Контрольный выстрел (ЛП) - Несбё Ю - Страница 76

— Мм. Но он пошёл ещё на шаг дальше.

Грип кивнул.

В наступившей тишине он посмотрел на окно, в котором виднелось только их собственное отражение.

— Кто там сидит?

— Звукооператор, Катрине Братт, руководитель расследования, и Витт. Витт составит профиль Тима. Хотя суда не будет, нам всё равно нужно доказать с высокой степенью уверенности, что за убийствами стоял именно Тим.

— Понимаю.

Грип тяжело вздохнул и повертел картонный стаканчик.

— Просто ещё раз повторю, Грип: ты здесь не обвиняемый, тебя вызвали только как свидетеля. Хорошо?

— Да знаю я, Харри, что должен был рассказать вам: я думал, Тим может быть в «Пайнвуде».

— Так почему не рассказал?

— Я же объяснил.

— Да, но расскажи и здесь, чтобы у нас всё дословно осталось на записи.

Грип глубоко вдохнул.

— Ладно. Я подумал, что «Пайнвуд» для Тима — лучшее укрытие. Как я уже сказал, ключи были только у нескольких человек. Я хотел добраться до него раньше полиции и отвезти в отделение неотложной психиатрической помощи в Гаустаде. Добиться, чтобы его госпитализировали. Я ведь видел, когда он пришёл ко мне тем вечером: у него совсем сорвало крышу, он либо был в психозе, либо под каким-то своим наркотиком. Лучше сразу положить его в больницу и начать лечение, чем чтобы вы бросили его в голую камеру и ему стало ещё хуже. Вы же сами слышали: он хотел умереть.

— Мм. С собой у тебя был пакет с готовыми бутербродами?

— Да. Тим всегда забывал есть, когда монтировал. Я положил в бутерброды несколько таблеток, от которых отключаешься, — мне их дали в больнице. Ничего незаконного, можете проверить — ваши люди забрали пакет. Я просто думал, они его успокоят и я смогу увезти его с собой. План, может, и не лучший на свете, но лучше альтернативы.

— Расскажешь, что произошло после того, как ты пришёл?

— Мы почти не успели поговорить. Он хотел, чтобы я его застрелил. Настаивал, пытался отдать мне револьвер.

— Кстати о револьвере. Это был последний из трёх, которые он украл на Яре. Мы знаем, что он арендовал там офис и имел ключ-карту, но как, по-твоему, он узнал, что у вас есть револьверы и где они лежат?

— QTake, — сказал Грип.

— QTake?

— Это система, которая передаёт картинку и звук с площадки тем, у кого есть доступ, так что продюсеры и прочие могут смотреть всё на ноутбуке или телефоне, где бы ни находились. Они видят и слышат всё, даже то, что происходит между дублями, — почти как если бы сами находились на площадке. Тим должен был монтировать сцены в самолёте, поэтому у него было место в первом ряду.

— То есть он мог шпионить из первого ряда?

— Во всяком случае, возможность была.

— Хорошо, — сказал Харри. — Давайте на этом сделаем паузу. Ты не против, если после перерыва войдёт Витт и немного расспросит тебя о Тиме?

Грип бледно улыбнулся и прижал руку к груди; Харри увидел слёзы от боли. Но Грип кивнул. Стулья заскребли по полу, когда они встали.

— Кстати, — сказал Харри, придерживая для Грипа дверь. — А кто ещё двое, у кого есть ключи от «Пайнвуда»?

— Кто?

— Да.

— Полковник, — сказал Грип и криво улыбнулся. — И король, конечно.

— То есть…

— Да. Кристиан Боэнг.

— Мы отправляем тебя в административный отпуск, — сказала Катрине, стоявшая со скрещёнными руками в глубине аппаратной.

— Мм. Это теперь такой эвфемизм для отстранения? — Харри смотрел через стекло на Витт и Грипа по другую сторону окна с клетчатыми занавесками. Техник нажал кнопку mute, поэтому они видели только, как там шевелятся губы.

— Мне только что позвонил начальник уголовной полиции, — сказала Катрине. — Дело передали в SEFO, и первым делом они захотели убедиться, что тебя отстранили от оперативной работы. Немедленно. Мне вообще не следовало разрешать тебе вести эти допросы.

— Правда? Обычно нам позволяют заниматься бумажной работой, даже если мы сделали несколько выстрелов.

— Несколько? — Она вздохнула. — Как ты собираешься объяснить SEFO, почему не остановился после двух, а продолжил и сделал шесть?

— Скажу, что хотел быть совершенно, совершенно уверен: в нём не останется столько жизни, чтобы он смог застрелить своего брата, моего сына или меня.

— Тебе не очень помогает то, что Грип только что сказал на запись: Каландер вообще не собирался ни в кого стрелять.

— Ситуацию было трудно оценить.

— Ты знаешь, что всё уже в соцсетях?

Харри обшарил карманы в поисках пачки сигарет.

— Признаю, про это я не в курсе.

— В «X» тебя уже называют Харри-Шестизарядником, и это расходится. На Reddit кто-то написал, что ты дал Каландеру по пуле за каждую его жертву. Это было задумано как похвала, но не все воспринимают это так. Беллману задают вопросы, добралась ли полицейская жестокость до Норвегии.

— Извини, но тут я мало что могу поделать.

— Ты слишком уж невозмутим, Харри. Даже для тебя.

— А внутри у меня полный хаос.

Катрине подняла бровь.

— Если ты сейчас стоишь здесь и шутишь, Харри, я всерьёз беспокоюсь. Слышала, ты отказался разговаривать и с психологом.

Харри посмотрел на Витт, принявшую позу внимательного слушателя.

— По моему опыту, это не всегда приводит к чему-то хорошему.

— Вот как? Есть кто-нибудь ещё, с кем ты можешь поговорить? Кто-нибудь не из Управления?

— Да. Сейчас как раз пойду с ним встречусь. Свободного времени у меня, вижу, будет много. Административный отпуск. Звучит так, будто я должен вас благодарить.

Катрине покачала головой, пока Харри застёгивал морскую куртку.

— Это тот твой приятель-таксист, Эйстейн Эйкеланн?

— Нет, парень по имени Джим. Мы то общаемся, то нет, но для этого он вполне подходит.

ГЛАВА 65.

— Это довольно ужасно, — сказала Теа Рууд, не отрывая глаз от экрана, где Катрине Братт завершала прямую трансляцию пресс-конференции.

— Да, — сказал Кристиан Боэнг, поднялся с дивана и с бокалом шампанского подошёл к окну.

Наверное, хочет убедиться, что машина, которую они услышали, — не жена с детьми, неожиданно вернувшиеся с дачи, — подумала Теа.

Она не знала, что и думать, когда Кристиан пригласил её к себе и сообщил, что после ссоры с женой остался дома один. Хотел ли он ещё одного, последнего раунда перед окончательным расставанием? Или передумал насчёт того, что им с Теа никогда не быть вместе?

Чего Кристиан, вероятно, не знал: для неё оба варианта были исключены. Она согласилась прийти по трём совершенно другим причинам.

Во-первых, ей хотелось увидеть дом, который она столько раз пыталась себе представить.

Во-вторых, ей действительно стало немного его жаль, когда она увидела, насколько близко к сердцу он принял то, что в новом сценарии его роль урезали до скромной второстепенной. Третья причина была совсем простой: она хотела поставить точку так, чтобы совершенно ясно было — это она уходит от него, а не наоборот. Ей это было нужно, а он этого заслуживал. Хотя ей было его жаль и она вовсе не собиралась этим кичиться. В конце концов, у них оставалась одна важная совместная сцена, и Теа не хотела рисковать тем, что ей помешают внешние обстоятельства. То есть внутренние.

— Ты ведь никогда не встречала Тима, — сказал Кристиан у окна. — Так что вряд ли тебе может быть настолько ужасно.

— Это ужасно в любом случае, — сказала Теа. — Его ведь и застрелили совсем рядом отсюда.

— Там. — Кристиан указал в темноту, на рощицу. — У нас там было что-то вроде студии. Тим и Грип жили чуть дальше по этой улице. Это было в те времена, когда у нас были мечты.

— Вот как. И что случилось? С мечтами, я имею в виду.

— То, что всегда случается с мечтами. Мы проснулись, и они исчезли, забылись. — Он щёлкнул пальцами. — Вернее, двое из нас не забыли. Знали, что мечту нужно осуществить. Визуализировать. Прожить. Материализовать. Что только ради этого и стоит жить.