"Фантастика 2026-162". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Маркова Юлия Викторовна - Страница 684

Времени хватило лишь на то, чтобы вызвать из кают-компании Сергея Петровича и понадеяться на то, что он сумеет вытащить «Отважный» из той неприятной ситуации, в которую загнали коч раззявы впередсмотрящие. Вместе с Сергеем Петровичем на бак, на подмену оплошавшим, выскочили Сергей-младший с Катей. Андрей Викторович тем временем экстренно регулировал газогенератор, доводя отдачу до максимума, и увеличивал обороты мотора.

Петрович вытащил. Слушая крики с бака, он вел «Отважный» ровно по стрежню, перекладывая курс по их команде. Каньоном это назвать было сложно, но ветер гудел меж берегов, как в аэродинамической трубе. Когда мотор взвыл на повышенных оборотах, пришло время убирать паруса и крутиться на том, что есть. Слава всем святым и богам, что не пришлось делать слишком резких маневров. Проскочив само взбаламученное горло и увернувшись от узкого каменистого острова, похожего на зубчатую спину притаившегося крокодила, «Отважный» сумел избежать больших неприятностей.

Дальше, когда они уже шли уже под мотором, русло несколько раз довольно круто изгибалось, но река была полноводной, а глубина оставалась приличной. Этот выматывающий душу водный слалом продолжался в течение трех с половиной часов. Потом левый берег опять стал пологим, река разлилась вширь и успокоилась.

Учитель решил, что в таких условиях лучше найти подходящее место для якорной стоянки и провести «разбор полетов». Андрей Викторович его полностью в этом поддержал. Такой экспромт мог стоить им всем жизни. Нужно было выяснить причины произошедшего и наказать виновных. Наказание – это вторая половина ответственности, и об этом стоило сейчас напомнить.

Место для стоянки опять выбрали в речном заливе, притаившемся меж двух холмов. Как и положено, завели швартовы и бросили якоря. Если верить расчетам и счислению, «Отважный» уже пересек Скандинавию и находился у северной оконечности Ютландского полуострова.

Лагерь на берегу разбивать не стали – мелкий моросящий дождь лишил эту затею смысла. Когда покончили со всеми текущими делами, старшие начали думать, какое наказание вынести Валере и Лизе, допустившим серьезную оплошность. С Антона Игоревича вина была снята сразу, ведь со своего места, да еще при его небольшом росте, он просто не мог видеть то, что творилось впереди, и вел корабль по указаниям впередсмотрящих. Что касается остальных виновных, то им прощения не было. Не зря же на вахту впередсмотрящих ставили по два человека и меняли через каждые два часа, чтобы у них не замыливались глаза.

А тут расслабились. Все должны знать, что статус взрослого вместе с правами, подразумевает и ответственность. После долгих обсуждений и споров решили прибегнуть к телесным наказаниям, так как для простого словесного внушения проступок был слишком тяжел, а для «высшей меры»… Ну не знал никто, как в тех условиях можно применять ту самую высшую меру.

А так приговор звучал коротко: обоим провинившимся по пять ударов мокрым линьком без узлов по голому заду… Приводить его в исполнение вызвался Андрей Викторович. Он по очереди вывел обоих провинившихся на бак, и там, приказав обнять грот мачту, один за другим отвесил им без свидетелей по пять хлестких ударов мокрой веревкой по голым ягодицам. Лиза выдержала экзекуцию стоически, а вот Валера слегка повизгивал. Это было необходимо, чтоб впредь никому неповадно было зевать на боевом посту.

Потом Марина Витальевна под шипение и стоны наказанных мазала вздувшиеся рубцы раствором бриллиантовой зелени, что, конечно, тоже можно посчитать продолжением порки. На этом наказание было закончено, и впредь больше уже не следовало без особой нужды упоминать о совершенном проступке.

Когда все закончилось, Петрович вывел из конуры на корме Майгу, взял своего тезку и его подругу, и они, накинув дождевики, отправились осмотреть окрестности и попробовать подстрелить чего-нибудь на ужин.

На этот раз вместо «мосинки» он взял СКС Антона Игоревича, который все же был полегче. Сергей-младший и Катя опять вооружились арбалетами.

Из крупных животных им удалось обнаружить поблизости только стадо мамонтов, но убивать мамонта в их положении – это уже перебор. Они пошли дальше вниз по течению. Терпение охотников было вознаграждено. Они увидели неподалеку холм, изрытый кроличьими норами. Кролики, конечно, не олени, но, имея дело с непугаными зверьками, можно было вполне реально подстрелить несколько штук из арбалета. Примерно через час охотники добыли трех крупных и двух мелких кроликов. Правда, мех этих зверьков в летнюю пору оставлял желать лучшего, так что выделкой шкур заморачиваться не стали. Добыли мясо, и ладно.

С добычей счастливые охотники вернулись на «Отважный», где уже закончили охать и стонать наказанные. Но еще неделю и Валера, и Лиза будут есть стоя и спать на животе. Такая уж у них случилась незадача…

* * *

1 июня 1-го года Миссии. День восемнадцатый. Ранее утро. Северные равнины, 100 километров северо-западнее Гетеборга.

Рано утром, едва забрезжил рассвет, судно тихо отчалило от берега и направилось вниз по широко разлившейся в этих местах реке. Дождь за ночь прекратился, ветер же, наоборот, задул с новой силой, меняясь от северного до северо-восточного. Так что, поставив паруса, Сергей Петрович все время должен был следить за тем, чтобы внезапный порыв ветра не сбросил его с речного стрежня. Работающий на малых оборотах мотор улучшал управляемость, но все же проблем было немало. Конечно, осадка коча где-то метр–метр двадцать гарантировала от многих проблем. Но береженого бог бережет. Глубина пять с хвостиком по сонару куда лучше, чем в метр тридцать, когда киль вот-вот заскребет по грунту. Промучившись полтора часа, Сергей Петрович убрал паруса, оставив только тихо тарахтящий мотор. Пусть скорость и упала, но спешить особо было некуда. В таких случаях тот, кто слишком спешит, обычно потом или людей смешит, или рыб кормит – это уже как повезет.

Ближе к полудню небо очистилось, а усилившийся ледяной ветер задул с северо-запада, то есть прямо от ледника. По реке побежали короткие злые волны, украшенные барашками, бьющие «Отважному» прямо в правый борт. В сочетании с ярким светом солнца все выглядело весьма фантасмагорически.

Несмотря на все неприятности, коч продолжал двигаться вниз по реке, обходя отмели. Пока команде везло и корабль ни разу не пропахал брюхом по липкой песчано-илистой мели, которых на реке было в изобилии. Когда спадет половодье, все эти мели должны выступить из воды длинными, словно женские косы, песчаными островами.

Сергей Петрович заметил, что с некоторых пор не он один являлся предметом девичьих воздыханий. После случая с поркой Лиза стала неприкрыто проявлять свое внимание к отставному прапорщику. Кто их поймет, женщин, такие уж особенные они существа. Только что нежные и ласковые, они через минуту уже шипят как разъяренные кошки. Зато Валера, получивший у Лизы полную и окончательную отставку, совсем скис, и учитель решил, что с ним при первом же подходящем случае надо будет переговорить по-мужски, пока он не отмочил какую-нибудь глупость. Неразделенная любовь в его возрасте – вещь крайне опасная, заканчивающаяся порой суицидом.

После обеда по реке загуляли уже довольно большие волны, и Петрович, как капитан, решил укрыть «Отважный» в первом подходящем речном заливчике, прикрывшись от разгулявшейся природы длинной песчаной косой. Волна, бьющая прямо в борт – это совсем не то, что полезно кораблю, тем более что на реке особо не полавируешь.

Закончив швартовку, Петрович посоветовался с остальными мужчинами. Из-за плохой погоды не удалось порыбачить, так что сегодня на ужин и завтра на завтрак нужно было срочно раздобыть свежего мяса. Решили послать две охотничьих партии. В одной из них вниз по течению отправятся Сергей Петрович и Валера, в другой, которая собиралась следовать в противоположную сторону – Антон Игоревич и Сергей-младший.

Старшие взяли с собой по одной «Сайге-12» с набором патронов на все случаи жизни, а молодые люди были при арбалетах. Как показала охота на оленя, при использовании стрелы с соответствующим наконечником оружие сие весьма грозное, и на расстоянии ста метров гарантирует смерть любой добыче, за исключением разве что мамонта или шерстистого носорога.