Спасенная Ледяным Владыкой. Моя вторая жизнь (СИ) - Вилкс Энни - Страница 2

Последние пол-лиги я преодолела кубарем, едва успевая создавать новые и новые слои спасительного воздуха вокруг себя и укутываться в них, как в одеяла. И когда, пробив теплый щит, рухнула с небольшого обрыва прямо под ноги собравшейся толпе, уже совсем обессилела — настолько, что сумела только прошептать:

— Помогите!

«Кто-то страшный идет за мной», — хотела я добавить, но почему-то прикусила язык.

— Кто ты? — наклонился ко мне мужчина, держащий факел. Простой человек, не маг, но точно знатный воин. Его доспехи мерцали зачарованным серебром. Мужчина скривился: — Молодая для таких дел, — бросил он через плечо. — Нашей же на вид около сорока пяти?

— Это не может быть она, — подошла к нему статная женщина. Вот эта уже точно была шепчущей: ее строгое, безвозрастное лицо горело силой. Женщина показалась смутно знакомой: может, кто из знати, и отец показывал мне портрет? Водянистые глаза шепчущей чуть сузились: — Я никогда не забуду лица дряни, из-за которой погибла вся коричневая семья. И это — другое лицо. Но оставайся настороже. Она — великая, могла и форму поменять, раз мы ее загнали. Я бы на ее месте поменяла.

— Я не убийца, — жалобно прошептала я на судорожном вдохе, не имея сил даже свернуться. Где-то за их наклонившимися ко мне лицами, в черных облаках прорастали серебряные жилы смертоносного ветра и чудилась неотвратимая поступь. — И мне только двадцать пять… я даже перемещаться еще не обучалась, какое там форму менять… Герцог Коричневых земель — друг моего отца. Я целительница из рода Енкхтаиван, Теара. Мой брат Очир…

Я хотела сказать, что Очир долгое время был наставником Приюта и сам глава Син признавал его заслуги.

Но удар рукояти меча прервал мою речь, скула взорвалась болью, а в глазах потемнело. Вскрикнув, не понимая, за что, я попыталась закрыться от следующего удара, но его не последовало: вместо этого шепчущая почти брезгливо окутала меня острыми силками, мигом стянувшими кожу и обездвижившими меня окончательно, словно в таком состоянии я могла бы убежать.

— Значит, она, сама призналась, — донеслось до меня как сквозь пелену. — Быть не может. Правду говорят, великая.

.

Сквозь силки я различала тени сгрудившихся вокруг людей.

— Кончаем это дело? — неуверенно протянул кто-то. — Она, кажись, без сознания?

— А что это она такая жалкая? — раздался другой голос. — Хочешь сказать, вот эта девчонка рулила половиной континента? Это какая-то подстава. Герцогиня Йорданка, только по вашему приказу…

Герцогиня? Разве хоть одной из восьми земель правила женщина?

— Прекратить! — осадила спорящих шепчущая. Ее прямая, стройная фигура светилась для меня в сером мареве, как раскаленный стилет. — Видели, что она наверху устроила. Вот и истощилась. Сожжем, чтобы и праха не осталось. Все страшатся подходить и наносить решающий удар — хорошо, это в любом случае мое право, а я не боюсь. Поставим двенадцать периметров защиты, и что бы она ни задумала — не успеет уйти.

«Сожжем». Меня? За что⁈

«Это какая-то ошибка!» — хотела я прокричать.

И не могла. Как не сумела бы пошевелиться и глубоко вдохнуть, так стискивали мою грудь силки. Даже когда меня швырнуло спиной о землю. Даже когда вокруг один за одним начали появляться прямо на мху и камнях исчерченные рунами и светящиеся в темноте ночи круги, тщательно питаемые подвластными герцогине магами.

Три, пять, восемь. Одиннадцать.

Остался всего один. Станет двенадцать — и сфера, удерживающая меня, наполнится огнем. И пусть палачи хоть сто раз разберутся потом, что обознались, моя жизнь оборвется здесь, в этом черном лесу, посреди разрушающихся гор.

И прервут ее люди, исцелению которых я хотела посвятить свою жизнь. Это вдруг показалось мне особенно глупым: перед моим отъездом отец серьезно спросил, зачем мне путь целителя — а я ответила, ни мига не сомневаясь, что хочу сделать мир лучше. Спасти так много людей, как смогу, и пусть это и станет моим наследием, раз я проклята бесплодием…

«Недолго ты проживешь».

Ну уж нет. Я не умру из-за ошибки. И не умру молча.

Я собрала остатки сил — и рванулась вперед, пропарывая силки в отчаянной попытке хотя бы быть услышанной. И заорала в образовавшийся и уже зарастающий проем, поставив все на кон:

— Спросите главу Сина! Он лично пригласил меня в Приют! Пусть меня судит он!

Имя великого главы Приюта Тайного знания должно было подействовать на кого угодно! Никто не рискнул бы ссориться с ним и оспорить его волю! Главу Сина Лоани, сильнейшего среди шепчущих современности, не просто уважали — его боялись даже сильнее, чем черных демонических герцогов тысячу лет назад. Поговаривали, Сину больше тринадцати веков и он умеет путешествовать между мирами. Глава Приюта Тайного знания точно обладал влиянием большим, чем император и уж тем более чем семья коричневых герцогов или любая другая.

Кем бы ни оказалась Йорданка, даже она должна была отступить.

И ведь это чистая правда: меня в Приют пригласил именно Син! Его письмо папе я хранила, как святыню — как и положено влюбленной девушке, получившей приглашение от своего кумира.

Мгновение ее замешательства — и мне показалось, я спасена.

— Сина нет, — вдруг ухмыльнулась женщина-шепчущая своими тонкими, бескровными губами. — Двенадцатый год. И остальных директоров нет, — кивнула она, будто это что-то могло мне сказать. — Даже Ингард слишком далеко. Никого, кто мог бы вступиться за тебя, тварь. Здесь каждый потерял близких из-за тебя, смотрел на их уход, бессильный что-либо сделать. А изобретательная же, — бросила она своим соратникам. И снова повернулась ко мне: — И император приказал тебя казнить, Теа Енкхтаиван. Я выполняю его волю. Ты знаешь, что это значит, правда?

Я онемела.

О, я знала. Окончательный приговор. Прямой приказ императора должен быть исполнен — никто не рискнет благополучием всего континента.

Эти люди не просто ненавидели меня за то, чего я не делала, но и собирались провести законную расправу.

Это не ошибка. Они назвали мое имя!

— Я рада свершить правосудие, — куда-то вверх сказала Йорданка. Голос ее дрожал. — Все вы — мои свидетели.

Сквозь пелену заслонов я различала смазанные лица — на каждом читалась ненависть. Здесь не было ни одного человека, что знал бы меня и мог выступить в мою защиту. Один мужчина плюнул под ноги, его слюна попала на магический контур и зашипела, а сам он с отвращением отвернулся.

Вот так? Без суда и шанса оправдаться?

Все происходящее, похожее на плохой сон, не имело смысла — и все же вспыхнувший огонь оказался совершенно реальным. Мир побелел. За сферой звенел голос Йорданки, но его уже заглушало ревущее пламя.

Я успела сделать последний горячий, сухой вдох, услышать треск волос, ощутить жар на коже, задохнуться от запаха гари, зажмуриться…

И тут пламя издало странный, ломкий звук, словно по стеклу провели кинжалом — и потухло. Удерживающая меня сфера закостенела и осыпалась, а саму меня швырнуло на холодную землю. Грязь под ладонями мгновенно затянуло льдом.

Наступила тишина.

Только тогда я решилась открыть глаза. И когда с трудом подняла лицо, то увидела его.

.

Глава Син стоял на краю поляны — слишком далеко, чтобы я могла разглядеть выражение его красивого, холодного лица. Только искрящееся пространство вокруг высокого силуэта, чуть поблескивающие светлые волосы — и незримые волны, расходящиеся вокруг знакомым полупрозрачным серебром.

Намного сильнее, чем я запомнила. Намного страшнее. И намного… темнее?

Глава Приюта, встречи с которым я так ждала, и ищущий меня всесильный маг, выдравший из мира кусок — один человек. Это он управляет этой невероятной силой, рушащей по его приказу мир.

И пришел он за мной.

И судя по прокатившемуся эху наполненного страхом шепота, это стало очевидно не только мне.

Глава 1

Долгожданная встреча