Статус: Разумеется - Клинок Системы (СИ) - Flow Ascold - Страница 31

— Живой… — прохрипел дознаватель, приходя в себя. — Что ж за день-то такой?..

— Вроде вторник, — пожал я плечами.

— Ужасный вторник…

Он поднялся и хотел было пойти отомстить, но увидел рядом с пленником Герду, проверяющую, дышит ли скованный цепями засранец, и передумал подходить. Вместо этого отправился в сопровождении лекаря наверх, чтобы донести о происшествии. И выдать сразу рекомендации на будущее.

Вскоре какой-то орк на всю крепость, всем офицерам сразу объявил, что из числа дознавателей к пленным допускаются только те, у кого сопротивление молниям и электричеству превышает двести процентов.

Батя предложил прикрутить к ним громоотвод, но орки не поняли, что это такое.

— И как из таких выбивать сведения? — недовольно прорычал Ургаш в сторону Болдура.

— Надо набраться терпения и думать. — Болдур провёл ладонью по лицу. — День ушёл впустую… Но это только начало. Пока они под нашим контролем, шанс разговорить их остаётся.

Возражать я не стал. Наружу этим ребятам не вырваться: цепи, камень, артефакты и мой личный пригляд. Время в кои-то веки работает на нас, а не против нас.

Оставалось непонятным, какие у пастухов резервы энергии и как быстро они восполняются. А ещё интересно будут ли энергеты жить и давать показания, если их аккумулятор, что рядом с хребтом, сломать к чертям.

Пока мы заканчивали с подведением итогов нашего боя, с другой части степи приходили свежие новости. И с каждым докладом лица всех становились всё мрачнее и мрачнее…

С первого же донесения о прибытии своры тварей численностью в миллион безголовых, все напряглись и ужаснулись. Приди эта орда на юг, смогли бы мы выстоять? Какой ценой нам бы далась возможная победа?

Я каждый час заходил за сводками из Тур Кламена. В Дира я верил и в два миллиона орков под его началом — тоже. Но… Всегда есть «но».

Первое столкновение случилось на дальних подступах к лагерям на рассвете. Ямы с горящим маслом и рвы забрали своё, катапульты били по сплошному потоку без промаха, и первое время валы сдерживали ярость тварей. Потом до рва добрался исполин, натворил там дел и лёг мостом через ров на первый вал. И началось, как сказали сами орки, «знатное рубилово».

Шло оно шатко-валко, пока не объявились хозяева стай. Лучи из глубины орды точечно выкашивали командиров, сильнейших избранных, катапульты и шатры лекарей, и за час царская армия потеряла больше офицеров, чем за все объединительные походы. Дозорные Дира взялись считать источники лучей и сбились, перевалив за сотню.

Дир вышел в поле сам, со своей армией клонов и силой царя орков, убил парочку и отступил, не вынося телесных мук от уничтожения клонов. Каждая гибель такого эхом била по самому царю.

После этого сводки стали совсем уж печальные… Хоть твари и дохли, но натиск не ослабевал; несколько линий валов было потеряно, основная масса орков совершила плавный отход к пятой линии укреплений, добровольцы, оставшиеся прикрывать своих, умирали, магия шаманов выжигала в степи целые просеки, а чудовищные огненные кольца сожгли вообще всё, оставив лишь кости. Что лично для меня было странно — такая избирательность…

Ночью в дело вступила погребальная стража, и поднятое ею мёртвое войско до рассвета рвало уцелевшую часть орды монстров. Треть орков полегла, столько же выбыло из строя, и в распоряжении Дира осталось меньше половины армии. Катастрофических масштабов потери… Так я думал, пока не выяснилось, что на рассвете в паре километров от догоревшего поля битвы, полного мертвецов, случился второй Срыв, и на помощь практически сдохшей стае тварей пришла вторая, ещё бо́льшая по размеру.

— Второй Срыв… — Отец перечитал донесение и дрожащей рукой дотронулся до переносицы. — В одну и ту же область мира с разницей в считаные дни. Скажите мне, что это шутка?

В то же время зачитывали о прибытии какого-то суперпастуха. Вожака всей этой своры, судя по его виду и по тому, как кланялись остальные обладатели энергетического оружия.

Мёртвое войско, которым погребальная стража выкупила для орды ночь передышки, было перемолото подоспевшей армией тварей за десять минут. В том числе и призраков упокоили, что было и вовсе странно.

Я, честно говоря, не особо представляю, как такую армаду духов покорить. У меня бы пупок развязался, если бы я решил успокоить целую армию духов. За одним побегать бывает невероятно сложно, а тут столько, и всех стёрли с лица степи.

— М-да, плохи наши дела… — подвёл итог Болдур.

Возразить было нечем. Стаи страшны числом, пастухи — оружием, но тут ещё и их генерал припёрся с какой-то новой, неизвестной нам силой.

Мы ждали, что решит делать Дир, и тот, к удивлению всех орков, но очень мудро и умно, по словам моего отца и Болдура, взял да и увёл прочь свою орду и раненых на север, к появившимся на горизонте механизмам легиона Часовых.

Кажется, у Тур Кламена случится ещё одна эпохальная битва, от итогов которой будет зависеть будущее степей. Остаётся один вопрос: а что нам-то делать?..

Совет собрался тем же вечером в поисках ответа на этот вопрос. Слово взял мой отец:

— На перевале и в приграничье у нас около четырёхсот тысяч боеспособных воинов людей. Резерв на подходе, ещё сто-двести тысяч, но часть закроет гарнизоны, часть заменит раненых. Реально Домен способен собрать в кулак около полумиллиона людей. И ещё сто тысяч орков здесь имеется. Это всё, что мы можем выставить. Второй такой армии у нас нет, и взять её неоткуда.

— Огнестрел у каждого пятого из людей, — добавил Болдур. — Склады не бездонные, обозы через степь растянутся на недели, и преимущество огнестрельного оружия быстро сойдёт на нет, уже с первой стычкой, если у безголовых будет хотя бы соразмерная нам армия.

— А их, я думаю, будет куда больше… — сказал отец.

— И что с того? — Ургаш навис над картой, понимая, к чему они оба клонят. — Царь дерётся, степь горит, а мы будем сидеть за перевалом и считать эти ваши, как их там…

— Патроны.

— Да! Договор подписан, человек. Орки требуют сражаться. Степь требует показать ярость!

— В союзе участвуют, насколько я знаю, трое. Где дракониды? Нам не помешали бы их легионы… Почему мы одни должны отдуваться? — закономерно произнёс Болдур.

— Да и что хорошего будет, если мы пойдём и славно умрём? Остаться без армии и отдать свои земли кому угодно — не самый лучший вариант, — негромко добавил Телемах.

— А я обязан спросить: что вообще нам даст этот поход? — Болдур смело взглянул в глаза орка: — Нас полмиллиона против скольких? Миллионов? Двух или трёх? А может, десяти? Или ста миллионов тварей? На открытой местности, где нас просто сметут. Ляжем там все, и не только эту часть степи потеряем, но и намного больше. А Срыв не закроем. Я за то, чтобы укрепляться здесь и готовиться к войне на своей земле.

— Правы оба, в этом и беда. — Отец накрыл ладонью карту между ними. — Бросить союзника нельзя, положить весь народ нельзя тем более. Вопрос не в том, идти или сидеть. Вопрос в том, как закрыть Срыв и что это нам даст. Сейчас-то мы знаем, что есть два портала!

Зал раскололся на два лагеря и спорил ещё час без единого нового довода. Я слушал, прикидывал и понимал, что ответ надо искать не за этим столом: орки были за любой кипишь, кроме обороны, люди категорически отказывались вот так тупо отправлять на убой свои армии.

Есть в крепости место, куда ходят те, кому не хватает смертных советников. Храм у здешних орков вырублен прямо в скале под западной башней. Туда я и направился, попросив Ургаша созвать в этот храм всех аватаров богов среди орков. О том же попросил и Болдура с поправкой на богов человеческих.

В храме горели жаровни, дым уходил в невидимые щели под сводами, и через резные морды орочьих предков на стенах на нас смотрели воплощения божественных представителей степного народа.

Собралось далеко не так много, как я ожидал, с учётом числа воинов. Всего десять орочьих шаманов и воинов, за которыми стояли боги степи, и семеро людей, включая меня и Мэда. Да ещё и Аттид собственной персоной.