Сценарий сериала. Как написать историю, достойную Нетфликса - Ландау Нил - Страница 24

Портал не один. Помимо большого скользкого портала в лаборатории Хокинса есть портал, ненадолго открытый на стене дома Джойс, и еще один в основании дерева в лесу, который открывается и закрывается по желанию. Сам монстр, безволосое, кричащее бесформенное существо с лицом, которое открывается, словно бутон, когда существо ест. Он страшнее, чем зомби, поскольку быстро движется и выглядит как человек с содранной кожей. В финале первого сезона существо уничтожает Одиннадцать (Милли Бобби Браун), одну из лабораторных подопытных детей. Одиннадцать обладает психокинетическими силами и любит вафли Eggo, а возвращение Уилла восстанавливает в идиллическом Хокинсе относительное спокойствие... но, возможно, этот бескожий монстр был не один? Также загадочно исчезает рыжеволосая школьная недотрога Барб (Шэннон Персер), которую, возможно, похитило еще более зловещее создание, так и не показавшееся на глаза. Только что Барб вышла из дома во время вечеринки и присела у бассейна в лунном свете, а в следующий миг мы слышим ужасное рычание, и она исчезает.

«Очень странные дела» — привлекательная смесь ужасов, саспенса и возрастной драмы со здоровой дозой юмора и ностальгии. Но успех сериала связан с химией между детьми, которую поддерживает объединяющая тема честности и верности друзей, что бы ни случилось. Именно Одиннадцать напоминает мальчикам о важности их связи. Она говорит короткую, но полную смысла фразу: «Друзья не лгут». Страх и трепет не сыграл бы такой роли без этой связи, а еще без способности сообщества и семьи вместе преодолеть кризис. Эмоции снова становятся ключом. Мы понимаем Джойс, потерявшую сына, и осознаем, насколько она в отчаянии, если поверила, что сверхъестественные силы помогут его найти. Когда она вешает на стене рождественскую гирлянду с приклеенными к ней буквами в надежде связаться с сыном, все вокруг считают ее сумасшедшей — но не мы. Поиск Уилла — движущая сила всего сезона. А сопутствующие эмоциональные ставки поддерживают напряжение и щекочут нервы. Кто бы мог подумать, что за ожившим ночным кошмаром может быть так занятно наблюдать?

Структурно «Очень странные дела» пользуются стратегией «Челюстей». Больше всего напряжения приносит не то, что мы видим, а то, чего мы ожидаем и боимся. После первого нападения акулы в «Челюстях» (кстати, мы не видим саму акулу, только побоище) история замедляется и указывает нам путь, прежде чем снова набрать скорость. У «Очень странных дел» тот же подход. Скорость жизненно важна для нарративного привода истории и его временного периода. Дафферы привязали дизайн и выбор музыки к началу 1980-х. Насколько хорош телефон на стене, с его витым проводом и ограниченным радиусом? Если вы слишком молоды, чтобы помнить 1983-й, темп жизни был намного медленнее. Чтобы набрать номер на телефоне, могла понадобиться целая минута, особенно если он содержал цифры 0 или 9, а если вы ждали звонка (как Джойс на протяжении сериала), вам нужно было буквально сидеть у телефона и ждать, когда он зазвонит. Не было компьютеров, электронной почты, текстовых сообщений, голосовой почты, социальных сетей. Для тех из нас, кто помнит эти времена, недостаток личных технологических устройств в «Очень странных делах» был целую жизнь назад.

Братья Дафферы не отчаялись, когда их сериал (первоначально названный «Монтаук» и с действием там же) отклонили 15 сетей. Они продолжали его предлагать, поскольку знали, что создали нечто особенное. Наконец Netflix дал им шанс. Порталы и монстры никогда не выходят из моды, поскольку они добавляют глубины и неожиданности обыденному. «Очень странные дела» — это чистый эскапизм, захватывающая поездка, поскольку он играет на ощущении невинности. В отличие от реалистичных ужасов или антиутопических сериалов вроде «Рассказа служанки» и «Черного зеркала», мы содрогаемся во время страшных сцен, но на самом деле «Очень странные дела» не затрагивают наш мир. Сеттинг 1980-х создает безопасный пункт наблюдения — с расстояния. Некоторые сериалы слишком реальны, чтобы расслабиться и наслаждаться. «Очень странные дела» захватывают дух, наполняют детским удивлением. Мы смеемся, мы прячем глаза и с нетерпением ждем продолжения.

Сюрпризы и смена точки зрения: «ОА»

Сверхъестественная драма «ОА» — мастер-класс по неожиданностям, она заставляет нас угадывать, и ее первый сезон щедро сдобрен моментами чистого удивления. Этот сериал полон больших экзистенциальных и метафизических идей, рассказанных в виде уютной истории у костра. «ОА» — странный и сюрреалистичный сериал, но его тон легок и прост, напоминая больше мотивы «Оставленных», чем хитрое, часто смешное испытание страхом в «Очень странных делах». Вот несколько моих выводов из сериала, по большей части без спойлеров:

— Рассказывайте историю так, как хотите. У «ОА» настоящий литературный подход к повествованию, одна серия может продолжаться 71 минуту, а другая — 31, подобно главам в книге. Пользуясь свободой сценария на онлайн-платформе, соавтор/сценарист/режиссер Зал Батманглидж объясняет, что он вместе с соавтором/актрисой/давней союзницей Брит Марлинг действительно хотели построить «ОА» как роман и что он должен быть трансформативным опытом на 8 серий[44]. Мы не только восхищенно смотрим; мы волнуемся: медленное развитие означает, что драгоценное время позволяет погрузиться в истории главных персонажей и почувствовать связь с ними.

Ненадежный рассказчик: Нина/Прейри (Марлинг) до своего исчезновения на семь лет была слепа; вернувшись к семье, она может видеть и представляется не дочерью, которую они знали прежде, а просто ОА (позже мы узнаем, что это значит «Оригинальный Ангел»). В ее истории, которую она сначала рассказывает четверым непохожим друг на друга подросткам и их учителю, фигурируют порталы и мультивселенные; скептику трудно в это поверить. Возможно, поэтому она не сразу открывается кому-то помимо этих пятерых? В истории фигурирует травма, и мы сочувствуем и сострадаем. Но в воспоминаниях ОА свою роль может играть и ПТСР: иногда она сомневается даже в себе, думая, не могла ли она выдумать Гомера (Эмори Коэн) — любимого компаньона — во время своего отсутствия. Выдумала ли она всю эту историю как способ пережить травмирующие события или... это правда?

Связь с разными точками зрения. Большинство сцен показано глазами главной героини ОА, но точка зрения движется между ней и другими главными персонажами. Мы как аудитория ассоциируем себя с уникальным опытом персонажа, и это зачастую впечатляет. Свою роль здесь играет эмпатия. Например, мы сочувствуем тем пятерым, которым ОА доверяет свою историю, — одинокой учительнице Бетти Бродерик-Аллен/ББА (в исполнении Филлис Смит из «Офиса», также озвучившей роль Печали в «Головоломке»); злому и подавленному подростку Стиву (Патрик Гибсон), трансгендерному подростку Баку/Мишель (Иэн Александр), отец которого отказывается его понять; Френчу (Брендон Переа), которому приходится заботиться о семье из-за пьющей матери; и Джесси (Брендан Мейер), попросту сироте. Видя мир их глазами, мы против своей воли чувствуем их боль, общее недоверие, а еще удивляемся их храбрости.

Доводите до предела, но только тогда, когда это кажется органичным. В сериале есть несколько сцен, которые неприятно смотреть и которые заставят поморщиться, в том числе несколько случаев физической, психической и эмоциональной боли или опасности. Нас подталкивают к краю, но не за него; сценаристы провоцируют, но держатся в рамках, избегая слишком необоснованных или далеко заходящих сцен. Они понимают, что аудитория должна следовать за историей, а не отключаться от момента, который кажется натянутым или постановочным.

Неотвратимый конец. Сейчас самый неоднозначный аспект «ОА» — его финал. Критики и публика или любят его, или ненавидят. Некоторым нравится его неоднозначность. Другие остались чесать в затылке, в раздражении из-за того, что, как они считали, было надуманным, незаслуженным, разочаровывающим разрешением. Учитывая долгий путь к этому заключению, всегда трудно удовлетворить ожидания зрителя и справиться с ними. В экосистеме стриминговых сервисов зритель проявляет чувство собственности в отношении любимых сериалов; это подобно долгосрочным отношениям. Даже если мы влюблены, наши партнеры могут разочаровать нас, но этот холодок может также оживить отношения. Вокруг сериала идут яростные споры, совпал ли он с духом времени и создает ли шум. На мой взгляд, финал породил плодотворную всеобъемлющую беседу у кулера — и неоднозначность вылилась в подготовке второго сезона «ОА», в котором Марлинг и Батманглидж пообещали ответить на многие вопросы. Не переключайтесь...