Проклятие египетской жрицы - Григорьев Дмитрий Николаевич - Страница 68

— О чем ты думаешь?! — Мишель пыталась до меня достучаться. — Кино отменяется! Надо ехать к Зинаиде! — она трясла клочком бумаги с адресом.

Мы направились к выходу.

— Семеныч, кончай пиво бульбенить! Закрывай ворота! — раздался сзади крик дежурной врачихи.

— Бегу, бегу, Ляксандровна! — высокий фальцет дворника толкнул мои мысли в правильном направлении.

— Не может быть! — остановился я.

— С вами, учеными, так трудно! — улыбнулась Мишель. — Ну, что на этот раз? Какая гениальная мысль нас посетила?

— Посмотри на этого дворника! Ничего не замечаешь?!

Профессиональный взгляд детектива сразу же обозначил главное:

— Застарелый алкоголик со стертыми вторичными половыми признаками.

— А знаешь, почему?

— У каждого свои причины.

— Нет, не алкоголизм! Почему признаки стерты?

— Расскажи, с тобой так интересно!

— Потому что печень убита. А печень должна разрушать лишний эстроген. У этого дворника избыток эстрогена, отсюда и женоподобный вид! А теперь вопрос на засыпку!

— Давай!

— У кого на нашей станции стерты вторичные половые признаки?!

— У Мезина? — неуверенно произнесла Мишель. — Но ведь он, по-моему, не алкоголик?

— Вспоминая бар Марго, можно было бы и заподозрить! Но нет, он не алкоголик. Он просто принимает эстроген! — победно заявил я.

— Зачем?!

— Есть у меня одно предположение! Здесь в двух словах не объяснишь! Нужен длинный зимний вечер.

— Я согласна! — она на мгновенье крепко прижалась ко мне.

Посещение убитой горем Зинаиды заняло остаток вечера, и мы чуть не опоздали в аэропорт. Вертолет в этот раз был набит до отказа, причем в основном девицами. Марго среди них не было. Иностранцы вопросов не задавали, зато Мишель сразу же сообщила мне на ухо.

— Наверное, отпросилась! — шепнул я в ответ. — Видишь, мы взлетели без задержки, не иначе Леха в курсе!

Что за люди нас стеснили, понять было трудно, но все они как один обращались к нашему пилоту запросто, по имени, и летели, как я понял, на праздник. Столетие Тунгусского метеорита приходилось как раз на понедельник.

«Чему удивляться? — порадовался я за старлея. — Пока мы еженедельно гуляем по городу да квасим в баре, он, поди, тоже в вертолете не сидит!»

Я отметил, что все новые пассажиры были налегке, без рюкзаков и палаток.

«Не удивлюсь, если сегодня ночью на берегу болота появится огромная армейская палатка на двенадцать человек, да еще с полевой кухней!»

Я почти угадал, лишь немного переоценил Лехины способности.

Вертолет, как обычно, встречали комендант и Сеня, но у выхода с базы маячили два солдата с фонарями, рядом с ними лежали груженые волокуши. Сан Саныч знал многих из прилетевших, но не всех, значит, на долю Лехи все-таки кто-то да приходился. Возглавляемая Сеней веселая толпа двинулась в сторону ручья.

Мы провожали их взглядами, стоя у американского модуля. Мишель долго держала меня за руку, не говоря ни слова. У нее был такой несчастный вид, что я не выдержал. Еще в вертолете я никак не мог придумать, как объяснить ей мой предстоящий ночной поход в биоблок, а тут как будто кто-то помог!

— Этой ночью я не могу! Я должен подменить Сеню во время ночной инспекции биоблока. Ты же знаешь, по инструкции комендант не имеет права идти туда один.

— Будь осторожней! — она слегка коснулась моих губ своими и быстро взбежала на крыльцо.

Спустя час мы с полковником направились к биоблоку. Улучив момент, когда мы попадали в поле зрения окна Мишель, я снял Сенин треух и помахал им. Мне показалось, что за ее окном колыхнулась занавеска.

В предбаннике нас ждало два мешка с мышиным комбикормом.

— Вы Марго проверяли каждый раз, как она возвращалась из города? — спросил я, пересыпая старый корм в холщовые мешки, захваченные полковником.

— Каждый! С тех пор как она привезла кальян с китайским опиумом и потом голая бегала по комплексу!

— Я такой истории не слышал!

— Ты много чего не слышал! Начать про нее рассказывать — недели не хватит! Одно слово — генеральская дочка! Мы ведь, когда с Сеней ее голую отловили, сразу поняли, откуда ноги растут! У нее все руки исколоты были. Я одно время даже обыскивать ее стал.

— Таблеток у нее не находили?

— Находил, но наркотиков ни разу!

— Противозачаточных не привозила?

— Возит. По несколько пачек за раз!

— Тогда я знаю, как выманить Мезина в город!

— Как?!

— Марго, как я понимаю, взяли?

Полковник кивнул и улыбнулся:

— Требовала звонка папе! Когда дали ей позвонить, в Питере уже ночь была, да и соединили ее с тюремным коммутатором! В общем, наслушались матюгов вволю!

— Значит, Мезин остался без новых таблеток!

— При чем здесь Мезин?!

— Я подозреваю, что он заразился вирусом! В лаборатории или от Марго, не знаю, но точно заразился! Однако, в отличие от других, он знает, как с ним бороться, и жрет женские гормоны пачками. А противозачаточные таблетки — самая удобная форма этих гормонов. В общей лаборатории эстрогена нет, я проверял, так что старый запас таблеток — это его единственный источник. Если лишить его этого источника, он будет в первых рядах желающих лететь в город! Это ведь почище наркотиков будет. От этих гормонов жизнь его зависит!

А на следующий день произошел инцидент.

Вся база готовилась к празднику. Мишель не вылезала из кухни. Команда генерала носилась на болото и обратно. Всех туристов заставили переставить палатки под деревья, а на освободившихся полянах белилами рисовали посадочные круги для вертолетов. На самой большой поляне соорудили трибуну и поставили шест с российским триколором. Людской муравейник угомонился только к вечеру. Тогда-то Сеня и решил провести испытание праздничного салюта.

Стоит ли говорить, что по роковой случайности одна батарея фейерверков в самый ответственный момент завалилась на бок и несколько петард попало в жилой модуль, аккурат возле окна Мезиных. Стекло разбилось, вспыхнула занавеска.

Ловкую работу Сени с пенным огнетушителем оценили все. Станция отделалась легким испугом, а Мезины — сгоревшей прикроватной тумбочкой с таблетками.

Поздним вечером ко мне зашел полковник и устало сел на Сенину кровать. Хозяин кровати в это время вставлял новое стекло Мезиным.

— Чисто сработано! — улыбнулся я. — Сеня — индеец Меткий Глаз!

— А-а-а, это? — он махнул рукой. — Какой там меткий глаз! Организовали управляемый взрывчик на подоконнике, а петарды так, для прикрытия! У нас проблемы!

— Какие?

— Марго молчит! У питерского племянника листок с ДНК тоже пропал! В издательствах, куда он бумаги дяди посылал, их давно выкинули. В общем, нет вируса! А мы еще Мезина без гормонов оставили. А ну как помрет?! Как мы тогда про вирус узнаем?

— Не помрет. Инкубационный период у этого вируса месяца два. Вспомни последних партнеров Марго. От момента, когда они с ней первый раз переспали, до самоубийств полтора-два месяца проходило. Здесь все от количества вируса зависит. Аквалангисты, те, что в бане угорели, три дня беспрерывно в вирусе купались, вот и результат! А что касаемо вируса, так мы его из крови того же Мезина изолируем. Правда, много средств и времени уйдет. Ну, на худой конец, со дна болота добудем!

Полковник заметно повеселел.

— Нравится мне с тобой работать! Умеешь успокоить! Да и идей всегда полна голова. Неужто все кончились?

— Куда мне от них деться! — рассмеялся я. — Вот следующая! У Мезина был доступ к Интернету?

— Конечно, у всей базы беспроводное соединение с модемом на локаторной станции.

— Мне нужно посмотреть сайты в Интернете, по которым лазил Мезин. Может, он информацию о ДНК у себя в электронной почте спрятал или на сервере каком-нибудь.

Комендант не стал убеждать меня, что контролем за посещением Интернет-сайтов не занимается, и вызвал по портативной рации Леху:

— Пришли мне кого-нибудь с ноутбуком!

Через пятнадцать минут я уже просматривал архивы за последние два года. Сначала не было ничего примечательного, но потом один за другим посыпались новостные ленты, и все на одну тему.