Сценарий сериала. Как написать историю, достойную Нетфликса - Ландау Нил - Страница 25

Использование в сценарии сюрпризов, сомнений и смены точек зрения одновременно заставляет нас теряться в догадках и открывает дверь для нашей веры.

Пограничные миры в «Человеке в высоком замке»

В «Человеке в высоком замке» разные места действия существуют еще до того, как персонажи начинают приближаться к альтернативным реальностям. Сериал, основанный на антиутопическом романе Филипа К. Дика, был адаптирован для Amazon Фрэнком Спотницем («Секретные материалы», «Медичи»). Его нынешний шоураннер — Эрик Овермайер («Босх», «Прослушка»). В альтернативной истории «Человека в высоком замке» союзники проиграли войну странам Оси, которые сбросили атомную бомбу на Вашингтон, округ Колумбия. Нью-Йорк и Восточное побережье оказались во власти Великого Нацистского Рейха; Западное побережье стало частью Японских Тихоокеанских Штатов с японским правительством в Сан-Франциско. Середина осталась Нейтральной Зоной. Остальной мир поделен между нацистами и Японией, но две «господствующие расы» балансируют на грани войны из-за стремления к превосходству. Существование каждого человека жестко контролируется, вплоть до того, какая музыка разрешена для прослушивания, и все живут под постоянной угрозой казни за несоблюдение правил (а иногда даже за соблюдение). Неудивительно, что многие желают сбежать.

Японский министр торговли Тагоми (Кэри-Хироюки Тагава), добрый пацифист, глубоко обеспокоен тем, что его тайный план примирения не сработал, и начинает медитировать при поддержке своего ассистента Котомичи (Арнольд Чун). Тагоми сильно скучает по покойной жене и мечтает о лучшем мире. Глубоко погрузившись в медитацию в конце первого сезона, Тагоми открывает глаза в месте, которое кажется другим Сан-Франциско — другой реальностью, где США победили. Тагоми это снится? Он нашел портал? Он обладает суперсилой? Это потрясающий клиффхэнгер[45] сезона, с ноткой магии. Тагоми в ужасе узнает, какой ценой в этой реальности союзникам далась победа: Хиросима и Нагасаки. Он узнает, что в этом мире его альтер-эго — простой неудачник (которого, по совпадению, нигде не могут найти). Семья презирает его, хочет, чтобы он ушел, но этот Тагоми находит способ преодолеть отчуждение. Живя в американском обществе, он начинает понимать красоту и возможность существования в качестве как американца, так и японца. Но когда Тагоми видит ужасающие кадры испытаний американской водородной бомбы и узнает о чудом миновавшей угрозе Карибского кризиса, то воспринимает их как знак того, что стоит снова попытаться принести мир в его собственную реальность. Вернувшись, он узнает, что Котомичи тоже способен путешествовать между реальностями. Котомичи избежал трагедии в Нагасаки, когда начал медитировать, покрытый ожогами, стремясь к своей семье, погибшей в атомном взрыве. Позже он очутился в реальности, в которой Япония выиграла войну, а его семья жива и здорова. Тагоми не единственный, кто способен путешествовать между мирами, и похоже, что ключ к порталу между реальностями — надежда и медитация.

Разными реальностями можно объяснить и изображения в загадочных фильмах, снятых самим «человеком в высоком замке», Готорном Абендсеном (Стивен Рут). В конце второго сезона Абендсен даже переносит главную героиню Джулиану Крейн (Алекса Давалос) в альтернативную реальность, где жива ее покойная сестра Труди (Конор Лесли). Мы все еще узнаем правила и угадываем загадки этой мультивселенной, но опыт Тагоми и Котомичи показывает, что в обоих альтернативных реальностях есть оттенки серого. Здесь есть над чем подумать сценаристу. Можно дать аудитории выбор и дать ей самой решить. Сериал настолько точен, что, учитывая нынешнюю политику США и проблемы по всему миру, мы не можем не задумываться: смогли бы мы жить в альтернативной вселенной? Каковы бы ни были правила нашего мира, ключом к нему также является надежда.

Бонусы

Дальнейший анализ магического реализма, включая сериалы «Атланта», «Мужчина ищет женщину», «В лучшем мире», «Игра престолов» и «Молодой папа», а также мой взгляд на «Невротического супергероя» можно найти на www.routledge.com/cw/landau/.

Смотрите также:

«Звездный путь: Открытие» от CBS All Access (от Брайана Фуллера и Алекса Куртцмана) и «Рик и Морти» от Adult Swim (от Дэна Хармона и Джастина Ройланда). Рик и Морти — это мультсериал, представляющий собой отчасти дисфункциональную острую семейную комедию, а отчасти межгалактическое мультивселенское космическое приключение, плюс много выпивки и отрыжки. Как объясняет юный Морти (озвученный Ройландом) в первом сезоне своей старшей сестре, только что узнавшей, что она родилась незапланированной и, возможно, стоила счастья ее родителям: «Никто не существует специально. Никому и нигде не место. Все умрут. Пойдем смотреть телевизор?» Это пост-постмодернистская телевизионная комедия, и, по словам Троя Паттерсона, своевременное шоу для американского апокалипсиса[46].

Процитированные эпизоды:

«Международный убийца», «Оставленные», сценарий Дэймона Линделофа и Ника Кьюза; White Rabbit Productions/Film 44/Warner Bros; Television/HBO Entertainment.

«Верный», «Рассказ служанки», сценарий Дороти Фортенберри; MGM Television/Hulu.

«День рождения», «Рассказ служанки», сценарий Брюса Миллера; MGM Television/Hulu.

5. Катализаторы истории: необычные выборы, развивающие сюжет

Мы также часто говорим о том, что нужно посеять семена, которые прорастут по ходу сезона, зная, что смотреть будут подряд. Нам нравится прятать пасхалки и позволять людям их находить. Дженджи Коэн, сценаристка, автор, шоураннер сериалов «Оранжевый — новый черный», «Дурман»

Делая выбор в качестве создателей телесериала, мы должны отдавать предпочтение вариантам, дающим нам больше истории. Иногда придуманная сюжетная линия кажется интересной, ее может хватить на несколько серий, но стоит ее закончить, и она оказывается неудачной или мы заходим в тупик. Даже если мы знаем, что на какое-то время это может быть хорошей историей, нам нужно выбрать вариант, способный вывести нас на путь, который может продолжаться, возможно, бесконечно. В нашем сериале очень важно выбрать те сюжеты, которые дают персонажам цели, формируют арки и место, где они могут развиваться и расти как люди. Одна из наших основных задач в качестве телевизионных рассказчиков — создать сериал, способный выдержать длительное время. Чем больше сезонов сериал может сохранять качество, тем более ценной собственностью студии и сети он становится.

Как поддерживать несколько сезонов сериала, не повторяясь? Эта стратегия начинается на ранней стадии процесса, еще в пилотном эпизоде. Даже при написании по заданию большинство сетей и студий сейчас требуют нечто большее, нежели просто пилотный сценарий. Им часто требуется библия сериала, объясняющая, куда сериал пойдет в следующих сезонах, персонаж за персонажем, а также то, как история будет расширяться и развиваться. Многие сети теперь также хотят второй эпизод — это может быть вторая серия, а может и пятая. Руководители хотят увидеть, как будут развиваться персонажи и сериал, когда все будет готово (см. главу 12).

Неизбежно, но не предсказуемо

Точку зрения могут проиллюстрировать несколько сильных телесериалов, но давайте начнем с прекрасного кинопримера: «День сурка». Это фильм о Филе (Билл Мюррей), застрявшем в одном и том же дне. Каждый день он просыпается и снова и снова переживает один и тот же день. Злая ирония фильма, ставшего культовой классикой (и бродвейским мюзиклом) в том, что, ежедневно просыпаясь, Фил воспринимает мир по-новому. Каждый день приходится чему-то учиться, и, хотя день повторяется, он состоит из разных проб и ошибок. Герой встречает одних и тех же людей, но он учится вести себя согласно ситуации. В итоге мы видим персонажа, который, да, заперт в одном и том же дне — и, в силу предпосылки, это фильм о повторении, — но он не становится унылым или чрезмерным, потому что персонаж растет и развивается. Фил начинает как мизантроп; он угрюмый, эгоистичный, незрелый плейбой, и все должно вращаться вокруг него. По ходу фильма он проходит экзистенциальное перерождение Помимо прочего, он понимает, что может учиться и расти; ему не нужно раз за разом повторять те же ошибки. Он учится на них, движется вперед и стирает историю — многие из нас хотели бы того же. Я сам множество раз хотел перемотать и переписать историю, когда я с чем-то не справился, провалил тест или сказал то, что не должен был.