Рыжий (СИ) - "Tasadar" - Страница 15

Реакция нашей отличницы оказалась поистине бесподобной и заслуживала высшего балла по зельеварению за яркость химических процессов. Сначала она стремительно побледнела, затем густо покраснела, а после и вовсе начала менять оттенки с такой пугающей скоростью, что ей мог бы позавидовать любой метаморф, став то ли пунцовой, то ли слегка фиолетовой от переполнявших ее эмоций.

— Рон, что за нелепые выдумки?! — наконец выпалила она, подскочив на бревне так, словно ее ужалило какое-то магическое насекомое. — Это абсолютно абсурдное и совершенно иррациональное предположение! Мне не нравится Гарри в том смысле, на который ты сейчас так бестактно намекаешь! Я… я просто очень внимательно наблюдала за его техникой полета, потому что, как мы все прекрасно знаем, он регулярно совершает весьма опасные маневры, пренебрегая базовыми правилами техники безопасности! Мы с Гарри просто друзья, точно такие же друзья, как мы с тобой, и между нами нет и не может быть никакой романтической подоплеки, потому что это неминуемо разрушило бы нашу сложившуюся дружбу! И вообще, это просто возмутительно, что тебе в голову приходят подобные глупые мысли именно тогда, когда ты должен сосредоточиться на изучении моих записей!

Она тараторила все это без единой запинки и с таким грозным видом, что, наверное, должна была выглядеть убедительно. Вот только вместо этого больше напоминала рассерженного, шипящего и до смешного милого котенка. А глядя на самую настоящую панику, плескавшуюся в ее карих глазах, я ясно понимал, что эта гениальная и обычно честная девушка сейчас вдохновенно и бессовестно врала.

Я примирительно поднял руки и благоразумно отступил на полшага от надвигающегося стихийного бедствия.

— Эй, эй, подруга, спокойнее! Я даю тебе свое слово, что эту страшную тайну я унесу вместе с собой в могилу. Я буду нем как рыба и абсолютно никому об этом не проболтаюсь.

— Рональд Билиус Уизли! — угрожающе прошипела она и инстинктивно потянулась к карману, где наверняка лежала ее палочка. — Если ты сейчас же не заткнешься и не перестанешь строить свои абсурдные, ни на чем не обоснованные теории, то ты действительно умрешь прямо на этом самом месте! И я лично применю к тебе такие заклятия, что даже мадам Помфри не сможет собрать тебя обратно! Никаких тайн не существует, я ясно выражаюсь?! И обсуждать нам больше нечего!

Выдав мне в лицо всё, что она думала о моих выдающихся аналитических способностях и природном чувстве такта, Гермиона резко крутанулась на пятках и, гордо вздёрнув подбородок, быстрым шагом скрылась в «Норе».

Буквально через минуту ко мне подошли Гарри и Джинни, только что закончившие обсуждать какие-то тонкости воздушного маневрирования.

— Ну и чем ты на этот раз умудрился так выбесить нашу Гермиону? — поинтересовалась Джинни. — Серьёзно, Рон, это, похоже, твой новый личный рекорд. Я-то наивно полагала, что она будет до конца каникул пребывать в полном восторге от твоего внезапного желания взяться за учебники, а она только что понеслась в дом с таким свирепым лицом, будто собирается на ком-то в гостиной отработать парочку Непростительных проклятий.

Я пожал плечами, изображая само воплощение невинности.

— Да ничего особенного мы и не обсуждали, просто мирно дискутировали о разнообразных симпатиях и глубоких увлечениях… исключительно в рамках школьной программы, разумеется. Выясняли, кому какие предметы больше нравятся, к чему у кого сильнее лежит душа и на каких дисциплинах стоит сфокусировать свое внимание в этом году. Но, как внезапно оказалось, у Гермионы был слегка другой, куда более радикальный взгляд на некоторые очевидные предпочтения, вот и получилось то, что получилось. Споры о прекрасном — вещь опасная.

Джинни смерила меня подозрительным взглядом, явно ни капли мне не поверив.

— Ладно, братец, — хмыкнула она. — Будем считать, что я тебе почти поверила.

И, развернувшись, зашагала по тропинке прямо в дом, оставив нас с Гарри вдвоем посреди двора.

Оставшись с Гарри наедине, я решил не откладывать в долгий ящик устройство личной жизни симпатичного мне человека. Да, буквально пару минут назад Гермиона искренне пообещала меня прикончить, но девушки — создания отходчивые. Подуется и перестанет. К тому же, я собирался нагло лезть в ее дела сугубо из благих побуждений, а значит, моя совесть была чиста.

Пора было наводить мосты. План вырисовывался следующий: сначала аккуратно прощупать Гарри, затем устроить разговор по душам с Джинни, а уже после делать какие-то выводы. К делу стоило подойти с умом и начинать следовало издалека. Максимально издалека, чтобы друг ни на секунду не почуял подвоха и не догадался о реальном смысле моих вопросов. Требовалось проявить чудеса такта и выведать нужную информацию с изяществом и мастерством агента 007.

И начать я решил с самого невинного, очень завуалированного и бесконечно далекого от темы вопроса.

— Слушай, Гарри, а тебе нравится кто-нибудь?

Гарри медленно повернул ко мне голову.

— …

Я стоял и молча ждал ответа.

— …

Он слегка нахмурился и смерил меня непонимающим взглядом. М-да… Похоже, мой гениальный план по деликатному сбору информации с треском разбился о суровую реальность, в которой наш шрамоголовый герой пока еще был равнодушен ко всей этой романтической ерунде.

— Нет, никто мне не нравится. С чего ты вообще это взял?

— Я просто подумал, что ты, возможно, уже обратил внимание на какую-нибудь симпатичную когтевранку или гриффиндорку, всё-таки возраст у нас уже подходящий, а я об этом ни сном ни духом. Мы ведь с тобою лучшие друзья, и я вполне могу тебе что-нибудь дельное посоветовать.

Гарри фыркнул, и на его лице появилась легкая усмешка.

— Ты? Посоветовать? Рон, при всем уважении, у тебя ведь у самого никогда не было девушки, и ты ни разу ни с кем не целовался. Какой из тебя советчик?

Ох. А вот это уже был запрещенный удар ниже пояса. Будь я прежним Роном, то после такого дерзкого заявления я бы наверняка смертельно обиделся, устроив классическую драму на пустом месте. Но сейчас мне оставалось лишь мысленно признать его правоту, поглубже спрятав уязвленную гордость.

— Ну, я вообще-то много раз слышал, как Фред с Джорджем обсуждали подобные вещи, — я технично перевёл стрелки на старших братьев. — Так что теоретических знаний в этом плане у меня более чем достаточно.

Гарри замолчал, внимательно посмотрел на меня, затем перевел задумчивый взгляд на входную дверь «Норы», за которой совсем недавно скрылась наша рассерженная подруга, снова посмотрел на меня и подозрительно прищурился.

— Слушай, а ты случайно не задал Гермионе точно такой же вопрос пару минут назад?

М-да. В народе, конечно, говорят, что очки — признак высокого интеллекта, но не до такой же степени. Я совершенно не помню, чтобы канонный Гарри Поттер отличался талантами Шерлока Холмса, однако сейчас этот парень подозрительно быстро сложил два и два.

— Нет конечно, я что, идиот по-твоему? Зачем мне её о чем-то спрашивать, если я и так прекрасно знаю, кто именно ей нравится.

Эти слова сработали как идеальная наживка. Гарри проявил неожиданный интерес, сделав шаг ближе.

— Гермионе кто-то нравится? — удивленно переспросил он. — И кто же это?

— А тебе-то зачем это знать?

— Ну как зачем? Мы же её друзья, а вдруг этот парень окажется каким-нибудь придурком, который захочет её обидеть? Мы должны заранее знать, кому в случае чего придется бить морду.

Я понимающе кивнул, для вида огляделся по сторонам и наклонился к нему ближе.

— Открою тебе большой секрет, мой друг, — шепотом начал я. — Гермионе нравится… — я сделал еще одну крошечную паузу, наслаждаясь моментом. — Наша кудрявая прелесть целиком и полностью покорена учебой, толстыми справочниками, домашними заданиями и дополнительными предметами. Хотя, справедливости ради стоит заметить, что иногда она всё-таки отрывает взгляд от своих любимых фолиантов, особенно когда некоторые не в меру безрассудные индивидуумы начинают вытворять в небе самоубийственные виражи. Но, зная её тягу к знаниям, она, скорее всего, просто высчитывает траекторию и силу падения данного индивида…