"Фантастика 2026-162". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Маркова Юлия Викторовна - Страница 786

Словом, новый день начался. Петрович быстро оделся, потерся с Лялей и Фэрой носами на прощание, и они с Алохэ-Анной по утреннему холодку зашагали на завтрак. Второй день Марина Витальевна подавала на завтрак, обед и ужин только одно блюдо – тушенку медвежью с вареной картошкой. Чтобы столь экзотическое блюдо не испортилось, в очаге под большим котлом постоянно тлел небольшой костерок. Что самое главное – со вчерашнего утра прошли сутки, но никого так и не пронесло, а значит, Антон Игоревич все сделал правильно. Что же касается трихинелл, то после двадцати часов варки у них не оставалось никаких шансов. Подзаправившись, Петрович заглянул в котел с тушенкой. Там оставалось чуть меньше половины, и за ужином пытка медвежатиной, скорее всего, будет уже закончена. Разделавшись с завтраком, он высказал Марине Витальевне свои соображения по поводу гусиного поголовья и, не дожидаясь ответа, направился на работу.

На стройке дела продолжались в прежнем темпе. Приехал геолог и, выгрузив полный кузов накопанной глины (а это чуть больше тонны), забрал одни строительные козлы. Значит, там и в самом деле работа движется ударными темпами. В преддверии укладки на крышу глиняного утеплителя Петрович попросил привезти дополнительно еще два-три кузова той же самой глины.

Девочкам Лизы, которых стало на две меньше, в первую очередь предстояло закончить выкладку отопительной плоскости кана из сырцового кирпича и закончить кладку фронтальной части очага. Пока это не будет сделано, нельзя мешать глину с опилками для утеплителя черного потолка. Вопрос решили так – двоих Петрович забрал доделывать очаг, а остальных оставил возиться с каном. Одновременно Алохэ-Анна получила отдельное задание – она должна была на маленьком костерке заварить замоченный еще с вечера мездровый клей.

С доделкой очага управились чуть больше чем за полчаса и, отпустив своих помощниц, Петрович приступил к следующему задуманному на сегодня делу. А заключалось оно в том, что в сушилке утеплять надо было не только черный потолок, но и деревянные стенки воздуховодов. Но ведь на гладком дереве глиняная (да и вообще любая) штукатурка держаться не будет. Так что нужно было делать косую обрешетку. Кстати, материал для будущей обрешетки уже маячил у мужчины перед глазами. А скажите на милость, куда еще можно было девать сердцевинные бруски, оставшиеся от изготовления кровельных досок? Оставалось только нарезать их на рейки сечением примерно сантиметр на сантиметр.

Но прежде чем приступить к этому занятию, Петрович выдал ножи троим полуафриканкам, свободным от подноски глины, и, показав спичку, распорядился настрогать из горбыля много-много таких вот палочек. Через час с небольшим для работ на воздуховоде все было готово. Остальное было лишь делом техники. Электроножовка, дрель, клей и две пары рабочих рук в помощь. Отмерить и отрезать рейку, намазать ее клеем, приложить к месту, просверлить самым маленьким сверлом дырки и осадить в них киянкой смоченные в клее палочки. Обрешетка делалась с шагом примерно в десять сантиметров. Сначала длинные рейки выкладывались от левого нижнего угла к правому верхнему, а потом, под прямым углом к ним, делал дополнительные вставки из коротких отрезков от левого верхнего угла к правому нижнему.

Остальные три полуафриканки, как заведенные, продолжали строгать мини-нагеля, которых нужно было очень и очень много. Петровича уже начала доставать эта технология «без единого гвоздя», но ничего не поделаешь – все их запасы металлического крепежа были рассчитаны только на Большой Дом.

В половине двенадцатого Лиза снизу прокричала, что каны и газоходы к заранее оставленным отверстиям в задней стене у них уже выложены, и осталось только сложить на улице сдвоенную дымовую трубу из жженого кирпича, которую бригадир распорядился пока не трогать, потому что для нее совсем нет кирпича. Кроме всего прочего, с дымовой трубой все было не так просто – она должна была не только подниматься вверх вдоль стены сушилки, не касаясь ее, но при этом еще и быть достаточно устойчивой без всяких дополнительных опор, что подразумевало строго вертикальную конструкцию с ребрами жесткости. Морока это была еще та, и кладкой этой трубы Сергей Петрович хотел заняться лично. Кстати, было не исключено, что эту и без того хитрую трубу еще придется забирать в заполненный глиняной массой деревянный короб – так сказать, во избежание появления конденсата на ее внутренних стенках в холодную погоду.

Доделав-таки свою работу с воздуховодом на одной стороне сушилки, бригадир Петрович спустился вниз и осмотрел результат трудов Лизиной бригады. Гм, все было вполне прилично, только вот швы кое-где стоило затереть глиной потщательней. Остаток времени до обеда у девочек Лизы ушел на устранение недостатков, и ровно к полудню обе бригады отправились обедать.

После обеда четверо полуафриканок наконец получили задание мешать глину с опилками, а Лизе Петрович объяснил, что первым делом ее девочки должны будут по-черному оштукатурить этим раствором покрытый обрешеткой воздуховод, а уже потом начинать укладку утеплителя на черный потолок. Чуть позже, когда он был уже на крыше, приехал Антон Игоревич и, как и было оговорено, забрал бетономешалку и полмешка цемента. Еще час спустя своими ногами пришел Валера, сказавший, что столбы забетонированы, каркас последней стены собран, и на сегодня там у него все.

– Ну, все так все, – сказал учитель и послал парня заниматься дверьми для сушилки, пообещав, что где-то через полтора часа он закончит с обрешеткой воздуховодов и присоединится к нему.

Так он и поступил, проработав вместе с юношей над изготовлением дверей до самой темноты. Вдвоем до половины восьмого они успели сделать четыре двери вместе с косяками, после чего, включив уличное освещение и подбросив дров в газогенератор, уже в сумерках последними ушли на ужин.

На ужин, вместо изрядно поднадоевшей всем медвежьей тушенки сегодня наконец-то снова была жареная на свином жиру речная рыба. Хоть какое-то разнообразие. Марина Витальевна сказала, что остатки этого месива она от греха подальше вывалила собакам и кошкам. И вообще, не надо ей больше приносить медвежьего мяса. Оленина, свинина или говядина гораздо более питательны и безопасны в употреблении.

Уже после ужина, Петрович пришел в свой шалаш-вигвам, Ляля сказала, что завтра днем они собираются устроить показ двух пока что единственных готовых образчиков их швейного искусства и попросила все-таки поскорее наделать ей для этого тех самых пуговиц-цурок. Ему пришлось пообещать своей любимой жене (которую он сам назначил на эту должность), что к десяти утра все будет готово. После этого он был Лялей обнят, поцелован и увлечен на подогретое снизу ложе, где их двоих уже дожидались Фэра и Алохэ-Анна. Им предстояли семейные развлечения, обычные в мире, где еще не изобрели телевизор.

24 августа 1-го года Миссии. Четверг. Пристань Дома на Холме.

Гонка со временем и приближающейся зимой продолжалась. С самого утра Валера сразу же ушел на кирпичный завод, ставить каркас последней боковой стены склада и связывать всю конструкцию сквозными поперечными балками. Это дело должно было занять все время до обеда.

Девочки Лизы, пока у них нет другой работы, получили от Сергея Петровича задание заняться, наконец, штукатуркой наружных стен дома Духа Молнии. А то, честное слово, даже неудобно перед людьми – казарма оштукатурена, сушилка для дерева тоже оштукатурена, а самое первое, можно сказать, священное строение их клана стоит ободранное, как какой-то сарай.

Сам же командир, не откладывая в долгий ящик, решил заняться вытачиванием на токарном станке обещанных Ляле цурок, поскольку установка дверей в сушилку могла подождать, а делать тесовую кровлю он собирался уже после возвращения своего ученика. Поэтому, нарезав на пильном станке рейки подходящего сечения, он включил станок и приступил к выполнению Лялиного заказа. Считая по двенадцать пуговиц на один костюм, сделать их надо было аж триста семьдесят две штуки. И пусть эти палочки-пуговицы вытачивались не по одной, а сразу по двадцать штук на рейке, все равно это было очень и очень много.