Лекарь из Пустоты. Книга 9 (СИ) - Майерс Александр - Страница 39

— Спасибо, что ответили, Богдан Романович. Признаться, я во многом разделяю ваше мнение. Скажите, могу ли я чем-то помочь в борьбе с этим заговором? Если каста и впрямь замешана, у меня с ней есть свои счёты, и я готов…

— Нет! — резко перебил меня Пушкарёв, и в его голосе прозвучал металл. — Не вмешивайтесь, граф. Это дело СБИ и короны, они не хотят никого впутывать раньше, чем это может понадобиться.

Столь категоричный ответ слегка застал меня врасплох, но я не подал виду. Старый князь явно знал больше, чем говорил, и лучше было ему довериться. Пускай спецслужбы ведут свою игру, а у меня и правда своих дел хватает, чтобы ещё разбираться с политическим заговором.

— Тогда спрошу ещё раз: зачем вы мне всё это рассказываете? Я могу быть как-то полезен княжеству? — спросил я.

— Конечно, можете. Просто помогите сохранить порядок в княжестве, этого будет более чем достаточно. Выборы — самое опасное время. Когда власть шатается, всякая мразь поднимает голову. Сделайте так, чтобы ваши союзники не наделали глупостей, чтобы малые рода не передрались и гонка прошла без крови.

— Можете положиться на меня, ваша светлость, — кивнул я.

— И ещё — внимательно следите за кандидатами. Я не стану никого дискредитировать без веских доказательств, но нельзя исключать, что кто-то из них связан с заговором. А может быть, даже кто-то из великих князей, — добавил князь.

Я медленно кивнул. Просьба была разумной, и она удивительным образом совпадала с моими собственными интересами. Беречь покой княжества означало беречь и собственный дом.

— Даю вам слово, Богдан Романович. Я сделаю всё от меня зависящее, чтобы сохранить порядок в Новосибирске.

— Большего я и не прошу, — князь тепло улыбнулся и по-отечески похлопал меня по плечу. — А теперь, пожалуй, можно и поужинать, что скажете? На голодный желудок непросто переваривать государственные тайны.

Я улыбнулся в ответ, но внутри по-прежнему было холодно.

Теперь понятно, зачем вообще император решил организовать эти выборы. Он знает о заговоре и подозревает, что в нём замешан кто-то из великих князей, а может, даже кто-то в СБИ. Он намеренно организовал в Новосибирске площадку, где спровоцировал врагов государства на действия и тем самым получил шанс их вычислить.

Очень дальновидный ход. Остаётся надеется, что Его Величество и Служба безопасности империи знают, что делают, потому что иначе Новосибирск может превратиться в поле боя…

Австрия, город Вена

Клаус Вебер не привык проигрывать, и потому новость, которую он получил утром, привела его в ярость.

Он сидел в полумраке съёмной квартиры на окраине Вены — одной из конспиративных точек, о которых не знало даже его начальство в АУГР. На столе перед Клаусом лежал телефон, а на экране светилось сообщение от человека из Рима.

Информатор сообщал, что заметил за собой слежку — ненавязчивую, профессиональную. Свои подозрения он решил проверить, и убедился в них. Кто-то наводил о нём справки через итальянскую полицию и преступных посредников.

Это могло означать только одно. После того, как римские карабинеры по просьбе герцога Каттенео накрыли «Консуленца Бьянки», кто-то продолжил разрабатывать цепочку. И раз добрались до информатора — значит, могли добраться и самого Вебера.

— Проклятье, — процедил австриец сквозь зубы.

Он не сомневался, чьих это рук дело. Клеменс Мюллер, за которым маячила фигура графа Сереброва. Формально агентство Мюллера независимо и выполняет заказы для разных дворянских родов. Но Вебер был опытным контрразведчиком и понимал, что это лишь прикрытие. Клеменс работал на Сереброва, никаких сомнений.

Вебер достаточно знал об этом человеке, чтобы понимать: если за делом стоит Мюллер, то его стоит опасаться. Он ветеран немецкой королевской гвардии и работать умеет.

— Всё-таки ты оказался хорош, ублюдок, признаю, — пробурчал Клаус, отбрасывая телефон.

Он несколько раз глубоко вздохнул, заставляя себя успокоиться. Гнев — плохой советчик. Надо охладить пыл, признать поражение и действовать соответствующе.

Сначала — обрубить концы.

Вебер взял другой телефон, одноразовый, и набрал короткое сообщение информатору. Контакт прекращается, никаких больше встреч, никаких передач, заляг на дно и забудь, что когда-либо сотрудничал со мной.

После этого он отправил такое же сообщение Стефану Конти, а затем приказал другому своему агенту в Риме устранить Конти. Пусть с посредником произойдёт несчастный случай.

Отправив сообщения, Клаус уничтожил сим-карту и откинулся на спинку кресла, глядя в потолок.

Но одного лишь обрубания концов мало. Мюллер уже что-то знает, и пока он жив, то продолжит копать.

Полумеры здесь не помогут. Пора действовать радикально. Если убрать Мюллера, то расследование прекратится, а граф Серебров останется без глаз и ушей в Европе.

Иногда грубая сила решает то, чего не решить хитростью.

— Что ж, герр Мюллер. Отдаю вам должное. Вы заставили меня взяться за вас со всей серьёзностью, — тихо произнёс Клаус.

Но обычное заказное убийство — это будет слишком просто. Надо придумать, как ликвидировать Клеменса так, чтобы нанести Сереброву как можно более болезненный удар.

Торопиться некуда. Главное, что решение принято, а это значит, Мюллеру не жить…

Российская империя, город Новосибирск

Машина катила по утренним улицам к портальному комплексу, а я смотрел в окно, прокручивая в голове очередной доклад Клеменса.

Теперь сомнений почти не осталось. Против меня и моих партнёров действует Клаус Вебер. Цепочка посредников и информаторов, которую раскрыл Мюллер, привела точно к нему. Всё сошлось так чисто, что и придраться не к чему.

Вот только главный вопрос остался без ответа. Зачем агент АУГР это делает?

Вариантов было как минимум несколько.

Первый — Вебер действует сам, из личной мести. Тогда в Милане он меня арестовал и обвинял в убийстве, но оказался унижен Мюллером и Службой безопасности империи. Вполне возможно, агент затаил злобу и хотел со мной рассчитаться.

Он показался мне человеком весьма горделивым. Уязвлённое самолюбие — сильный мотив для подобных личностей.

Но шпионаж за моими европейскими поставками плохо вязался с простой местью. Если Вебер хотел отплатить за своё унижение, то зачем ему раскапывать детали о моих делах и партнёрах? Чтобы попытаться обрушить бизнес? В целом, логично, но как-то слишком сложно для мести.

Второй вариант — под меня копает сама АУГР, австрийская спецслужба. Я слишком быстро влез на европейский рынок, потеснил местных игроков, завязал крепкое сотрудничество с Каттанео, де Мариньи и немецкими дворянами. Не говоря уж о том, что из-за вражды со мной погиб фон Хаммерстайн, подданный Австрии.

Кому-то наверху это могло не понравиться. Может, кто-то из влиятельных европейских дворян обратил на меня внимание, а может, и сама австрийская корона — я бы не исключал этот вариант. Тогда Вебер, получается, действует в рамках закона и выполняет волю своего правителя.

Был и третий вариант, самый неприятный. Вебер работает на Чёрную касту. Основания так полагать имелись — обвиняя меня в убийстве Генриха, Клаус основывался на доказательствах, которые ему прислала Чёрная каста.

А может, все три варианта верны. Вебер мстит, выполняет приказ АУГР и служит касте — одно другому не мешает.

Ответа пока что не было. И, судя по последнему докладу Клеменса, в ближайшее время не предвидится — Вебер затаился.

Но затишье не могло меня обмануть. Скорее наоборот, оно настораживало. Такой человек, как Клаус, не отступает просто так, он перегруппировывается. Стоит ждать удара.

И вот тут имелась любопытная возможность: любой ход Вебера неизбежно приоткроет завесу над его истинными намерениями. Когда он атакует — станет понятно, чего он добивается.

Иногда выгоднее дать врагу напасть, чем гадать о его планах.