Разрушенная (ЛП) - Доун Элисон - Страница 16

Сперва я этого не заметил. Пока она делала снимки, ее камера и руки скрывали большую часть узора, но теперь она стояла неподвижно, и я отчетливо видел ее лицо. Теперь каждый мог видеть этот кричащий знак того, что она, судя по всему, открыта для игр. Медленный, собственнический жар осел низко у меня в груди, пока я наблюдал, как она руководит членами моего клуба с уверенностью, заставлявшей меня прикусить язык.

Всё выглядело так, словно в этом хаосе ей было самое место — гораздо больше, чем следовало.

Я прикусил язык еще сильнее, когда к ней подошел первый мужчина. Металлический привкус крови разлился по моему рту, стоило моим глазам намертво зафиксировать их диалог. Он наклонился слишком близко, говоря что-то, чего я не мог расслышать из-за грохота музыки. Она издала короткий профессиональный смешок и снова вскинула камеру.

Второй мужчина вырос рядом всего через пару минут, а следом за ним и третий.

Каждый раз мои пальцы всё крепче впивались в перила, пока внутри меня наружу прорывалось нечто первобытное. К моменту, когда возле нее появился пятый мужчина, я уже шагнул к лестнице, едва способный себя контролировать. Пока я шел в ее сторону, число успело дойти до восьми. Восемь мужчин в общей сложности, привлеченных любопытством и тем, как полноценно она существовала в своей стихии. Настоящее чудо, что никто из них до сих пор до нее не дотронулся. Согласно моим правилам, ей пришлось бы подчиниться, пришлось бы слушать — а это означало, что эти мужчины подходили, но никто пока не сделал ей прямого предложения. Пока еще.

Моя.

Я настиг её ровно в тот миг, когда подошел девятый мужчина, и мой взгляд мгновенно впился в его руку, где кожу клеймила татуировка. Я узнал его сразу. Это был один из наших постоянных гостей, тот, кто приходил сюда с тягой к чужому повиновению столь глубокой, что она граничила с одержимостью.

Мое тело пришло в движение прежде, чем мысли успели оформиться до конца, и я сократил разделявшее нас расстояние. Едва я поравнялся с ней, его пальцы интимно коснулись её плеча.

Я повернулся к ней, сделав свой голос намеренно громче, чем требовалось.

— Ваше членство в клубе аннулировано, — произнес я, и мой голос остро прорезал музыку. — Вам нужно уйти.

Она повернулась ко мне, взмахнув камерой:

— У меня нет членства. Я здесь по работе, помнишь?

Мужчина, за которым я наблюдал еще мгновение назад, подался вперед и перехватил её за локоть:

— Я бы хотел заключить контракт, прежде чем вы уйдете.

Эмбер посмотрела на него, наклонив голову, словно не понимая.

Конечно же, она не понимала.

Я встал прямо между ними и рванул его руку прочь от нее.

— Она больше не является членом клуба, — холодно отрезал я. — А значит, не может принять предложение.

Басы пульсировали вокруг нас, пока мой адреналин подскакивал, и этот миг между нами натягивался до предела.

Я просчитывал, как быстро смогу покончить с этим, краем глаза фиксируя всех, кто нас окружал. Мои мускулы напряглись, готовые к действию, но, к моему удивлению, он сразу посмотрел на меня, а затем развернулся. Я провожал его взглядом, пока он не растворился в толпе, просто чтобы убедиться, что его решение было искренним. Я повернулся обратно к Эмбер и почувствовал резкий удар в свое плечо.

— Что это, черт возьми, сейчас было?! — огрызнулась она.

Я медленно посмотрел на нее сверху вниз, позволяя своей копившейся ярости встретиться с её гневом. Сократив дистанцию между нами, я поймал её взгляд.

— Что это, черт возьми, за маска, Эмбер? — мой голос упал до опасных низов. — Ты вообще соображаешь, что делаешь — что ты заявляешь каждому в этом зале?!

Она отпрянула, выдав резкий, полный отвращения звук, адресованный прямо мне. Этот звук, сорвавшийся с её губ, прошил каждую нервную клетку в моем теле, и зрение заволокло красной пеленой. Пора преподать ей первый урок. Мысль испарилась, уступая место автопилоту. Я нагнулся и одним слитным движением перекинул её через плечо. От этого прикосновения она вскрикнула, судорожно вцепившись в камеру и прижимая её к груди, чтобы та не упала.

— Эй! Поставил меня, мудак!

Я намертво обхватил её руками, игнорируя удары ногами и попытки вырваться. Перехватив её ноги, я зажал их, чтобы она никого не покалечила, пока тащил её сквозь толпу и вверх по лестнице. Маски поворачивались, нам вслед несся шепот, но никто ничего не предпринял, и я понимал почему — дело было в моей маске. Вот почему никто не пытался меня остановить. Вот почему тот мужчина ранее ушел без боя. Они знали, что я владелец.

На середине лестницы я поймал в толпе взгляд Кайрина. Он стал свидетелем всего и быстро двинулся следом, стоило мне дернуть подбородком в сторону своего кабинета.

Оказавшись внутри, она стала бороться только яростнее. Перехватив её поудобнее, я услышал, как за моей спиной защелкнулась дверь. Кайрин вошел как раз в тот момент, когда я опустил её на пол. Она мгновенно развернулась, целясь кулаком мне в лицо. Я перехватил её запястье, крутанул и прижал её грудью к стене. Я шагнул вплотную, вдавливая её спиной в себя. Я хотел, чтобы она испугалась того, что может произойти. Мне нужно было, чтобы она поняла, чтобы прочувствовала мое присутствие, загнавшее её в клетку.

Я опустил губы к её уху, намеренно чеканя слова:

— Тебе не позволено носить никакую маску, кроме маски Наблюдателя, — я навалился на нее сильнее, выбив из нее короткий стон, пока вжимал её в стену. — А еще лучше — тебе вообще не позволено сюда возвращаться.

Она фыркнула под своей маской — звук вышел резким и бесстрашным. И это, как ни странно, лишь подстегнуло мое желание приручить её. Перехватив её за предплечья, я резко развернул её лицом к себе и припечатал лопатками к стене. Перехватив оба её запястья, я зафиксировал их над её головой и стал наблюдать, как пульс на её шее начинает стремительно ускоряться.

Я сглотнул ту волну азарта, которую она во мне пробуждала, и заставил себя сохранять внешнее спокойствие. Чтобы сломать её, потребуется время и немало усилий, но этот процесс начнется прямо сейчас. Ей больше не будет позволено делать всё, что ей, блять, вздумается, и я об этом позабочусь.

Опустив лоб к её лбу, я почувствовал, как наши маски столкнулись с тихим стуком.

— Ты действительно хочешь узнать, каково это — быть Добровольцем? — тихо спросил я. — Или ты заявилась в этой маске только ради того, чтобы меня взбесить? — мой голос звучал как ожесточенная копия моего обычного тона, но даже на этих низах он оставался непреклонным.

На секунду я крепче сжал пальцы, после чего решил отпустить её и сделать шаг назад. В образовавшемся между нами футе пространства я предоставил ей ровно столько места, чтобы она могла подумать, будто способна сбежать. Будь я умнее, я бы использовал этот зазор как возможность переучить определенные черты её характера, но прямо сейчас я хотел не этого — во всяком случае, пока нет. Сегодня вечером я хотел проверить на прочность её огонь.

— Снимай платье.

От моего требования каждый мускул в её теле напрягся, послав во мне импульс возбуждения — реакция, которой я сам не ожидал. Какое-то мгновение я наблюдал за тем, как она остается абсолютно неподвижной. Даже без слов я мог угадать, что именно происходит за её маской. Её злость начала выдыхаться, а жар, который она испытывала по отношению ко мне, теперь перерастал в нечто совершенно иное. В подтверждение моих мыслей её грудь принялась вздыматься и опускаться в мерном ритме. Адреналин затопил её систему так мощно, что я практически чувствовал его вкус. И всё же она смотрела на меня сквозь маску, одновременно вызывающе и неуверенно.

Я наклонил голову и поднял руку к её обнаженному плечу. Осторожно я провел пальцем по коже над её левой ключицей, после чего замер и переместился на другую сторону.

— Я знаю, что ты выбрала эту маску намеренно, Эмбер, — произнес я, позволяя своим пальцам лениво скользить по ткани на её груди. — Так что не заставляй меня просить дважды.