"Фантастика 2026-168". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Волкова Светлана - Страница 110

Я прислушалась, но, кроме еле слышного шороха снега, никаких звуков музей не производил.

И стало еще страшнее. Одно из непреложных правил ужастика: если стало слишком тихо, что-то грядет, посему лучше всего притаиться и дальше ползти как можно тише. Авось, чудище тебя не заметит.

Я уже почти упала носом в снежок, когда вспомнила, что сама тоже немного чудище и стыдно быть такой трусихой в моем-то обличии. В итоге подняла голову, убедилась, что на потолке никто не притаился, как, собственно, и вокруг. Просто невнятные глыбы, припорошенные снежком, натыканные без какой-либо системы.

– А где экспонаты? – пробормотала я и потревожила пальцем белый покров, под которым был лишь серый унылый камень. Я прислонилась к нему, чтобы завязать расслабившийся шнурок на неудобной туфле, и пока возилась с обувью, смахнула большую часть снега. И на меня уставились огромные каменные глаза.

– Итить, – невольно выдала любимую присказку матрагор. Пережив первый шок, я принялась активно очищать статую, и вскоре на меня с грустью смотрела каменная горгулья со сложенными за спиной крыльями. Я нервно смахнула снег с соседней скульптуры, и там обнаружился гоблин, потом волколак, а далее – кикимора. Когда в конце я оказалась лицом к лицу со змеиной головой с венцом из ветвистых рогов и третьим глазом во лбу, то в полной мере ощутила ужас, пробегающий мурашками по спине.

– Так вот что за существа…

Неизвестный мне скульптор был очень талантлив, каждая черточка на экспонатах дышала жизнью. Я поскребла особо удачно выполненную чешуйку на змеиной морде (на табличке под ним было указано «североамериканский рогатый змей Уктена») и вздохнула. Светки не наблюдалось, а судя по возвышающимся рядам камней, музей был очень и очень обширным, даже за час не обойду.

Мне сразу расхотелось бродить вокруг этих статуй и орать, как базарная баба с тележкой пирожков на продажу.

Что если попробовать магию? Смогла же я почувствовать корешок в поле? Может, я так и подругу вычислю. Тогда ей точно не отвертеться от серьезного разговора. Для удобства поиска я смахнула снег с очередной статуи и довольно улыбнулась – она изображала нечто шестирукое, сидящее в позе лотоса. Благодаря трем парам сложенных вместе ладоней и общему росту композиции сверху заодно можно было и как следует осмотреться.

– Извини, приятель, это для дела.

Я вскарабкалась к нему на колени, а оттуда на первую пару рук, переплетенных пальцами вместе. Подумала немного и заползла еще выше, а вот дальше не рискнула, устроившись в каменной «ковшике» в той же позе, что и сам истукан, – скрестив ноги. Самое главное, как я уже усвоила, – это удобство. Поерзала, притираясь задом к каменным неровностям, глубоко вдохнула и выдохнула, смахнула с носа хлопья снега и закрыла глаза.

Можно приступать.

Магия поддалась неохотно, практиковаться на территории Светлого факультета было тяжелее, чем на Темном, казалось, тут даже воздух растворял саму основу моей силы, хотя, возможно, я просто слишком устала после сельскохозяйственного конкурса.

Капелька оттуда, капелька отсюда, змеи на голове расплелись и шипели в разной тональности, выходило что-то похожее на буддийскую молитву. В какой-то момент я полностью сосредоточилась на этом звуке, и у меня получилось. Поисковое заклинание поползло по залу, охватывая с каждым разом все больше и больше площади. Чувствовала я себя при этом отвратительно, почему-то ныл живот, перед глазами мелькали цветные мушки, а к горлу подкатила желчь.

Камень, камень, камень, стоп, а это что?

Резко открыв глаза, я собралась спрыгнуть и направиться в правый угол, где прятался кто-то живой, но темнота заволокла все вокруг, и со статуи я свалилась, как мешок с картошкой. Точнее, почти свалилась…

Почему почти? Потому что у самого пола меня подхватили. Причем в несколько рук, отряхнули от вездесущего снега, поправили юбку и аккуратно поставили на пол.

– Спасибо, – как хорошая девочка, первым делом поблагодарила я. Темнота вроде рассеялась, но головокружение не прошло до конца. А потом вообще все прошло, как только я увидела, КТО меня подхватил.

Та самая шестирукая статуя!

– Служу госпоже! – рыкнуло существо и подобострастно уставилось на меня, на минуточку, тремя парами глаз.

Тааак, Рита, что ты на этот раз учудила?

А это явно устроила я, раз оно называет меня госпожой. Нет, если не кривить душой, это довольно приятно. Госпожа! Как бы заставить Амилоту меня так называть? Стоп, помечтать и потом можно будет. Я почувствовала, что меня не пытаются сжать, и ловко вывернулась, приземлившись обеими ногами в образовавшийся на полу-сугроб.

– Госпожа-а-а-а-а, – потянуло со всех сторон, и каменные статуи стали стряхивать с себя снежный покров. – Госпожа-а-а…

Музей неестественных существ ожил и пришел в движение, каждый экспонат, насколько я могла бросить взор, пока еще медленно и как будто неумело взбрыкивал, тряс головой, руками, лапами, крыльями и далее по списку – у кого что имелось. Воздух наполнился льдистым ароматом потревоженного снега, каменной пыли от трения неподвижных прежде конечностей, а еще треском, шорохом и стуком десятков ног, спустившихся с постаментов. Даже снегопад будто стал реже, чтобы дать возможность вдоволь налюбоваться рожденным мною хаосом.

И это было уже не смешно.

– Мамочки! – пискнула я и попятилась. Только вот отступать некуда, ко мне со всех сторон музея стекались кикиморы, гоблины, оборотни и еще куча черт знает кого с клыками в пару моих ладоней, крыльями и хвостами. И все прям пылали любовью к своей «госпоже». То есть мне.

– Стоять! – рявкнула я командным голосом, и армия оживших скульптур застыла в разных позах, одна особь даже упала носом вперед, не устояв на тонкой курьей ножке. Никто на ее конфуз внимания не обратил.

– Приказывай, госпожа, – прогудел тот, самый первый пробужденный товарищ. Мысли у меня забегали внутри черепной коробки между точкой А (надо валить, пока не поздно) и точкой Б (надо воспользоваться ситуацией, когда еще такой шанс выпадет). Неестественная армия сгрудилась вокруг, перекрывая мне как проход вперед, так и путь к отступлению, а я меж тем все сильнее приближалась в своих суетливых измышлениях к точке Б…

Но даже если я и впрямь стану их госпожой, куда мне потом деть такое количество нечисти? Не в нашей же с Мией комнате их размещать?

Снег прекратился, облака собрались в дальнем углу и изредка потрескивали зарядами молний. Не уверена, что так было задумано, так что к списку моих правонарушений можно было смело приписать еще и порчу погодных контуров помещения. Миллхаус меня убьет, грустно поняла я.

– Приказывай, госпожа.

«Госпожа… Госпожа… Госпожа…» – эхом отозвалось со всех сторон.

– Ладно, ладно! – Я все-таки решилась. – Найдите мне…

Раздался резкий протяжный скрип за спиной, потом через секунд тридцать тишины в стеклянное помещение музея кто-то заглянул.

– Есть здесь кто-нибудь? Терехина, если это опять ты… АААА!

Вот блин! Как же не вовремя!

Мои зверушки посчитали, что вторгшийся светлый – это их законная добыча, и толпой рванули на голос. Я сжалась в комок, но на удивление меня обступали по дуге, чтобы случайно не затоптать. А вот стеклянная дверь в мгновение ока превратилась в пыль, а металлическое основание, на котором она держалась, согнулось в непотребную фигуру.

– Ой, блин…

Меня все-таки вынесло из музея вместе со вторым потоком существ. Я даже не поняла, когда успела оказаться верхом на скелетообразной собаке размером с взрослую лошадь, и вообще как-то умудрилась возглавить побег из Шоушенка местного разлива. Ну, было даже весело, пока мы не оказались на улице прямо перед главным корпусом. Нет, хуже – прямо перед ректорской делегацией, застывшей возле крыльца.

– Кудряшова? – рыкнула ректорша, всем видом напомнив мне нашего золотейшего драконьего Миллхауса. – Кудряшова! Это… Это что?

Пес подо мной резко затормозил, и я начала сползать набок, пытаясь уцепиться за выступающие ребра.