Рыжий (СИ) - "Tasadar" - Страница 2

— О, посмотрите-ка, наша спящая красавица наконец-то соизволила покинуть свои королевские покои! — радостно возвестил один из близнецов, едва заметив мое появление, и театрально взмахнул вилкой, на которой был наколот кусок сосиски. — Мы уже начали делать ставки, Ронни, скатишься ли ты по лестнице кубарем от матушкиного крика, или всё-таки дойдешь на своих двоих.

— Я ставил на кубарем, так что ты только что лишил меня двух сиклей, братец, — с притворной печалью подхватил второй, отправляя в рот солидную порцию еды. — Никакого уважения к чужим финансам и азарту.

Прошлый Рон, будучи вспыльчивым и несдержанным подростком, наверняка моментально покраснел бы до корней волос, начал бы возмущенно огрызаться или даже попытался запустить в старших братьев чем-нибудь тяжелым, чем раззадорил бы их еще больше. Однако я не видел никакого смысла тратить свои нервы на банальные подростковые подначки. Полностью проигнорировав их веселые выпады, я спокойно подошел к столу, отодвинул стул и сел на свободное место. Взяв с подставки пару тостов и щедро наложив себе горячей яичницы с беконом, я невозмутимо принялся за еду, краем глаза замечая, как близнецы обменялись крайне озадаченными взглядами: моя неожиданная хладнокровность и полное отсутствие привычной агрессивной реакции явно сломали их устоявшийся шаблон поведения.

— Доброе утро, — ровным, лишенным каких-либо негативных эмоций тоном произнес я, спокойно намазывая фруктовый джем на хрустящий хлеб, и обратился к замершей у плиты женщине. — Спасибо за завтрак, мам, пахнет просто отлично.

Молли Уизли, уже открывшая было рот, чтобы привычно отчитать Фреда и Джорджа за их дурацкие шутки в адрес младшего брата, удивленно моргнула, перевела растерянный взгляд с моей невозмутимо жующей персоны на притихших близнецов, а затем, слегка неуверенно улыбнувшись, заботливо пододвинула ко мне поближе большой кувшин с охлажденным тыквенным соком.

Завтрак постепенно подходил к своему логическому завершению, шумная кухонная суета начала стихать, а некогда заставленный едой стол понемногу пустел. Мистер Уизли, наспех допив свой чай, с энтузиазмом удалился в покосившийся сарай во дворе, якобы для того, чтобы в тишине «поработать над очень важным магловским проектом», суть которого наверняка сводилась к незаконной разборке очередного несчастного тостера или фена. Близнецы, синхронно подмигнув мне на прощание, тоже испарились на улицу с благородной миссией «помочь матушке с садом», хотя я был готов поставить свою новую, щедро усыпанную веснушками руку на то, что их помощь обернется полевыми испытаниями свежей партии взрывоопасных хлопушек или конфет с непредсказуемым летальным исходом для гномов. Джинни умчалась наверх, чтобы навести в своей комнате идеальный порядок перед завтрашним приездом Гермионы и Гарри, которых мистер Уизли должен был торжественно доставить в «Нору» ближе к обеду. В итоге я остался за столом в гордом одиночестве, допивая остатки тыквенного сока.

Молли, закончив с мытьем посуды, устало вытерла руки о передник и бросила на меня оценивающий, слегка задумчивый взгляд.

— Может, поможешь мне сегодня с курятником? — с легкой долей неуверенности в голосе предложила она, видимо, по привычке готовясь к классическим подростковым протестам. — Или в огороде сорняки повыдергивать, а то Перси опять с самого утра зарылся в свои министерские бумаги, а близнецы… ну, сам понимаешь, от них сейчас больше шума, чем реальной пользы.

— Конечно, помогу, — спокойно кивнул я, поднимаясь из-за стола и аккуратно задвигая стул. — Скажи, что нужно сделать в первую очередь.

Она явно не ожидала столь быстрого, а главное — абсолютно безропотного согласия, ведь обычный Рон в такой ситуации непременно начал бы недовольно ныть, жаловаться на несправедливость судьбы или попытался бы под любым надуманным предлогом отвертеться от работы. Молли удивленно моргнула, словно не веря собственным ушам, но уже через секунду на ее лице расцвела теплая, хотя и немного растерянная улыбка.

— Тогда начнем с курятника. И… спасибо, Рон.

Следующие два часа я провел за крайне медитативной, успокаивающей нервы работой, хотя, конечно, тут всё зависело от того, под каким углом смотреть на ситуацию: далеко не каждый горожанин нашел бы глубокий дзен в выгребании птичьего помета, смене прелой соломы и тщательной чистке деревянных насестов от засохшей грязи. Однако для меня этот монотонный, лишенный какой-либо интеллектуальной нагрузки физический труд оказался настоящим спасением, позволив абстрагироваться от недовольного кудахтанья возмущенных моим вторжением птиц и сосредоточиться на главном. Пока руки автоматически орудовали вилами и метлой, а обоняние смиренно привыкало к специфическому сельскому амбре, у меня наконец-то появилось время спокойно разложить в голове всё по полочкам, оценить масштабы произошедшего и попытаться понять, как мне вообще со всем этим жить дальше.

Размышляя об этом, я вдруг поймал себя на мысли, что тот неведомый шутник, забросивший меня в эту реальность, определенно обладал весьма специфическим чувством юмора, а может, и некой извращенной формой милосердия. Прожив всё детство в стенах казенного приюта, я, хоть и не любил в этом признаваться даже самому себе, но больше всего на свете мечтал о нормальной семье. Не поймите меня превратно, детдом мне попался вполне сносный: воспитатели, конечно, отличались армейской строгостью и спуску нам не давали, но и в крайности не впадали, на органы по частям не распродавали и в разнообразное рабство(в том числе и сексуальное) не сдавали, за что им, безусловно честь хвала и низкий поклон. Подобный опыт отлично закаляет характер, напрочь вытравливая любые иллюзии, но те, кто прошел через нечто подобное, меня поймут — порой очень хотелось почувствовать себя частью чего-то большего, стать хоть кому-то по-настоящему нужным.

Так вот, к чему я веду: эта таинственная сила, по сути, взяла и исполнила мое самое заветное, глубоко запрятанное внутри желание. Теперь у меня есть семья — огромная, шумная и, мягко говоря, весьма своеобразная, особенно если вспомнить обычное поведение моих новых братьев-близнецов. Но, несмотря на весь этот царящий вокруг бытовой хаос, оба мы: и бывший владелец этой рыжей тушки, и я сам — испытывали к этим людям искреннюю привязанность и теплоту. Разумеется, в каждой семье имеются свои внутренние проблемы, и здешние обитатели не были исключением: тут явно существовали свои негласные любимчики и определенные перекосы в воспитании, но местные родители, по крайней мере, искренне старались относиться ко всем детям более-менее ровно и справедливо.

Злая ирония же заключалась в том, что если события пойдут по уже написанному кемто сценарию — а перебирая воспоминания прошлого владельца во время чистки деревянных насестов, я всё больше убеждался в каноничности происходящего, — в будущем моя новообретенная семья может очень сильно пострадать. Один из близнецов — в упор не помню, кто именно из этих двух неунывающих балагуров, — и вовсе должен был погибнуть. И хотя в этом долговязом теле я пробыл от силы полдня, то ли на меня так влияли остаточные эмоции оригинального Рона, то ли заговорили мои собственные принципы, но допускать подобного исхода я категорически не собирался. Я никогда не страдал комплексом героя, не считал себя рыцарем на белом коне и уж точно не горел желанием бросаться грудью на амбразуру, спасая всех страждущих в ущерб собственному здоровью. Однако если у меня появится реальная возможность помочь друзьям, я обязательно это сделаю, а уж защитить свою новую семью теперь стало моей прямой и неоспоримой обязанностью.

Правда, в этот грандиозный, благородный план закралась одна крошечная, но весьма неприятная деталь: то ли я оказался бракованным попаданцем, то ли мироздание решило на мне жестко сэкономить, но никаких внезапно проснувшихся суперспособностей, встроенных игровых систем и прочей популярной ереси я в себе не ощущал. А это означало, что я — самый обычный, среднестатистический, да в данном конкретном случае еще и исторически не самый сообразительный волшебник, для которого не то что эпично сражаться с Темными Лордами, а просто выжить в грядущей мясорубке уже будет считаться выдающимся достижением и поводом для гордости.