Статус: Разумеется - Клинок Системы (СИ) - Flow Ascold - Страница 30

— Размен хороший, хоть и жалко погибших, — произнёс орк.

— Нет, ты не прав. Мы потеряли слишком многих из-за незнания особенностей нашего врага. Они тоже потеряли непозволительно много по этой же причине. Но, раз мы учимся, то и они тоже. Надо захватывать преимущество и давить их. Изучать и дальше.

Я посмотрел, как мимо нас проехала телега с панцирным зверем. Всё туда же, на изучение. Простым солдатам много работы не только во время битвы, но и перед ней, и после неё…

Живых тварей тоже хватало. Их свозили к дальней стене двора крепости и сажали в клетки. За утро охотники притащили полуживых безголовых порядка сотни. Но куда ценнее были пленные пастухи.

Выжило всего четыре. Сдохло, по моим расчётам, двенадцать. По факту же — пока без понятия: не закончили осмотр всего поля боя.

Хирурги вскрыли первого ещё до завтрака, и «Глубокий анализ» обрисовал мне, с кем мы столкнулись. Вдоль хребта у них тянулись пучки тёмных пластин. Уложены стопками. Каждая стопка в собственной плёнке, и от них к рукам расходятся жгуты толщиной в палец. Какой любопытный орган. Выглядит несколько искусственно, но это скорее аномалия, связанная с происхождением этих тварей и закрепившаяся в их наследственности.

«Анализ» помог расписать назначение этого органа: те самые живые батареи, растущие вместе с телом. Мышцы вокруг них качают заряд при каждом движении хозяина, аккумулируя энергию.

Я так и сказал собравшимся, что магии у них нет, но вместо этого есть странное приспособление тела; что тело не только проводник электричества, но ещё и генератор энергии. Они вырабатывают электричество сами, без всякой магии, просто потому, что живут и шевелятся.

— Впервые о таком слышу… — произнёс отец, склонившись над пластинами.

— Как и все мы. Любопытно другое: Система мерит их привычной линейкой и честно пишет ноль в графах магических источников и прочего, но не пишет, что их тела сами по себе магические. Заперты в одной стихии, без заклинаний и внешнего источника, зато с внутренним резервом. Аномалия вне рамок Системы. Оттого и принимать за действительность значения, что можно увидеть при доскональном изучении монстров, не стоит, — ответил я.

У них среди особенностей была строчка «энергеты». Вот это оно и есть — генераторы и проводники энергии.

Закончив с трупами, мы перешли к их оружию. Гранёные стволы мы добыли в количестве одиннадцати штук, включая те четыре, что я вырвал. А трупов должно быть двенадцать минимум, и пушек столько же. А значит, либо плохо ищем, либо кто-то стырил… Об этом я тоже доложил и нашим правителям, и оркам.

Сами по себе пушки были мертвее камня: ни спускового механизма, ни накопителя, ни механических частей и следов сборки. Видный учёный орк из шаманов вертел ствол и так и этак, тряс, стучал по нему и под конец выдал, что проще ею махать, как дубиной.

— Дубина у тебя уже есть, — забрал я ствол. — А это явно что-то посложнее. Похоже на какой-то трансформатор энергии… Сейчас попробуем дать ему электричество.

Я сформировал самую простую молнию и позволил разряду стечь с ладони в оружие. Ствол отозвался мгновенно: грани засветились изнутри, пушка выпила заклинание до капли, и с торца сорвался тонкий синеватый луч.

Я изначально так и предполагал, ведь не раз и не два видел, как это делают пастухи, потому навёлся на насыпь в трёхстах шагах. Луч прошил её насквозь и вскоре рассеялся.

— Вот и вся тайна.

Я провёл ещё пару экспериментов, закладывая разную по силе молнию в ладонь, откуда она перетекла к оружию.

— Хаотичную молнию и электрические импульсы он собирает в прямой импульс и режет им всё, до чего дотягивается. Чем больше вольёшь, чем сильнее заклинание, тем дальше выстрел. Считайте это магическим жезлом, преобразовывающим заклинания в импульсные магические выстрелы лучом света.

Армейские маги подтвердили закономерность наглядно. Старший из батарейных, седой ветеран, эксперт в магии молнии, влил в ствол своё лучшее заклинание, и его луч ударил на пятьсот метров, как и мой при последней пробе. Это где-то триста орочьих шагов, которыми они всё мерили. Плюс-минус…

Молодой же маг из ландильского пополнения выжал из себя всё и получил вспышку, что едва до насыпи добралась, но не пробила её. Растворилась где-то там.

В общем, мы стали и дальше экспериментировать, и выяснилось любопытное: чем более плотный объект на пути, тем короче выйдет луч. Если долбить через двадцатиметровый валун, то мощность в полкилометра рассеется практически сразу на выходе из камня. В общем, я поздравил генералов: мы только что убедились в том, что оружие врагов не всесильное, имеет ограничения, и, судя по частоте их атак, бесконечно вырабатывать энергию они не могут, а запасы хранят в этом своём встроенном аккумуляторе, и после десятка выстрелов у них магазин пустеет.

Остаётся вопрос с сетью молний, что выполняет роль покрова. Но, думаю, тут не в оружии дело, а в их природных навыках использовать свою энергию для создания этого защитного аналога заклинания.

— Теперь ясно, почему ни щит, ни сталь такое не держат. — провёл отец пальцем вдоль гранёного ствола. — Против заклинаний работает защита от магии, против клинка — броня. А здесь — концентрированная энергия в чистом виде, и ей всё равно, что резать. Есть сумма энергии и сумма массы противодействия. Жаль, нет экспертов с Земли и оборудования. Вполне может быть, что это полноценное плазменное ружьё.

Болдур на демонстрации простоял молча, а после отвёл нас с Ургашем в сторону.

— Может, отдадим два ружья вашим мастерам, а два — нашим? Поищем способы их создания и… — Его внезапно осенила мысль, от которой он чуть не посинел. Бледный стал, глаза навыкате… — А нет, забудьте. Алекс, забирай все четыре ружья! Срочно!

— Чего это? — удивился я, уже зная ответ. Но, чтобы орки потом не бузили… надо бы озвучить.

— Потому! — спешно выпалил Болдур. — Из-за этих треклятых пушек сюда Часовые идут! И, если мы их в Домен отправим, они в Домен придут и будут уничтожать всё, выискивая их… Давай, держи лучше их ты. Тебя Система уважает. Может, и не тронут они тебя, сам им отдашь при случае. Только ты с ними в наши земли не ходи, понятно?

Надо было видеть лицо орка в этот момент. Словно скрипучий ржавый механизм, его мозги напряглись, попытались сообразить, что сейчас сказал Болдур, и спустя тридцать секунд тишины на него снизошло озарение, перемешанное с ужасом. Он заорал, как больной, требуя притащить все образцы оружия пастухов, и вскоре он вручил их мне в руки.

— И от нас передайте. Скажите, шоб не шлялись тута! — произнёс он и, багровый, как закат, ушёл к ближайшему дереву думать о своём, об орочьем.

Я лишь улыбался, принимая подарки. Не вижу проблем. Отдам всё, что потребуется. А не потребуется — не отдам.

Пленных пастухов держали прикованными к каменным блокам в отдельном каземате, и с утра с ними бился штабной дознаватель, самый тёртый из допросчиков Ургаша. К полудню, когда я вернулся в крепость, он поднялся ко мне злой, как варг, у которого отняли добычу.

— Они не молчат, человек, они издеваются! Зубами скрипят, плюются — и всё. Я ни черта не понимаю! Ни на один язык это не похоже.

— Ну почему же… Я знаю этот язык.

— О? Неужели? Какой это?

— Язык ненависти… Ну, считайте, что это очень фанатичные пленники. Готовьтесь к тому, что с ними работа будет долгой. Пойдём, вместе посмотрим, что они там скрипят.

В каземат я спустился вместе с дознавателем и Гердой, которую прихватил на всякий случай, и правильно сделал. Ближний пастух сидел неподвижно, образцовый пленник. Только волоски у меня на запястьях встали дыбом за миг до его движения. Дуга сорвалась с наручных пластин и хлестнула в дознавателя. Орка швырнуло на стену, а следом Герда кулаком вырубила пленника. А возможно, и прибила… Так сразу и не поймёшь.

Пастух обмяк в цепях, а я оттащил дознавателя к выходу, и подоспевший лекарь влил в него зелье. Артефактный амулет на груди орка дымился, зато сердце стучало. Не зря перестраховывались и сопротивление магии молний повышали.