Ну какой же ты мерзавец! (СИ) - Арская Арина - Страница 79

— А как интересно?

— Дожить до старости, — решительно смотрю в удивлённое лицо. — Второй развод меня не устроит, Максим. Ты на мне женишься раз и навсегда. В этом и смысл, мой дорогой. Я не размениваюсь на что-то временно

Максим опять тяжело вздыхает, опять притягивает к себе и смотрит на Барю, которая в собачьем отчаянии поскуливает на уток, а они эту глупую собаку игнорируют

— Я тебя услышал, Даша, — говорит Максим. — А теперь ты услышь меня

Я напрягаюсь сильнее

— Ты можешь сейчас расслабиться? Выдохни ты, наконец, и просто расслабься, а то… замуж не возьму

И мне приходится подчиниться. Я ведь тоже должна сейчас пойти на компромисс, чтобы Максим не психанул и не оттолкнул меня

Выдыхаю. Всё напряжение, которое я носила в спине, в челюсти, в вечно поджатых губах, вдруг ломается, как ледяная корка, и отходит от меня кусками

Мои плечи опускаются, грудная клетка расширяется от полноценного, глубокого выдоха

— Ну вот, — шепчет он мне в макушку. — Не так уж и страшно, да?…

Мой нос утыкается ему в шею, и пахнет от него кожей, табаком и немного псиной. И этот запах согревает меня

Тепло разливается по моему телу, и я закрываю глаза. Чёрт возьми. Я на несколько секунд перестала быть Соколовой Дарьей

Сейчас я — просто женщина, которую обнимает просто мужчина

— Думаю, у нас есть шанс, Волчица, — шепчет Максим.

Глава 90. Маленькие радости

— Гена, боже ты мой… какой ты красавчик, — в диком восторге шепчет Василий Романович, позволяя обвивать свою шею и грудь кольцами. Пробегает пальцами по шкуре. — Ты же меня можешь взять и задушить, а я ничего не смогу сделать

Бедная Людмила Ивановна от слов мужа бледнеет, в ужасе смотрит на меня и шепчет:

— Это какой-то ужас, Вика

— Не слушай, — хмыкает Василий Романович, — она просто ничего не понимает, Гена

— Надо признать, — Демьян удивлённо наблюдает за отцом моего покойного мужа, — с Геной ещё никто так много не разговаривал

— Я у него заметил шрамы на пузе, — Василий Романович оглядывается. — И у него пасть немного деформирована

— Шрамы из старой жизни, — Демьян пожимает плечами

— Его что ли кто-то обижал? — у Людмилы Ивановны исчезает из голоса отвращение и страх, и я слышу чистое материнское беспокойство

А после она перебарывает свой страх и делает шаг к мужу. Гена медленно разворачивает к ней свою морду и выпускает быстрый тонкий язык. Людмила Ивановна замирает и не моргает, прижав руки к груди

— Это он тебя так обнюхивает, — Василий Романович мягко улыбается

— Гена, ну что же ты такой страшный, — печально шепчет Людмила Ивановна, — ну… хоть бы лапки какие-нибудь отрастил… или шёрстку… был бы собачкой. Гена, ой, кошмар какой…

Людмила Ивановна отворачивается и зажмуривается. Демьян едва сдерживает смех, потому что я тайком щипаю его и напоминаю, что нужно уважительно относиться к фобиям пожилых женщин

Людмила Ивановна делает вдох и выдох, передёргивает плечами и вновь смотрит на Демьяна

— А может, Гене невесту подыскать?

Демьян от неожиданности кашляет, забывает, что вот несколько секунд назад хотел смеяться

— Невесту? — сипло переспрашивает Демьян

— Ему же, наверное, одиноко без невесты, — Людмила Ивановна кивает и мило улыбается, — найти бы ему такую же страшную невесту, да? — теперь смотрит на меня. — Гена был бы рад какой-нибудь Жоржетте

— Почему Жоржетте? — Демьян опять теряет невозмутимость

— Красивое змеиное имя, — Людмила Ивановна оглядывается на мужа, — верно, Гена?

Гена в ответ вновь высовывает язык и будто соглашается

***

— Тебе идёт, — заявляет Алёнка, глядя на бритого наголо Бориса

Он печально вздыхает

Агрессивная химия дала о себе знать. Волосы полезли клочками, и было принято решение убрать их

— Хочешь, я тоже за компанию побреюсь, — с азартом шепчет Алёнка. — Я всегда хотела…

— Я тебе дам! — рявкает Демьян. — Побреется она!

Протискивается между дочерью и Борей к раковине, забирает машинку для стрижки волос и строго смотрит на Алёнку:

— Обалдела совсем

— Мне бы пошло! — Алёнка шутливо надувает губы

— Даже в страшном сне мне такое не приснится, — отвечает Демьян и выходит из ванной комнаты, наматывая на машинку длинный шнур. — А пороть уже поздно

— Она же пошутила, — выглядываю из ванной комнаты

— Ты её плохо знаешь, — Демьян оборачивается. — Сначала она шутки шутит

— Волосы не зубы, папа, — тянет с лёгкой издёвкой Алёнка и, пока я отвлеклась, тайком целует Бориса в губы. — Ладно, будешь ты только у нас красавчиком ходить

****

— Как замечательно, — кривит губы Марина, мама Демьяна, и смотрит на молчаливого Аркадия, — тебя Даша на свадьбу со своим нищим музыкантом пригласила, а меня нет?

От послушницы ничего не осталось

В кресле с высокой спинкой сидит пожилая леди в элегантном платье из бежевой шерсти. Этот изысканный и высокомерный образ дополняет скромный, но редкий розовый жемчуг в ушах и на шее

— Вы с ней никогда друг друга не любили, — Аркадий хмыкает

— Я к ней как к дочери относилась, — шепчет Марина, и в уголках глаз собираются слёзы обиды. Она смотрит на Демьяна. — И вот чем мне отплатили

— А я-то тут при чём? — Демьян вскидывает бровь и приобнимает меня. — Я за Дашу не в ответе. Меня тоже не пригласили

— А ты хотел? — удивляюсь я

— Нет

— А я бы хотела, — тихо признаюсь я

— Зачем?

— Я хочу посмотреть, что там за мужчина такой, — честно отвечаю я, — что покорил твою бывшую жену

— Вот папа тебе потом всё расскажет, — Демьян кивает на отца, который внимательно изучает приглашение из белого картона с золотыми буквами

— Милый, ты уже не в том возрасте, чтобы… — ласково начинает Марина

— Вот теперь ты сиди и жди меня, — Аркадий прячет приглашение во внутренний карман пиджака, — вернусь я из Санкт-Петербурга или нет. Может, я там присмотрю себе уютный дом престарелых с красивыми старушками

Марина распахивает глаза, в шоке приоткрывает рот и шумно выдыхает, а после оскорблённо встаёт и шагает прочь. Вытирает уголком платка слёзы

— Я зря к тебе вернулась

— В монастыре-то уже никто тебя не ждёт, Мариша, — усмехается ей вслед высокомерный Аркадий. — Иди готовь мне ванну и свои умелые ручки. Не забывай, для чего ты тут, раз выгнала всех моих сиделок!

— Ты отвратителен! — повышает голос Марина и торопливо выходит из гостиной

Аркадий расплывается в улыбке. В его жизнь вернулись старые игры с женой, которая играет для него оскорблённую жертву

— Мы же не будем такими? — с опаской спрашиваю я Демьяна

— Мы уже не такие, — он прижимает меня к себе крепче и целует в макушку. — Мы будем совсем другими дураками

— Какие вы сладкие, аж фу, — Аркадий поднимается на ноги и ковыляет к дверям гостиной, — после вас и мои зубные протезы все кариесом покроются.

Глава 91. О счастье

— Что это вы такое вкусное едите? — в глубокую миску заглядывает любопытная Алёнка

А у меня там солёный арахис с хлопьями чили. Остренько

— Попробуй

Протягиваю миску

Алёнка отправляет в рот арахис, задумчиво жуёт его и шепчет:

— Вкусно

— Мне тоже нравится

— Но кое-чего не хватает, — говорит она и решительно шагает к холодильнику

Достаёт лимон. Подбрасывает и ловит его с улыбкой. Через несколько секунд она выдавливает в мой арахис лимонный сок и тщательно перемешивает ложкой. Даёт попробовать мне несколько орешков арахиса, и я шепчу:

— Так вкуснее

Вкус взрывается на языке: к привычной сытной маслянистости и соли внезапно добавляется резкая, бодрящая кислинка лимона. А следом накатывает мягкое, согревающее тепло перца чили

— Я знаю толк в арахисе