травмировать нежную психику гостей и чтобы префект Маринари не прослыл сумасшедшим. Смена промелькнула, как один миг: готовка, обслуживание гостей, разбор морепродуктов. Но наконец-то всё закончилось, гости вместе с персоналом отправились по домам, и я остался один.