Носитель Ноль (СИ) - Бондарь Александр - Страница 3

ЗАПУЩЕНА АВАРИЙНАЯ МАТЕМАТИЧЕСКАЯ РЕКОНСТРУКЦИЯ

А затем последняя:

НЕ ОТКЛЮЧАЙТЕСЬ

ОСТАТОЧНАЯ ЖИЗНЬ ВСЕЛЕННОЙ ЗАВИСИТ ОТ ВАС

Глава 2. Нулевой носитель

Я пришёл в себя от запаха горелого пластика.

Сначала вернулся звук.

Где-то рядом коротко пищал аварийный датчик. Кто-то тяжело дышал. Металл скреб по бетону. Из динамиков доносился спокойный женский голос:

— Внимание. Нарушена герметичность третьего контура. Персоналу покинуть экспериментальный зал.

Фраза повторялась каждые десять секунд.

Затем вернулось зрение.

Я лежал на полу между своим креслом и центральным пультом. Надо мной мерцали аварийные светильники. Половина экранов не работала. На остальных двигались рваные графики, не имевшие ничего общего с нормальной телеметрией.

Кира стояла на коленях рядом со мной.

— Андрей?

Я попытался ответить, но вместо слов из горла вырвался хрип.

— Не двигайся.

Она прижала два пальца к моей шее.

— Пульс есть.

— Удивительно, — выдавил я.

Кира резко выдохнула.

— Идиот.

Я сел.

Мир качнулся. Перед глазами поплыли тёмные пятна, а внутри черепа будто медленно повернулась тяжёлая металлическая конструкция.

Кира схватила меня за плечи.

— Я сказала не двигаться.

— А я проверил гипотезу.

— Какую?

— Что могу двигаться.

— И как?

— Предварительно подтверждена.

Она хотела что-то ответить, но посмотрела мне за спину и замолчала.

Я обернулся.

За защитным стеклом больше не было инея. Трубки охлаждения почернели. На внешнем кольце сверхпроводящего контура виднелась длинная трещина.

Сама центральная камера осталась целой.

Она стояла точно там же, но теперь казалась неправильной.

Я не мог объяснить, что именно изменилось. Пропорции были прежними. Высота, диаметр, положение креплений — всё совпадало с технической документацией. И всё же взгляд скользил по цилиндру, не находя точки, на которой можно остановиться.

Как будто поверхность камеры не до конца принадлежала нашему пространству.

Я моргнул.

Над камерой появились белые символы.

НЕСТАБИЛЬНЫЙ УЗЕЛ

Я зажмурился.

Надпись осталась.

— Нет, — сказал я.

— Что?

— Ничего.

Я открыл глаза.

Текст всё ещё висел над установкой. Чёткий, неподвижный, не зависящий от освещения.

Под ним появилась новая строка:

СТЕПЕНЬ СВЯЗНОСТИ: 0,00000041 %

Я перевёл взгляд на Киру.

Над ней никаких надписей не было.

— Сколько я был без сознания?

— Меньше минуты. Может, полторы.

— Остальные?

Кира посмотрела в сторону.

Я проследил за её взглядом.

Профессор Левин сидел у центрального пульта. Один из операторов перевязывал ему ладонь. На полу лежали осколки пластиковой панели.

Заместитель директора кричал на сотрудника службы безопасности, требуя открыть заблокированную дверь.

Женщина в серой форме пыталась связаться с кем-то по внутренней линии.

Мужчина в костюме стоял у стены. Его планшет погас, но сам он выглядел слишком спокойным для человека, пережившего неизвестное физическое воздействие.

Никто не погиб.

Пока.

— Сообщение, — сказал я. — Вы его видели?

— На центральном экране?

— После того, как экран погас.

— Там ничего не было.

— Был текст.

Кира внимательно посмотрела на меня.

— Какой?

Я не ответил сразу.

Фраза продолжала стоять перед глазами:

НЕ ОТКЛЮЧАЙТЕСЬ. ОСТАТОЧНАЯ ЖИЗНЬ ВСЕЛЕННОЙ ЗАВИСИТ ОТ ВАС.

Даже мысленно она звучала нелепо.

И слишком пафосно для диагностического сообщения.

— Андрей?

— Потом.

Я попытался встать.

Ноги держали, но плохо. Пришлось опереться на стол.

В ту же секунду передо мной открылось новое окно.

Не на экране.

В воздухе.

Тонкая белая рамка, почти прозрачный фон, несколько строк текста.

СОСТОЯНИЕ НОСИТЕЛЯ

ИДЕНТИФИКАТОР: НЕ ОПРЕДЕЛЁН

СТРУКТУРНАЯ ЦЕЛОСТНОСТЬ: 81,2 %

БИОЛОГИЧЕСКАЯ АКТИВНОСТЬ: ПОДТВЕРЖДЕНА

ПОВРЕЖДЕНИЕ: НИЖНЯЯ КОНЕЧНОСТЬ / ЛОКАЛИЗАЦИЯ ОШИБКИ

Я посмотрел вниз.

На правой голени расплывалось тёмное пятно. Вероятно, я ударился о край кресла при падении.

Ничего серьёзного.

Но система увидела травму раньше, чем я почувствовал боль.

Под списком мигала строка:

ТРЕБУЕТСЯ УТОЧНЕНИЕ МОДЕЛИ

Я провёл ладонью перед лицом.

Пальцы прошли сквозь окно.

Кира напряглась.

— Что ты делаешь?

— Проверяю зрение.

— И?

— Возможно, оно работает слишком хорошо.

Она приблизилась.

— Посмотри на меня.

— Я и так смотрю.

— Следи за пальцем.

Кира подняла руку и медленно переместила указательный палец справа налево.

Я послушно проследил.

— Зрачки одинаковые, — сказала она. — Двоится?

— Нет.

— Тошнит?

— Пока нет.

— Галлюцинации?

Я посмотрел на зависшую между нами рамку.

— Этот вопрос лучше сформулировать точнее.

Кира побледнела.

— Ты что-то видишь?

Я не успел ответить.

Слева раздался глухой удар.

Техник у аварийной двери отшатнулся. Электромагнитный замок наконец отключился, и створка с силой ушла в стену.

В лабораторию вошли четверо сотрудников охраны в защитных масках.

За ними появились медики.

— Всем оставаться на местах! — приказала женщина в серой форме. — До завершения первичного осмотра никто не покидает помещение.

— У нас повреждён охлаждающий контур, — сказал профессор. — Здесь может быть опасно находиться.

— Автоматика не фиксирует утечек.

— Автоматика только что отказалась выполнять аварийное отключение.

— Именно поэтому мы действуем по протоколу.

— По какому протоколу? — спросил я. — На случай захвата квантового передатчика неизвестным процессом?

Женщина посмотрела на меня.

— Ваше имя?

— Вы получили доступ к нашей сети. Моё имя там есть.

— Назовите его.

— Андрей Соколов.

Она перевела взгляд на Киру.

— Он терял сознание?

— Примерно на минуту.

— Судороги?

— Я не видела.

— Нарушения речи?

— Нет.

— Дезориентация?

— Он утверждает, что видит то, чего не вижу я.

Тишина установилась мгновенно.

Спасибо, Кира.

Мужчина в костюме отделился от стены.

— Что именно вы видите, Андрей?

— Сначала представьтесь.

Он помолчал.

— Виктор Сергеевич Мальцев. Межведомственная группа контроля перспективных исследований.

— То есть никто.

— Это необязательно обсуждать сейчас.

— Тогда необязательно обсуждать мои зрительные ощущения.

Женщина в форме сделала шаг вперёд.

— Андрей, после импульсного воздействия могут возникать неврологические нарушения. Нам нужно понять, требуется ли вам срочная помощь.

— Требуется.

— Какая?

— Выключить установку.

— Она обесточена.

Я посмотрел на центральную камеру.

Надпись оставалась на месте.

НЕСТАБИЛЬНЫЙ УЗЕЛ

СТЕПЕНЬ СВЯЗНОСТИ: 0,00000043 %

Показатель увеличился.

— Нет, — сказал я. — Не обесточена.

Профессор поднялся.

— Поясни.

— Канал продолжает работать.

— На основании чего ты это решил?

Я указал на камеру.

Десятки взглядов проследили за моей рукой.

— Там что-то написано.

Мальцев первым нарушил молчание:

— Что именно?

— «Нестабильный узел». И параметр связности.

— Где написано?

— Над камерой.

Один из медиков подошёл ко мне сбоку.

— Андрей, не сопротивляйтесь. Я проверю реакцию зрачков и давление.

— Проверяйте.

Он посветил мне в глаза небольшим фонарём.

Белая рамка не исчезла.

Медик измерил давление, пульс и уровень кислорода.

— Давление повышено. Остальное в норме.