Ну какой же ты мерзавец! (СИ) - Арская Арина - Страница 78

Она на новом выдохе прижимает к моей груди ладонь, и моё сердце отзывается. Пробивает такой сильный удар, будто хочет пробить кости и мышцы и коснуться руки Вики

Чтобы сейчас не упасть, чтобы не рухнуть на пол от слабости, я сгребаю Вику в охапку. Хватаюсь за нее как утопающий

И целую

Вдыхаю её выдох, и он заполняет мою грудь глубокой и острой нежностью к к той, о которой мечтал годами, но не признавал ей

Я не смогу жить без неё

Могу существовать. Могу познать отстранённое спокойствие и принятие, но разве это жизнь для такого, как я?

Вика с отчаянным всхлипом отвечает мне на поцелуй. Её губы под моими — солёные от слёз, тёплые, живые. Я чувствую каждый миллиметр, каждый вздох, каждый всхлип, который она проглатывает, отвечая на поцелуй

Я целую её, чтобы доказать самому себе: она жива. Она здесь. Она со мной. Она — моя. Сейчас она полностью моя

Моя хватка становится почти болезненной. Я притягиваю её к себе, сжимаю в объятиях так крепко, будто хочу вплавить в свою грудную клетку, будто хочу, чтобы она стала частью меня

Я хочу больше. Мне мало. Мне всегда будет мало

Она отстраняется на долю мгновения, чтобы вдохнуть, и я вижу её глаза — влажные, блестящие в полумраке, полные такого отчаяния и такой любви, что у меня перехватывает дыхание

— Не отпускай, — шепчет она. — Пожалуйста, только не отпускай

Я не отвечаю. Я просто падаю на колени, увлекая её за собой. Мы опускаемся на ковёр. Я не замечаю ничего, кроме тяжести её тела, которое ложится на меня, кроме её губ на моих губах

Я не думаю о том, чтобы подняться наверх, в спальню. Это слишком далеко. Я не могу. Я не хочу тратить лишнее время

Она тоже не хочет. Я помогаю ей снять эту дурацкую шифоновую блузку, а после и остальное

Мои руки блуждают по её спине, по изгибу талии, по тонкой шее. Я пьян от неё. От запаха её волос, от тепла её кожи, от того, как она выгибается под моими ладонями

Она медленно, успокаивающе гладит меня по спине, и напряжение уходит из моего тела. Мои мышцы, которые были сжаты и напряжены годами,расслабляются под её пальцами. Я таю. Я растворяюсь в ней

Переворачиваю ее на спину

— Я люблю тебя, — вырывается из меня. — Всегда любил. Даже когда ненавидел

Она смотрит на меня снизу вверх, и в её взгляде я вижу принятие. Она принимает меня таким. Со всей моей тьмой, со всей болью, с моими острыми краями. С моим безумием

Я наклоняюсь к ней, целую её шею, ключицу. Моя, Господи, она — моя… Через столько лет…

Мои руки находят её пальцы, переплетаются с ними. Я прижимаю её ладони к ковру над её головой, нависая над ней. Моя грудь касается её груди, и я чувствую каждый удар её сердца. Оно бьётся в такт моему

Сплетаемся в один медленный поток нежности и отчаяния. Где заканчивается удар моего сердца начинается, её сердцебиение

Волна за волной накрывает меня, как моё тело сводит судорогами, как я растворяюсь в ней, теряя себя, находя себя

Мы падаем

Я утыкаюсь лицом в её плечо, вдыхая запах её кожи. Моя рука всё ещё лежит на её талии, притягивая к себе, и я чувствую, как она гладит меня по голове, перебирая мои волосы

Я не помню, когда в последний раз чувствовал себя таким лёгким. Таким живым

Я открываю глаза и смотрю на неё, а она на меня. Влажные ресницы, на слегка припухшие от поцелуев губы, расширенные зрачки. Она прекрасна. Она моя

Я прижимаю её к себе ещё крепче. Внутри разрывается что-то чёрное, липкое, что жило там годами. Я освобождаюсь от чёрной тени тоски по моей любимой девочке Горошкиной

— Я тут подумала… — шепчет она в мою грудь. — Гена сейчас видит твою голую задницу

Я смеюсь. И я никогда так легко и беззаботно не смеялся. Целую её хаотично в макушку, висок, щёки и глаза

Моя. Моя. Моя. Моя. Моя!

Она тоже смеётся, и всё же накрывает мою пятую точку своей блузкой, но она соскальзывает, и Вика опять смеётся, запрокинув голову

А я любуюсь

Теперь я знаю, что такое счастье.

Глава 89. Волчица и пёс

* Даша *

— Ты должен взять меня замуж, — безапелляционно заявляю я

Мы сидим с ним на скамье у небольшого паркового пруда. Небо низкое, серое и совершенно безрадостное

Баря на берегу внимательно смотрит на уток, которые неторопливо рассекают зловещую гладь

Максим вздыхает:

— Прям должен?

Смотрю на его умиротворенный профиль и начинаю закипать. Его расслабленная рука лежит на спинке скамьи, а взгляд устремлён вперёд

— Я для этого сюда и приехала, — тихо говорю я и прищуриваюсь, — и тебе, знаешь ли, повезло, — выдерживаю паузу, — я красивая

Максим кивает. Не спорит

— Я богатая, — продолжаю я, — успешная…

Передёргиваю плечами под прохладным потоком ветра. На мне лишь тоненький пиджачок

Никак не привыкну к этой промозглой погоде

Максим снимает свою кожаную куртку и непринуждённо накидывает мне на плечи. Я замираю

Он поправляет отвороты и наши взгляды встречаются. Я сглатываю, и мне больше не холодно. Мне жарко. Моя кожа впитывает тепло куртки и будто тает

— Мне не нужна твоя куртка, — отвечаю грубо. — Забери

— Мне даже страшно подумать, какой женой ты будешь, — Максим игнорирует мой приказ и вновь закидывает руку на спинку скамьи позади меня

Смотрит на Барю

— Я буду отличной женой, — зло обещаю я. — Слушай, я выгодная партия, Максим. Оплачу учёбу твоей дочке, открою, блин, новый приют для твоих тупых собак и кошек

Максим прищуривается, отчего его профиль становится на секунду напряжённым и мрачным

Он выдыхает и ничего не говорит. Видимо, я опять его разозлила. Боже мой! Да куча мужиков была бы согласна быть моими мужьями!

— Макс, — цежу я сквозь зубы, — я тебя выбрала…

— Какая же ты дурная, — Максим тихо шепчет, а затем одной рукой сгребает меня в охапку и прижимает к себе

Я хочу вырваться

Я пришла не обниматься, а серьёзно поговорить! Но Максим меня не отпускает, и прижимает к себе крепче

— Успокойся, — командует он. — Расслабься. Что ты дикая-то такая?! Не женщина, а какая-то… волчица

Он всматривается в мои глаза, и я застываю в его руках. Дышу шумно через нос, готовая в любой момент опять начать борьбу

— Тише, — Максим касается моей щеки пальцами

— Не трогай меня

— Какая ты интересная, — он улыбается уголками губ, — замуж за меня хочешь, но трогать тебя нельзя

— Нельзя

— Можно, — не соглашается Максим, и его пальцы пробегают по линии моей челюсти, — ты и правда красивая, Даша

Я вздрагиваю, на меня обрушивается новая волна жара, как в юности, когда Максим проходил мимо меня и совсем не знал о моём существовании

А сейчас он говорит, что я красивая, а его теплые сухие пальцы поглаживают мою шею

Девочка-подросток во мне сейчас дышать не может

— И да, ты успешная и богатая, — Максим вздыхает, — ты хищница, Даша, волчица, а я… пёс. Ты это понимаешь? Пёс, Даша. Добрый, дружелюбный пёс, и я не смогу быть волком

Я наконец делаю судорожный вдох

Он отказывается от меня? Отвергает? Становится горько во рту, по рукам проходит мелкая противная дрожь, ком в горле встаёт

— Разве может быть пёс с красивой и дикой волчицей?

— Но…

— Ты ведь меня сожрёшь, Даша, — пальцы Максима поднимают обратно к моей челюсти, — ничего не оставишь. И… самое страшное, я хочу этого, пусть я и знаю, что после тебя от меня ничего не останется

— Вот какой ты меня видишь? Чудовищем? — мои глаза начинают жечь слёзы

— Я тебя разочарую, — Максим хмурится, — и ты мне за это отомстишь

— А ты меня не понял, Максим, — я подаюсь к нему и наши лица так близко, что кончики носов почти соприкасаются, — у меня другие планы

Я вижу, как зрачки Максима расширяются. Чувствую на моих губах его прерывистое дыхание

— Я выйду замуж за тебя и мы проживём долгую жизнь, — перехожу на зловещий шёпот. — Сожрать тебя, Максим, это… слишком просто и неинтересно