На эту и на ту набью тебе тату. Том 4 (СИ) - Алмазов Игорь - Страница 28

— Постараюсь, — ответил я.

— Вот именно это меня и пугает, — хмыкнул Валера. — «Постараюсь». Ты хоть Шута слушайся, он у тебя самый разумный в доме.

Мы пожали руки, и Валера ушёл в поезд.

Мне же предстоял ещё один турнир, на этот раз по фехтованию. Но перед этим надо было заехать домой за экипировкой.

И возле моего подъезда случилось дежавю. Меня поджидал чёрный автомобиль. Такая же картина была несколько месяцев назад…

Верещагин. Он приехал лично, и выглядел не на шутку встревоженным.

— Артём, всё гораздо хуже, чем вы думаете, — проговорил он. — Я попал…

Самое время сказать «А я предупреждал!»

Глава 13

И пусть в моих поступках не было логики, Я не умею жить по-другому

Верещагин выглядел просто ужасно. Куда делся весь его лоск, вся напыщенность? Мятая рубашка, трёхдневная щетина, тёмные круги под глазами. Да, он явно переживал не лучшие свои деньки.

— И что это должно значить, Аристарх Павлович? — спросил я.

— Не здесь, — он нервно оглянулся. — Давайте поднимемся к вам домой? Умоляю, всего на пять минут!

Я вздохнул. Обдумал все риски и решил, что если что, я с ним справлюсь. И мы поднялись ко мне.

Шут недовольно зашипел на Верещагина и скрылся в комнате. Кот всегда чуял чужаков лучше меня. А мы прошли на кухню, где Верещагин достал из-за пазухи какой-то свёрток. И развернул его трясущимися руками.

Игла. Там лежала старинная игла с тёмной рукоятью. Я увидел гравировку, точно как на монокле.

— Вот, — выдохнул он. — Я украл её у них и сбежал. И теперь мне самому грозит опасность.

Я не спешил прикасаться к артефакту. Внимательно посмотрел на Верещагина.

— Почему я должен вам верить? — прямо спросил я. — Вы уже предавали моё доверие. И не раз.

Он опустил глаза и некоторое время молчал. Пальцы его нервно теребили край свёртка.

— Вы правы, — наконец сказал он. — Я думал, что нужен им. Что моё место среди наследников. Но они просто использовали меня, чтобы завладеть артефактом. Чтобы у них появился хотя бы один Осколок. Использовали мои деньги и связи…

Точно так же, как собирался использовать Верещагина и Ильдар Тагирович. Да, незавидная у него судьба. Пешка, которую передают из рук в руки.

— Что произошло? — спросил я.

— Я подслушал их разговор, — отозвался Верещагин. — Они говорили о том, что хотят собрать все Осколки и подчинить себе людей. Мастеров, носителей, всех, кто связан с артефактами. Заставить весь мир играть по их правилам. С нужными начертаниями… Не только на коже, как вы, но и на бумаге, дереве, пластике… Они смогут влиять на весь мир!

Он говорил всё быстрее, захлёбываясь словами.

— И вы сбежали? — спросил я.

— Я прихватил Иглу и поехал якобы к себе, — отозвался Верещагин. — У меня достаточно денег, чтобы организовать охрану особняка… Я подумал… Но решил всё рассказать вам. А если бы я позвал вас к себе, вы бы точно не согласились. Пришлось рисковать.

Логично. Осторожность у него всё-таки осталась.

— Почему ко мне? — спросил я.

— А к кому ещё? — он горько усмехнулся. — В полицию? К Хранителю? Я пришёл к вам не как к должнику, Артём Сергеевич. Я пришёл к единственному человеку, который никогда не хотел власти. Вы просто работали и помогали людям. Я понял это слишком поздно. Иглу надо было отдать вам с самого начала.

Красивые слова. Но словам я давно не верил. В этой игре мне врали все.

Я коснулся броши в кармане и активировал «Анализ слабых звеньев». Посмотрел на Верещагина через монокль.

Увидел страх. Застарелый стыд. И чистое намерение, без второго дна. Он действительно хотел помочь и искупить свою вину.

Я взял Иглу в руки.

Она оказалась тяжелее, чем выглядела. На ощупь была странно холодной. Будто её достали из погреба, а не из-за пазухи.

И в тот же миг перед глазами развернулось сообщение от Системы.

«Обнаружен новый артефакт „Игла Расплетающая“».

«Проведена привязка к носителю».

«Открыто свойство: „Расплетение“. Игла способна разрушать начертания. Прикосновение к начертанию расплетает его нити, и свойство сходит на нет. Внимание: процесс необратим. Внимание: грубое расплетение наносит урон носителю начертания».

«Открыто дополнительное свойство: „Коррекция“. При достаточном мастерстве Игла позволяет расплетать начертание частично. Ослаблять, изменять, снимать искажённые свойства без вреда для носителя. Требуемый ранг: Мастер. Текущий ранг: недостаточен».

«Доступно объединение: Монокль + Игла. Монокль показывает структуру начертания, Игла работает с ней. Совместное использование повышает точность Расплетения».

Я медленно выдохнул.

Вот оно что. Игла была не просто оружием.

В руках мастера Игла становилась инструментом исправления. Ей можно было снять неудачное начертание. Освободить человека от чужой воли.

Например, от воли Перстня.

Но ранг у меня всё ещё был недостаточно высокий…

— Что с вами? — спросил Верещагин.

— Всё в порядке, — ответил я и снял монокль. — Вы правы, артефакт настоящий. И это может изменить всё. Мой Монокль продолжает быть главным Артефактом, и остальные осколки подчиняются ему. Если вы отдаёте Иглу мне, я становлюсь ещё большей целью для всех.

— Понимаю, — кивнул Верещагин. — Но вы единственный, кто сможет их остановить. Я хочу быть на вашей стороне. Я понял, что это единственно верное решение.

Но доверять ему я, разумеется, не спешил. И так он много дел наворотил…

— Что теперь? — спросил он. — Что будете делать?

— Пока турнир по фехтованию у меня, — хмыкнул я. — Завтра. Пока все стороны заняты поиском остальных осколков. Они знают, что Иглу похитили вы?

— Два и два сложат, — ответил Верещагин. — Больше было некому.

— А вы попробуйте сделать так, чтобы на вас это не повесили, — сказал я. — Нам пригодятся уши среди Наследников. Попробуйте свалить всё на кого-то ещё.

Верещагин уставился на меня. В глазах его мелькнул неподдельный ужас.

— Вы предлагаете мне оставаться в их рядах шпионом? — переспросил он. — Это же опасно!

— Если вы и правда хотите встать на мою сторону, это ваш шанс доказать верность, — пожал я плечами. — Или же справляйтесь сами. Я запросто могу сдать вас и Наследникам, и Хранителю.

Делать этого я не собирался, но Аристарху знать об этом ни к чему. Поверить не могу, что у моего учителя вообще может быть такой дальний родственник!

Верещагин помолчал. Взвешивал, прикидывал, боролся с собой.

— Хорошо, — сказал он наконец. — Я сделаю так, как вы говорите. Мне там не сильно доверяют, но я постараюсь. Может, подкуплю пару человек из гражданских…

— Ну и хорошо, — кивнул я. — Надо придумать, как держать связь.

Для этой цели пришлось обзавестись «одноразовым» телефоном для Верещагина, чтобы он писал мне СМС. Удобнее, чем в моём мире, где таких способов связи отродясь не было. Там весточку неделями ждали с голубем или гонцом.

И Аристарх Павлович уехал назад к Наследникам, оставив Иглу у меня. Не знаю, получится ли у него повесить её пропажу на кого-то другого. Но теперь у меня было четыре Осколка из семи, если считать Зерцало Валеры.

Один враг стал союзником. Посмотрим, надолго ли.

* * *

Утром в воскресенье я отправился на турнир. Новых сообщений от Верещагина не было, и я сделал вывод, что пока его не заподозрили.

Турнир по фехтованию проходил в спортивном комплексе на Соколовой горе. Это был просторный зал, с большой площадкой для поединков.

Роман встретил меня у входа.

— Ну что, Артём, — ухмыльнулся он. — Покажешь класс?

— Сейчас узнаем, — ответил я.

Я переоделся и размялся. Сейчас временно на второй план уходили все проблемы. Верещагин, Игла, Осколки, Цех… Только фехтование. Только клинок и противник напротив.

Первый бой у меня был с молодым парнем. Он был быстрым и резко атаковал без отдыха. С такими я справлялся легко. Просчитал его темп и сделал выпад до его очередной атаки. Короткий укол и чистая победа.