Носитель Ноль (СИ) - Бондарь Александр - Страница 16

Скорее усталость.

Если это слово вообще подходило существу, которое ещё десять минут назад не имело постоянного количества конечностей.

Мальцев сидел у стены. Медик разрезал его рубашку и закреплял датчики вокруг геометрического узора на груди. После синхронизации линии побледнели, но не исчезли. Теперь они напоминали старый шрам, нанесённый не на кожу, а куда-то глубже.

Женщина в форме держала оружие опущенным, однако палец оставался рядом со спусковой скобой.

Профессор Левин смотрел на иномирное существо.

— Нам всё же нужно обозначение.

— Сейчас? — спросила Кира.

— Иначе система продолжит называть его объектом. Для разговора это неудобно.

— Ты предлагаешь дать ему человеческое имя?

— Нет. Я предлагаю спросить, какое сочетание звуков оно способно воспроизвести.

Я передал вопрос через интерфейс.

Существо приподняло голову.

Пришёл короткий математический импульс. Система попыталась перевести его в звук.

Сначала я услышал низкую вибрацию.

Потом щелчок.

Затем протяжный тон, который человеческое горло повторить не могло.

Интерфейс предложил приближение:

РЭН

— Рэн, — произнёс я.

Существо дёрнуло одной из конечностей.

ОБОЗНАЧЕНИЕ ПРИНЯТО

— Значит, Рэн, — сказал профессор.

— Это может быть не имя, — заметила Кира.

— Может означать «остаток», «свидетель» или «не трогайте меня».

— Для разговора всё равно лучше, чем «объект вне модели».

Я посмотрел на интерфейс.

Окно назначения оператора оставалось перед глазами. За ним открылось другое — огромное, уходившее вниз за пределы видимой области.

В нём двигались строки.

Миллионы строк.

Каждая состояла из набора символов, процентов и математических меток.

СОХРАНЯЕМАЯ СТРУКТУРА 1

ЦЕЛОСТНОСТЬ ОПИСАНИЯ: 98,4 %

НЕОБХОДИМЫЙ ОБЪЁМ ВОССТАНОВЛЕНИЯ: 0,000014 %

СОХРАНЯЕМАЯ СТРУКТУРА 2

ЦЕЛОСТНОСТЬ ОПИСАНИЯ: 71,2 %

НЕОБХОДИМЫЙ ОБЪЁМ ВОССТАНОВЛЕНИЯ: 0,000031 %

Строки прокручивались слишком быстро.

Четыре миллиарда восемьсот семнадцать миллионов двести три тысячи сто девятнадцать записей.

Не население города.

Не население страны.

Почти половина нынешнего человечества.

— Я вижу очередь, — сказал я.

— Что в ней? — спросил Левин.

— Структуры. Миллиарды.

— Отдельные организмы?

Я сосредоточился на первой записи.

Интерфейс расширил её.

Математическое описание раскрылось слоями: геометрия тела, динамика внутренних процессов, память, устойчивые поведенческие шаблоны, связи с другими структурами.

Последнее оказалось самым сложным.

От одной записи тянулись сотни линий к другим.

— Не только тела, — сказал я. — Там память, реакции, связи. Возможно, личности.

Кира посмотрела на Рэна.

— Они все такие, как он?

Я передал вопрос.

Рэн ответил слабым импульсом.

НЕТ

Следом пришёл образ.

Сотни форм.

Высокие тонкие организмы, существовавшие в плотной атмосфере.

Колонии, похожие на движущиеся рифы.

Существа, чьи тела состояли из множества отделённых элементов.

Маленькие трёхногие формы, окружённые сложными механизмами.

И другие, которые мой мозг не смог представить. Система заменила их серыми контурами.

— Там несколько видов, — сказал я. — Возможно, много.

Профессор подошёл ближе.

— Один мир с несколькими разумными видами?

Рэн передал отрицание.

Затем возникла схема.

Центральный узел, от которого расходились связи к нескольким локальным областям. Эти области не находились рядом в трёхмерном пространстве, но когда-то принадлежали общей структуре.

— Не один мир, — понял я. — Один узел соединял несколько областей.

— Планет?

— Термин не подходит. Некоторые могли быть планетами. Другие — чем-то ещё.

Мальцев поднял голову.

— Сколько структур реально можно перенести?

Я посмотрел на параметры канала.

ТЕКУЩАЯ ПРОПУСКНАЯ СПОСОБНОСТЬ: 0,000000019 СТРУКТУРНЫХ ЕДИНИЦ В СЕКУНДУ

Человеческого смысла в числе не было.

Я запросил оценку в биологических объектах.

ПЕРЕНОС ОДНОЙ СТРУКТУРЫ СРЕДНЕЙ СЛОЖНОСТИ: 3 ЧАСА 41 МИНУТА

— Одну примерно за четыре часа.

Кира медленно выдохнула.

— А времени у них семьдесят один цикл.

— Мы не знаем продолжительность цикла.

Я запросил перевод.

Система ответила:

ЛОКАЛЬНЫЙ ЦИКЛ НЕ ИМЕЕТ ПОСТОЯННОГО СООТВЕТСТВИЯ В ТЕКУЩЕМ ВРЕМЕННОМ ИЗМЕРЕНИИ

— Что это значит? — спросил Левин.

— Их время нестабильно. Цикл может меняться относительно нашего.

— Приблизительная оценка?

Интерфейс долго пересчитывал.

ДИАПАЗОН ДО ПОТЕРИ СВЯЗНОСТИ В ЛОКАЛЬНОЙ СИСТЕМЕ ОТСЧЁТА УЗЛА ЗЕМЛЯ: ОТ 19 ЧАСОВ ДО 11 204 ЛЕТ

Кира коротко рассмеялась.

— Удобный интервал.

— Пятый порядок и повреждённые временные координаты, — сказал профессор. — Они сами не знают, с какой скоростью распадаются относительно нас.

— Тогда почему требуют выбрать сейчас? — спросила женщина.

Я применил навык к очереди.

Серые линии прошли через записи.

НЕСООТВЕТСТВИЕ ОБНАРУЖЕНО

ОЧЕРЕДЬ ВОССТАНОВЛЕНИЯ НЕ СФОРМИРОВАНА

ПРИ ПОТЕРЕ СВЯЗНОСТИ БУДУТ СОХРАНЕНЫ СТРУКТУРЫ С НАИМЕНЬШИМ ИНДЕКСОМ

— Если мы ничего не сделаем, система возьмёт первые записи.

— По какому принципу они отсортированы? — спросил Мальцев.

Я проверил.

ТЕКУЩАЯ СОРТИРОВКА: ПОРЯДОК РЕГИСТРАЦИИ

— Кто раньше попал в архив.

— Значит, самые старые, — сказал профессор.

— Не обязательно. Порядок записи мог зависеть от расположения, доступности или скорости разрушения.

— Система предлагает другой алгоритм?

Я запросил рекомендации.

Окно расширилось.

ДОСТУПНЫЕ СТРАТЕГИИ

1. МАКСИМИЗАЦИЯ КОЛИЧЕСТВА ВОССТАНОВЛЕННЫХ СТРУКТУР

2. МАКСИМИЗАЦИЯ СУММАРНОЙ СЛОЖНОСТИ

3. МАКСИМИЗАЦИЯ ВЕРОЯТНОСТИ ВОССТАНОВЛЕНИЯ ЦИВИЛИЗАЦИОННОЙ ФУНКЦИИ

4. МАКСИМИЗАЦИЯ СТРУКТУРНОГО РАЗНООБРАЗИЯ

5. СОХРАНЕНИЕ ИСХОДНОГО ПОРЯДКА

— Пять вариантов.

Я прочитал их вслух.

— Третий, — сразу сказал Мальцев. — Цивилизационная функция.

Кира посмотрела на него.

— То есть выбирать учёных, инженеров и военных?

— Выбирать тех, кто сможет восстановить общество.

— А дети?

— Если ресурсы ограничены, приоритет получают полезные специалисты.

— Ты даже не задумался.

— Именно потому, что задумался раньше.

— Когда? Девять месяцев назад, после первой передачи?

Мальцев не ответил.

Женщина в форме вмешалась:

— Личный состав не участвует в споре. Решение будет принято руководством.

— Руководством чего? — спросила Кира. — Института? Страны? Планеты?

— Компетентными органами.

— Есть орган, компетентный выбирать, кому жить из четырёх миллиардов инопланетян?

— Нет, — сказал Мальцев. — Поэтому решение должно исходить из интересов Земли.

Рэн поднял голову.

Его глаза стали ярче.

Интерфейс передал короткий вопрос:

ЗЕМЛЯ СОХРАНИТ ТОЛЬКО ПОЛЕЗНЫХ?

Кира посмотрела на меня.

— Он всё понял?

— Достаточно.

Мальцев ответил сам:

— Земля ещё никого не обязалась сохранять.

Система не перевела слова напрямую. Я передал смысл.

Рэн молчал несколько секунд.

Потом пришёл образ.

Разрушающийся узел.

Миллиарды записей.

И одна мысль:

ТОГДА ЗАЧЕМ ВЫ ОТВЕТИЛИ?

Никто не нашёл ответа.

Я действительно ответил на импульс.

Не правительство.

Не международная комиссия.

Не человечество.

Я.

Потому что не хотел оставлять стук из-за стены без ответа.

Теперь за стеной оказалось четыре миллиарда существ, и каждое могло постучать отдельно.

— Что означает «максимизация количества»? — спросила Кира.