Рыжий (СИ) - "Tasadar" - Страница 14

— Однако ты абсолютно прав в главном: за столетия использования этого совершенного инструмента европейские волшебники настолько к нему привыкли, что их природная способность направлять магию без физического проводника практически атрофировалась за ненадобностью. Мы стали заложниками собственного удобства и прогресса. Зачем тратить годы на изнурительные, невероятно сложные тренировки воли ради того, чтобы просто зажечь крошечный огонек на ладони, если можно легко взмахнуть палочкой и вызвать мощное «Инсендио»? Это очень похоже на то, как маглы используют калькуляторы: зачем считать в уме сложные уравнения, если машина сделает это за долю секунды? В итоге сам навык счета постепенно теряется. Так что мы не лишены магии без палочек, мы просто разучились ею пользоваться в чистом виде, добровольно обменяв эту природную способность на высокую точность, комфорт и невероятную эффективность современных заклинаний.

Глава 6

— То есть, — медленно произнес я, тщательно переваривая полученную информацию, — если я задамся конкретной целью, буду раз за разом упорно тренировать свою волю, проводить долгие часы за медитациями и попытками прямого контроля энергии, то в теории те или иные заклинания со временем получатся у меня и без применения палочки?

Гермиона выслушала меня с улыбкой и негромко рассмеялась, явно немного обескураженная таким проявлением научного интереса.

— В теории — да, безусловно. Беспалочковая магия вполне реальна, и многие выдающиеся волшебники, такие как, например, профессор Дамблдор, регулярно используют её в повседневной жизни для мелких бытовых чар или даже в экстренных боевых ситуациях. Но, Рон, ты должен ясно понимать одну важную вещь: освоение этого навыка потребует от тебя просто невероятного количества времени, жесткой самодисциплины и титанических усилий.

— Главная проблема заключается в том, что без физического концентратора тебе придется собирать, направлять и удерживать весь магический конструкт исключительно силой собственного разума. Это невероятно изматывающий процесс для нервной системы. То, что с помощью палочки ты сейчас можешь сделать за долю секунды, просто произнеся выученную формулу и сделав нужный взмах, при беспалочковом колдовстве может потребовать недель, а то и месяцев изнурительных тренировок. Более того, такие заклинания поначалу всегда получаются гораздо слабее, менее точными и требуют чудовищных затрат внутренней энергии, из-за чего волшебник быстро истощается. Именно поэтому, несмотря на то, что подобный навык бесспорно является показателем высочайшего мастерства, в реальной боевой или бытовой ситуации он далеко не всегда практически целесообразен. Наши предки не просто так сделали исторический выбор в пользу удобного инструмента.

Гермиона сделала короткую паузу, внимательно посмотрев в мои глаза.

— Конечно, если у тебя внезапно проснулось такое огромное желание и упорство, ты вполне можешь попробовать начать с чего-то самого примитивного, вроде левитации пера или создания слабого огонька на кончике пальца. В любом случае, это будет просто отличная практика для развития внутреннего контроля, которая в будущем очень сильно поможет тебе и при стандартной работе с палочкой. Но, говоря объективно и разумно, я бы настоятельно советовала тебе для начала уверенно освоить хотя бы нашу базовую школьную программу и научиться стабильно и без проблем использовать уже имеющиеся заклинания, прежде чем бросать вызов подобным магическим практикам.

Я тяжело вздохнул. Видимо, не суждено мне стать великим и ужасным нагибатором этой магической вселенной. Немного обидно, конечно, но вполне ожидаемо и, если рассуждать здраво, абсолютно логично, ведь я, по сути, самый обыкновенный попаданец, а не реинкарнация тысячелетнего архимага с бездонным резервом и тайными знаниями древних цивилизаций. Значит, придется работать с тем материалом, что имеется в наличии, благо врожденный талант у парня всё-таки присутствовал, пусть предыдущий владелец в силу своей колоссальной лени и не использовал его по прямому назначению. Но с беспалочковой магией, чисто из упрямства, на досуге всё равно придется немного потренироваться — хотя бы для того, чтобы благополучно закрыть этот душевный гештальт и потешить собственное эго… если, конечно, хоть что-нибудь из этого получится.

Дальше мы сидели в уютном молчании, каждый погруженный в свои собственные мысли. Гермиона не спешила возобновлять образовательную лекцию, а я благоразумно не лез к ней с новыми расспросами, понемногу изучая её конспекты. Однако время от времени я ловил её очень внимательные, задумчивые взгляды. Устремлены они были вовсе не на мои академические успехи, а куда-то ввысь, на кружащие в ясном небе фигурки. И хотя с такого расстояния было совершенно невозможно разобрать, за кем именно она так пристально наблюдала, взгляды эти казались на удивление аккуратными, крайне заинтересованными и, как ни странно, весьма теплыми. Интересно…

Спустя некоторое время наши неутомимые пилоты, видимо, окончательно выдохлись или же им просто наскучило нарезать круги над полем, и они спустились на твердую землю. Близнецы с довольными лицами ободряюще хлопали раскрасневшегося, тяжело дышащего и абсолютно счастливого Гарри по спине, пока стоявшая рядом Джинни что-то увлеченно ему рассказывала. Судя по раздавшемуся конскому хохоту моих старших братьев, история оказалась на редкость забавной.

Снова переведя взгляд на Гермиону, я наконец-то смог вычислить объект её пристального внимания. Как только Фред с Джорджем подхватили свои метлы и направились в сторону сарая, оставив Гарри и Джинни болтать наедине, взгляд нашей всезнайки остался намертво прикован к этой парочке. И что-то мне упорно подсказывало, что смотрела она с таким нескрываемым трепетом вовсе не на мою младшую сестру… Хм… Очень, очень интересно.

Я, конечно, многое мог забыть из оригинального канона этой запутанной вселенной, но тот факт, что именно я в итоге стал ее главным романтическим интересом, я помнил предельно хорошо. Вот только сейчас в моей голове начала формироваться крайне любопытная теория: а могло ли быть так, что Гермиона с самого начала испытывала куда большую симпатию именно к нашему шрамоголовому Избранному, но то ли тщательно скрывала свои чувства, то ли полностью задавила их в себе, прекрасно зная, что её по сути единственная подруга Джинни по уши влюблена в Гарри? И в итоге, благородно не пытаясь действовать сама, она со временем переключила свое внимание на меня просто потому, что я, по сути, был единственным доступным вариантом — вторым из двух парней, находившихся в радиусе ее постоянного обитания и готовых безропотно терпеть ее многочасовые лекции?

И, положа руку на сердце, следовать оригинальному канону в данном конкретном случае у меня не было ни малейшего желания. Да, эта невероятно умная, преданная девушка была мне искренне симпатична и приятна, но исключительно в том самом ключе, в каком нормальному парню может быть симпатична младшая сестра, которую хочется опекать, ценить и оберегать от всяческих бед. И нет, говоря о сестринской любви, я имею в виду абсолютно нормальную, среднестатистическую модель поведения, а не те специфические, глубоко семейные отношения, которые традиционно практикуют условные Таргариены или Ланнистеры.

Поэтому первым делом стоит аккуратно прощупать почву и выяснить, действительно ли нашей всезнайке в первую очередь симпатичен Гарри, а уже потом выбрать время и серьезно поговорить по душам с самой Джинни. Мне было необходимо понять, любит ли моя младшая сестра Поттера по-настоящему, или всё это лишь затянувшиеся детские грезы о великом Спасителе магического мира, подкрепленные прочитанными на ночь сказками. Лишать свою новую семью реального счастья я не хотел, но и отказать себе в удовольствии прямо сейчас немного подшутить над замершей Гермионой я просто физически не мог.

— Эм… Гермиона, — начал я вкрадчивым тоном. — Ты уж прости мою невнимательность, но давно ли твои взгляды на нашего с тобой общего друга эволюционировали от простого «О, привет, Гарри» до… — тут я придал своему голосу томное придыхание, сложил руки на груди и часто-часто заморгал ресницами, — «О-о, приве-е-е-ет, Гарри…»?