Журналистика, магия и заговор (СИ) - Высотин Владимир - Страница 19

Лида хмыкнула, перемотала назад, поставила на паузу. Закрытые глаза. Нажала Play, и через секунду глаза и рот фрески открылись. Чёрные зрачки в синих радужках, взгляд прямо в камеру. Она остановила запись, посмотрела на Олега, помолчала.

— Это всё... — он развёл руками. — Больше нет...

Артём помолчал, кивнул, бросил взгляд на сестру.

Лида открыла на смартфоне ссылку на гугл-доки с расследования, показала Олегу. На экране таблица: строки, суммы, фамилии, акты приёмки, скриншоты. Всё, что прежде показывала Самохвалову. Олег изучил, брови поползли вверх, рот приоткрылся.

— Не удивляйся, это уже зачистили, но масштаб видишь. Последствия на моём примере представляешь. Можешь не помогать, я не обижусь.

— Я в деле, — без паузы ответил парень. — С того момента, когда они посмели напасть на тебя.

Олег встал, стул скрипнул.

— Позвоните, когда буду нужен. Мне домой надо, сегодня на ужин дядя придёт, постараюсь у него что-нибудь узнать!

— Даже не вздумай. Веди себя как обычно, не подставляйся! Если спросят, ты ничего не знаешь. Мы давно не общаемся. Понял?

— Конечно... Лида, я же знаю...

— Пиши не мне. В этот мессенджер, на номер звони только в крайних случаях.

Олег кивнул, быстро собрал вещи и пошёл. Из коридора донёсся голос Эльвиры Марковны: «Олежка, чай не допили! Пирожков завернуть? Заверну, не спорь...» Дверь тихо хлопнула.

Лида сидела на диване. На стуле у двери осталась чашка Олега — полная, нетронутая. Она посмотрела на неё, протянула руку, взяла, подержала и поставила обратно. Потом ещё минуту смотрела в окно, встала и вышла.

Через пять минут Лида вернулась без макияжа — чёрные штаны карго из плащёвки, белая приталенная водолазка. Приставила стул к шкафу брата, порылась на верхних полках. Достала потёртую чёрную кожанку с капюшоном, затем страйкбольные перчатки, последней вытащила грязно-зелёную балаклаву.

Артём выключил компьютер, встал.

— Я с тобой. И это не обсуждается.

Лида натянула перчатки, накинула куртку и пошла в коридор.

Глава 8: Беседы с немыми

Ротонда стояла в ста метрах от дома Лиды.

Восемь бетонных колонн держали круглую крышу. Над ротондой реял новый, яркий красный флаг. Яркий цвет развевающегося полотна контрастировал с выцветшими синими граффити и листовками на колоннах. Политическая реклама была содрана наполовину: жёлтые клочья плакатов «Свободы», синие куски «Единства». С одной колонны смотрел мэр без нижней половины лица.

Между ротондой и синим двухэтажным домом стояли ржавые качели и бетонный пьедестал. Крупные объёмные буквы на постаменте гласили: «Медикам и учителям от советского народа». Статуи не было. Только две пары бетонных ног по щиколотку и рыжая арматура торчала из обломков.

Лида прохаживалась у пьедестала. Большая чёрная кожанка застёгнута до конца, капюшон откинут. Балаклава торчала из кармана.

Журналистка читала на телефоне сообщение от супервайзера Дмитрия. С фейкового аккаунта он подтвердил, что во многих фирмах из схемы коррупции работают одни люди. А ещё сообщил, что 40% акций холдинга «Загорск Онлайн» владеет личный фонд Колесникова Д. Г. и он же является неформальным директором многих фирм в ЖКХ.

Артём стоял у крайней колонны, слушал пост-рок и переписывался.

Лида дочитала сообщения и методично начала обзванивать номера местных такси. Первая служба оказалась не той. Вторая и третья фирмы вели с разных номеров на один таксопарк. В четвёртой организации оператор попросила подождать.

Журналистка опустила телефон. Посмотрела на арматуру из пьедестала.

— Соседи и мама пятый год пишут просьбы восстановить. Мэрия обещала.

Артём не повернулся, но бросил в ответ:

— Переобещать обещанное?

— Я снимала здесь репортаж. Единственная ротонда в городе.

— Репортаж красивый был. — Артём посмотрел на ржавые качели, затем на остатки статуи. — Лида Черных возложила гвоздики к...

Лида резко обернулась.

— Хватит, не дави. — В эту секунду кнопочный телефон ожил, журналистка поднесла его к уху. — Нашли серый «Форд Фокус»? Оформите заказ, я оплачу и водителю на чай тысячу дам. Да, номер Е83. Там я паспорт забыла на прошлой неделе. Скоро подъедет? Спасибо!

Серый «Форд» въехал во двор через семь минут. Встал под фонарём. Водитель вышел: худой мужчина лет сорока, округлое лицо, тёмная куртка, джинсы с пятном на колене. Потёр глаза и моргнул.

— Паспорта нет. Смотрел под сиденьями. Ничего...

— Знаю, — сказала Лида подходя к автомобилю. — Шестнадцатого октября, восемнадцать часов двадцать пять минут. Улица Школьная, дом пять. Вас вызвали двое.

Водитель посмотрел мимо Лиды и зевнул.

— Что? Это... больше недели прошло? Я по сорок поездок каждый вечер делаю...

— Один высокий, почти метр восемьдесят пять. От него пахло перцем. Второй пониже, примерно как вы. Оба в рабочих серых куртках из плащевки. Чёрные маски на лицах.

Водитель махнул рукой и шагнул к машине.

— Некогда. Отвлекаете от работы. Я думал, правда паспорт...

Брат и сестра подбежали к автомобилю, открыли заднюю дверь и сели одновременно с мужчиной. Водитель обернулся, заводя автомобиль.

— Ну чего ещё? Меня заказы ждут...

Артём достал тысячу рублей и сунул мужчине, садясь на заднее сиденье.

— Вот. Помогай, давай!

Водитель посмотрел на купюру, пожал плечами, поворчал и кивнул.

Лида села и осмотрелась в салоне. Под зеркалом на нитке висела выцветшая картонная ёлочка. На панели термос в подстаканнике, крышка примотана изолентой. Между сиденьем водителя и дверью: два квитка за ЖКХ и сложенный лист с заголовком «График погашения ипотеки».

— Куда едем? — не оборачиваясь спросил водитель.

— Сначала расскажите о них, — сказала Лида. — Куда они поехали? Тот крупный, воняющий перцем? Он избил журналистку за расследование коррупции в ЖКХ!

Водитель не ответил, тронулся и выехал из двора.

Машина проехала квартал. Водитель молчал свернул — и за окном медленно поплыло длинное двухэтажное здание синего цвета. Массивный забор: кирпичные столбы, двухметровые железные прутья и колючая проволока поверх. Над крыльцом горела яркая вывеска «Водоканал».

За прутьями во дворике несколько человек сидели на скамейках. Курили и переговаривались. Куртки у всех одинаковые: карман на каждом рукаве, два на груди. Одинаковый крой и серый цвет. За спиной у людей висел огромный банер с эмблемой: белый щит, чёрный сокол над фиолетовой змеёй.

Лида смотрела в окно, стиснув зубы.

— Вот этот двор, рядом с водоканалом, — сказал водитель, паркуясь в старом дворике с деревянными двухэтажными домиками. — Высадил их вон у тех баков. Помню, они просили у мусорки остановить...

— Видеорегистратор у вас есть? — спросила Лида.

— Циклическая запись. Восемь часов и конец. Нету там ничего.

Артём коротко кивнул сестре, не глядя на водителя.

— Вы же их вспомнили? — Лида улыбнулась и прищурилась. — Понимаете, мы ведём расследование. Горячей воды нет второй месяц, а тарифы выросли. У вас, наверное, тоже так?

— Ну, мы в новостройках на Емлено живём, там водоснабжение по другой нитке идёт, и горячую летом только на две недели отключали. — Мужчина нахмурился и глянул на бардачок. — Но квитанцию за двушку принесли на одиннадцать тысяч! А ведь ещё за ипотеку двадцатку отдавать.

— Ну вот, помогите нам с расследованием. Это в общих интересах!

— Ничего у вас не выйдет, и мне проблемы не нужны. Пусть полиция занимается.

— Ещё тысячу сверху? — предложила Лида.

— Ничего я не знаю. — Водитель цыкнул и заворчал под нос.

Лида откинулась назад. Голос стал тише и ровнее:

— Завтра у меня допрос у следователя. Скажу, что ваша машина помогла нападавшим уехать. Номер и марку назову.

Водитель заворчал громче. Девушка разобрала что-то про «вот пристала», «с общиной лучше не связываться» и много едва слышного мата. Мужчина обернулся.