Однажды золотой кровью написанное (ЛП) - Моронова К. М. - Страница 33

Заставив себя открыть глаза, я всматриваюсь в серую, неровную землю, на которой лежу. В паре футов от меня виднеются темно-синие озера внутри углублений в огромных камнях.

Где я? Головокружение убивает меня. Оно такое сильное, будто у меня в голове проносятся сотни ветров. Грудь содрогается, заставляя меня поморщится. Я прижимаю к ней ладонь, а когда подношу ее к глазам, то не вижу крови.

Я был ранен? Не помню…

Сделав усилие, я сажусь и замечаю, что кто-то лежит рядом. Мне требуется мгновение, чтобы понять, что это Алира. Исходящий от нее аромат цветов касается ноздрей, и мне становится спокойнее. Серебристые волосы укрывают ее, будто одеяло. На ней надето простое белое платье. Не припомню, чтобы видел его раньше, но она кажется неземным созданием, когда спит вот так.

Я провожу ладонью по ее щеке.

Почему я чувствую такое горе, когда на нее смотрю?

Где мы? Я что, напился прошлым вечером?

Я прижимаю руку ко лбу, под которым бесконечно вспыхивает головная боль. Мне приснился отвратительный сон. Но о чем он был? С подбородка капает вода, и я понимаю, что лицо у меня влажное. Сначала мне кажется, что это влага, льющаяся с потолка, но потом понимаю, что дело не в этом. Я плачу.

Странно… Я вытираю слезы, думая о том, помнит ли Алира больше, чем я.

Что я вообще знаю? Я пытаюсь собраться и привести мысли в порядок.

Мы находимся в какой-то пещере. Вокруг нас серые и синие камни, с потолка капает вода. Это древнее место, но не заброшенное, раз на валунах нет следов плесени. Кто-то принес нас сюда?

Я снова опускаю взгляд на Алиру. Несколько секунд я смотрю на нее, чтобы убедиться, что она дышит. Когда я понимаю, что так и есть, меня охватывает облегчение.

Никогда еще я не был в такой растерянности. Сердце сжимается, а на глаза наворачиваются слезы, как бы старательно я их не вытирал.

— Ты в Мортеме, Калел Лорнхельм. Где же еще? — мужской голос эхом проносится по пещере. Я его знаю. Я слышал его уже много раз. Покопавшись в воспоминаниях, я понимаю, кому он принадлежит.

— Плутон? Но… Почему ты перенес нас сюда? — спрашиваю я, морщась от нового приступа боли в голове.

Плутон медленно обходит вокруг меня. Его темные одежды вспыхивают по краям, сочась дымом, пока он идет к трону, так хорошо вписывающемуся в пейзаж, что поначалу я даже его не заметил.

— Это вы сюда пришли, а не я вас принес, — небрежно бросает он, садясь и откидываясь на спинку. Бог смотрит на меня спокойными темными глазами. — Воспоминания вернутся. Иногда на то, чтобы все… осознать требуется несколько минут.

Лоб снова взрывается болью, и я стискиваю зубы.

— Я не в настроении для твоих игр. Если мы умерли, то так и скажи, — резко требую я. Какая-то часть меня понимает, что в Мортем попадают не так. Сначала нужно пройти через Врата, а потом найти свое место на разных уровнях. Так почему мы оказались прямо перед Плутоном? Это для страшного суда? Мы правда мертвы? Я снова смотрю на Алиру. И сердце вновь сжимается. Почему она тоже здесь? Кто это сделал?

Слегка усмехнувшись, бог подается вперед на троне, опирается на подлокотники и кладет подбородок на ладони.

— Как любопытно, — бормочет он и смотрит так, будто рад нашей встрече.

Потом он поднимает взгляд. Посмотрев туда же, куда и он, я вижу богиню в белых одеждах. На первый взгляд она кажется точной копией Алиры, старше и печальнее, но в остальном идеально похожей. Длинные серебристые волосы спускаются до щиколоток, окутывая ее похожим на нимб сиянием.

Улыбнувшись мне, Плутон слегка склоняет голову.

— Возможно, вас обоих перенесла сюда любовь Венеры.

— Венеры? — нерешительно повторяю я. С чего бы ей вдруг оказаться в Мортеме? Я смотрю на лежащую на земле Алиру. Перед глазами мутнеет, и я вижу, как ее кровь смешивается с моей, золотистые и черные пятна пропитывают розовое платье. Меня охватывает ужас, и я отшатываюсь на пару шагов, моргая, и наконец снова вижу Алиру, лежащую в белом платье.

Что это было? Сжав челюсти, я снова смотрю на богов, собираясь с мыслями.

Венера — мать Алиры.

Богиня не оставляет меня в раздумьях надолго, и приближается, ступая по камням, что кажутся темными и кривыми на фоне ее сияющего платья. Она и вправду выглядит неземной, как о ней и говорят. Я страшусь дня, когда скажу ей, что дочь унаследовала всю ее красоту и даже больше.

Плутон протягивает Венере руку. Та опирается на нее с легким кивком головы. Интересно вот так смотреть, как они обращаются друг с другом. Плутон поднял капюшон, и большей части его лица не видно, пока он не поднимает голову. И Венера в золотом терновом венке на голове, сочащемся золотистыми каплями, которые падают на платье, заставляя его сиять.

Они точно такие, как мы их представляем, только без крыльев, но я уверен, что если пожелают, то призовут и их. Может, они просто скрывают их от нас.

Они выглядят искренними, как старые друзья, встретившиеся после долгой разлуки. Я задумываюсь о том, как эти двое стали приятелями.

— Венера, рад тебя видеть, — Плутон с улыбкой целует ей руку. Его взгляд полон желания, и она отвечает взаимностью, тоже слегка улыбаясь. — Полагаю, это имеет нечто общее с видением, что ты узрела много лет назад. Забавно, каким быстротечным, и в то же время медленным кажется время.

Кивнув, богиня с грустью смотрит на дочь.

— И все же, оно бежит куда быстрее, чем я могла себе представить. Я будто спала и последние тридцать лет мне попросту приснились.

Рассмеявшись, Плутон задумчиво качает головой.

— Сон за сном. Все кажется нереальным. Где мы были, где оказались. Но эта парочка дала нам опору на какое-то время, правда же? У тебя было много дел, богиня.

Улыбка исчезает с лица Венеры, и она смотрит на нас с Алирой.

— Партия в шахматы, как сказали бы смертные. Но все дело в любви, и как бы не старалась я защитить свою дочь, ее судьба каждый раз оказывается изуродована жестоким миром, в котором она живет, Фалтором.

По щеке Венеры скатывается золотистая слеза. Плутон стирает ее большим пальцем и целует Венеру в макушку.

Они кажутся скорее людьми, чем божествами, в них больше человеческого даже чем в полубогах. Они сочувствуют друг другу и обмениваются ласками, каких я не видел ни среди людей, ни среди полубогов. Ни в легендах, ни в книгах, ни в скульптуре.

Может, они жаждут того, что им недоступно, как и большинство из нас.

Нахмурившись, я делаю шаг к ним.

— Ты сказала, что все началось с видения? Что ты имела в виду?

Плутон бросает на меня резкий взгляд.

— Как смеешь ты говорить с богиней в таком тоне?

Покачав головой, Венера равнодушно взмахивает рукой.

— Все в порядке. У него много вопросов, и думаю, у Алиры они тоже возникнут, — она кивком приглашает меня следовать за ней к небольшому углублению в стене пещеры.

Я оглядываюсь на Алиру, которая по-прежнему неподвижно лежит на холодной земле.

— Ты не возражаешь, если я попрошу тебя отнести ее с нами? Неважно, что вы сражались там, наверху. Здесь вашим спорам не место. Вы оба должны услышать мой рассказ, — печально говорит Венера, спокойно спускаясь по темной лестнице вниз, к скоплению серых камней.

— Мы сражались? — я снова с болью в сердце смотрю на Алиру. — Почему?

Это я сделал с ней то, что увидел в видении, полном крови?

Несколько мгновений Венера смотрит на меня, а потом кивает.

— Ты скоро обо всем вспомнишь.

Немного помедлив, я встаю перед Алирой на колени и убираю волосы с ее лица. Даже сейчас она кажется мне самым прекрасным из существ. В груди все сжимается от мыслей о том, где мы были раньше и где оказались теперь.

Думаю, мы оба мертвы. Я это чувствую.

Неужели мы погубили друг друга? Горло перехватывает. Что же мы натворили?

Подняв Алиру на руки, я прижимаю к груди ее обмякшее тело и несу вниз по ступеням, вслед за Венерой. Спрятав руки в карманы штанов, Плутон идет следом за мной. Длинный плащ тащится по полу позади него.