Лекарь из Пустоты. Книга 9 (СИ) - Майерс Александр - Страница 41

Честно говоря, я ощутил укол вины. Николь ждала этой поездки, да и я тоже, но обстоятельства не оставили выбора.

Мы попрощались, и маркиза в сопровождении Фабьена направилась к стойке оформления. Я проводил их взглядом, а затем снова поднёс телефон к уху.

— Шрам, я слушаю. Рассказывай.

— Кортеж князя атаковали на трассе между Новосибирском и Томском. Пушкарёв ехал туда по каким-то личным делам, без большой охраны. На пустынном участке трассы его магомобиль попал в засаду. Сработали профессионально, Юрий Дмитриевич. По предварительным данным, никто не выжил, — выложил Богдан.

— Твою мать, — процедил я сквозь зубы.

Вчера вечером этот человек просил меня беречь порядок в княжестве, рассказывал о заговоре против короны. А сегодня его уже нет. Совпадением тут и не пахло.

— Новость уже разлетелась по всей империи, — продолжал Шрам. — Новосибирские рода в шоке. Никто не ожидал, что кто-нибудь осмелится поднять руку на самого князя, пусть и уходящего. Обстановка в городе… напряжённая. Многие приводят гвардии в боевую готовность, полиция на каждом углу, имперские войска подняты по тревоге. Думаю, вам стоит вернуться.

— Буду сегодня же, — ответил я и направился к стойке.

Заговор, о котором меня предупреждали, перестал быть отвлечённой угрозой. Неизвестные враги нанесли первый удар.

Российская империя, город Новосибирск

Едва я переступил порог особняка, как Шрам встретил меня с новыми вестями, и они мне совсем не понравились.

— Кто-то уже запустил слух о том, кто убил князя, — мрачно сообщил он, протягивая планшет.

Я пробежался глазами по сводке и хмыкнул. Ну да, кто бы сомневался, что кандидаты сразу же используют трагедию в своих интересах.

В статье утверждалось, что Пушкарёв перед смертью склонялся к тому, чтобы публично поддержать графа Вяземского как своего преемника. Якобы граф Кутайсов понимал, что проигрывает гонку, и решился на отчаянный шаг.

Покушение совершено профессионально, «по-военному». Кортеж атаковали с применением новейших боевых артефактов, нападающие действовали мастерски и ушли, не оставив следов. А кто из кандидатов — боевой офицер с военными связями? Кутайсов. Связать одно с другим предлагалось самостоятельно.

Никаких доказательств, само собой, в материале не было. Журналисты ссылались на анонимные источники в полиции и среди слуг покойного Пушкарёва.

— Изящно, — пробормотал я, возвращая Шраму планшет.

Кто-то очень хотел, чтобы подозрение пало именно на Кутайсова. Того самого кандидата, которого Пушкарёв при личной встрече со мной называл лучшим. Человек, с которым заговорщикам было бы труднее всего иметь дело.

И вот теперь его пытались выбросить из гонки за титулом руками общественного мнения. Очень удобно. Не нужно даже доказательств — достаточно бросить тень, и репутация Кутайсова затрещит по швам.

— Передай Васе и Ефиму, пусть найдут источник. Я хочу знать, откуда ползут эти слухи, — велел я.

— Уже приказал, ваше сиятельство. Они говорят, что концы спрятаны хорошо, — ответил Богдан.

Не успел я толком обдумать ситуацию, как телефон снова ожил. На экране высветился незнакомый номер, но голос я узнал сразу.

— Здравствуйте, Юрий Дмитриевич, — сухо произнёс Воронцов.

— И вам не хворать, Юрий Михайлович. Вы сменили номер телефона?

— Меры предосторожности. Нам нужно встретиться. Срочно и без лишних глаз. Я пришлю адрес.

— Хорошо, — коротко ответил я, понимая, что это явно связано с происходящим.

Адрес, который скинул полковник, располагался на окраине одного из спальных районов Новосибирска. Старые двухэтажные дома, тихие дворы, никаких мест скопления людей. Я велел водителю остановить машину за пару кварталов и добрался до нужного дома пешком, попросив Шёпоту осмотреться.

Он никого не увидел, и я тоже. Но агенты СБИ наверняка были где-то рядом — я буквально кожей чувствовал, что за мной наблюдают.

Я вошёл в подъезд, поднялся на второй этаж и постучался в нужную дверь. Щёлкнул замок.

— Проходите, граф, — предложил Воронцов.

Квартира оказалась крошечной и состояла из тесной кухоньки, ещё более тесного санузла и единственной спальни. Из мебели здесь была только старая кровать и рассохшийся шкаф, который явно помнил прошлый век.

Юрий Михайлович задёрнул шторы и повернулся ко мне, скрестив руки на груди.

— Спасибо, что прибыли так быстро. Сразу предупреждаю: то, что я скажу, не должно покинуть этих стен.

— Конечно, полковник. Я весь во внимании, — ответил я.

Воронцов помолчал, а затем произнёс то, чего я никак не ожидал:

— Князь Пушкарёв жив.

— Что? — невольно вырвалось у меня.

— Богдан Романович жив и невредим, — спокойно повторил полковник. — Ситуация следующая: на него действительно готовилось покушение, но мы узнали о нём заранее. Заговорщики подошли слишком близко, и мы с Его Величеством приняли решение… подыграть.

— Интересное решение. Разве это хорошо для стабильности? Новосибирские дворяне уже шепчутся, что СБИ не может их защитить, — я не удержался от укола.

— Порой стабильностью приходится жертвовать, когда ведёшь охоту на крупного зверя, — нахмурившись, ответил Воронцов.

— И кто же этот крупный зверь?

— Проблема в том, что мы не знаем. Но надеемся, что этот трюк поможет взять след.

— Это как ловля на живца, только наоборот. Ловля на мертвеца, — хмыкнул я.

— Остроумно, — скривился полковник.

— То есть вся атака была имитацией?

— Да. В кортеже никого не было. Магомобиль ехал на автопилоте, а вместо князя в салоне находилась артефактная имитация его ауры. Достаточно убедительная, чтобы обмануть любого, кто станет проверять. Атака состоялась, князь погиб, заговорщики уверены, что кто-то их опередил и радуются. На самом деле не пострадал ни один человек.

— И теперь, когда Пушкарёв якобы мёртв, заговорщики перейдут к следующим шагам, — кивнул я.

— Именно.

— Но зачем им вообще убивать князя? Он ведь и так вот-вот покинул бы пост.

— Всё несколько сложнее, Юрий Дмитриевич. Речь идёт не только о Новосибирском княжестве. Пушкарёв, заняв должность в столице, стал бы курировать не только Новосибирск, но и все остальные регионы Сибири. А заговорщики по какой-то причине плетут свои интриги именно здесь, — ответил Воронцов.

— Что им вообще нужно?

— Я бы не мог ответить, даже если бы знал… Буду откровенен с вами, граф. Мы знаем о наличии заговора, в том числе благодаря вам. Но не знаем о его целях и о том, сколько людей в нём замешано.

— Погодите… Благодаря мне? — переспросил я.

— Да. Барон Маслов, который пытался пропихнуть эликсиры Чёрной касты в армию, и граф Белозёров, в чьём подвале этот самый эликсир изготовили… Мы задержали их благодаря вам, — пояснил полковник.

— То есть за всем стоит Чёрная каста?

— Они точно участвуют в заговоре. Но мы не можем сказать с уверенностью, что именно они его организовали. Быть может, есть человек, или группа людей, или спецслужба, которая использует касту как инструмент, — Юрий Михайлович хрипло вздохнул и потёр лоб. — Честно признаться, мы теряемся в догадках.

— Представляю. Тяжело бороться с заговором, когда даже не знаешь, чего хотят заговорщики, — посочувствовал я.

— Мы всё выясним. И я хочу попросить вас об услуге, Юрий Дмитриевич. Надеюсь, вы не откажете, ведь речь идёт о судьбе Новосибирского княжества, а значит, и вашего рода.

— Ну, при желании я мог бы перевезти свой род в столицу, а местный бизнес продать… — задумчиво проговорил я.

Глядя на то, как расширились глаза Воронцова, я еле сдержался от смеха и лишь улыбнулся:

— Шучу, Юрий Михайлович!

— Не время для шуток, — нахмурился он.

— Разрядить обстановку никогда не помешает. Так что вы от меня хотите?

— Среди кандидатов в князья есть люди, которые могут быть связаны с заговором. Прямо сейчас мы сможем наблюдать, кто из них и как воспользуется новостями о гибели князя.