Очень приятно, Царь! Блюдо четвертое (СИ) - Бергер Евгений - Страница 31

— Как вам будет угодно, Госпожа. Только вот… мне не даёт покоя один вопрос.

— Почему старая алкашиха типа меня пошла в ресторанные критики?

— Не сочтите за дискриминацию, но почему вы не зашли в ресторан в своём человеческом обличии?

— Во-первых, я вчера пила с подругами ром. Много рома! В общем-то, я до сих пор немного в роуминге. Я была очень злая и… если честно — хотела в пух и прах разнести ваш ресторан. Но тут пришёл ты. Рыцарь в сияющих доспехах! От тебя исходит невероятное тепло. Светлая энергетика! Я сразу же прониклась. А ещё ты пообещал угостить меня опохмелом. Это был грязный трюк по отношению ко мне! Ты нагло меня подкупил… Одним жестом расположил к себе. Во-вторых, я предпочитаю сперва делать облёт над заведением. Ну и немного понаблюдать с ближайших деревьев. Мне очень важно, как в заведении встречают гостей. Я потому и не скрываюсь, когда бронирую столик. Вся необходимая информация всё равно всплывёт. Для моей профессии очень удобно быть алконостом.

— Кстати, я так и не понял — что вы такое?

— Я что-то типа оборотня, который может контролировать свою трансформацию. Такой ответ тебя устроит?

— Вполне!

— Отлично. В общем, давай неси оставшиеся блюда и рислинг. И очень прошу! Дерек… Рислинг должен быть прохладным. У тебя получится?

— Конечно!

— Супер. Тогда жду. — Аля вытащила блокнотик и принялась что-то записывать.

Вот это я, конечно, дурак. Вообще-то, можно было сразу догадаться, что это тот самый критик. Заказала Цезарь. Говорила про всякие ресторанные штучки. Ещё и зовут — Аля.

Хотя, насчёт последнего сомнительно. Алей раньше звали Повелительницу Тьмы. Это сокращённо от имени Алина.

Да и сам факт того, что передо мной изначально была сова — сильно сбивал с толку.

— Клара! Мне нужно сто пятьдесят рислинга охлаждённого! Получится?

— Не вопрос. — староста вновь зарядила в шейкер лёд: — Что это за импозантная девушка, которая радостно улыбается тебе?

— Местный ресторанный критик. Я планировал срубить её своей харизмой.

— Судя по её довольной улыбке — у тебя получилось.

— Пока не уверен. Надо дожимать до конца!

Конечно же, охлажденный рислинг, Том-Ям, салат Цезарь и нежнейшее филе утки смогли удовлетворить аппетит Алисии. Её кожа постепенно опять приняла здоровый оттенок. А в глазах заискрились игривые огоньки.

— Как же им с тобой повезло. — вздохнула Аля и вложила в коробку для чаевых сто рублей: — Никогда раньше не оставляла… Считала это глупостью. Но ты меня поразил.

— О… Не стоит! Мне неловко.

— Таково моё желание, Дерек. А желание гостя — закон. — девушка-сова вытащила из кармана визитку и протянула мне: — Если будут проблемы с работой, в чём я сомневаюсь — обращайся!

— Благодарю. — я внимательно посмотрел на миниатюрную карточку.

«Ресторан „Совиная почта“. Менеджер Алиса. 8–800–555−35–35» — гласила надпись каллиграфическим почерком.

— А почему тут Алиса? — поинтересовался я.

— Потому что, так меня зовут на самом деле. Алисия — это мой рабочий псевдоним. В «Совиной почте» работают только райские птицы. Но для тебя девочки точно сделают исключение! К тому же, мы давно разыскиваем хостов и офиков мужского пола. Только вот, все, кто приходят на собеседование… какие-то фальшивые. Аж трясет…

— Простите, но я был офиком только для вас. На самом деле я повар.

— ЧТО⁈ — Аля тут же схватилась за голову: — Нет… Нет-нет-нет! Такая милая моська и на кухне⁈ Нет, Дерек! Ты так элегантно передвигаешься по залу. Так внимательно смотришь… Из тебя буквально струится забота о гостях! Такое нельзя прятать на кухне! Значит так. Ты говоришь мне свой адрес! Я завтра приду, и мы будем разговаривать. Я сейчас пока не в состоянии сделать толковое коммерческое предложение…

— Простите, но завтра я уезжаю.

— Куда⁈

— Обратно в Харитоновку. — пожав плечами, ответил я.

— В… Харитоновку? — бедная девушка-сова опять побледнела.

— Я студент. Понимаете? А этот ресторан — моё финальное задание в отборочном туре.

— Так ты… один из тех гениев, что займут кулинарный Олимп? — обречённо вздохнула Аля: — Это катастрофа. Ты разбил мне сердце!

— Но почему?

— Потому что, дал мне ложную надежду… — Аля отрицательно покачала головой: — А знаешь, что, парень? Принеси-ка мне виски!

— Я готов выполнить любой ваш каприз. Какой именно виски вы желаете? Купажированный или односолодовый? С долгой дубовой выдержкой? Высокогорный, равнинный или торфяной?

— Негодяй… Вот ты реально злодей! Погоди секунду… — Аля вытащила модный коммуникатор со стразами и приложила к уху: — Привет. Чем занимаешься? А… Супер! Прикатывай в «Тётеньку-Котеньку». Да, зай! Я хочу тебе, кое-кого показать. Но учти — тебе будет больно. Но… Впрочем, приезжай! Тут здорово! — с этими словами девушка-сова деловито спрятала аппарат обратно в карман фиолетового пиджака: — Скажи, до скольки я могу тут сидеть?

— До самого закрытия, Госпожа! Но хочу предупредить, что ваш столик рассчитан максимум на пять персон.

— Отлично! Я определилась с виски. «МакКалан». Двенадцать лет. Сорок… А, знаешь… Давай сразу соточку!

— Сейчас всё сделаю, Госпожа.

Пока я ходил за виски, Аля успела сделать ещё несколько звонков. И моё «паучье чутье» опять подсказывало, что вечер перестаёт быть томным…

Глава 12

— Ваш виски, Госпожа! — элегантным движением руки, я поставил стакан перед Алей.

— Благодарю. — девушка-сова внимательно осмотрела меня, а затем, как будто хотела что-то сказать, но резко передумала.

— Может быть, я могу ещё чем-то помочь?

— Конечно, можешь! Ведь на сегодня ты мой официант. — заключила Аля и задумчиво взглянула в окно: — Знаешь… Наше поварское ремесло очень сильно романтизируют последние несколько лет. Появилось слишком много фильмов и сериалов, где юные дарования обретают смысл жизни в готовке. Но лично я считаю это фарсом. Вот! Посмотри. — девушка-сова засучила рукав фиолетового пиджака. На предплечье красовался вытянутый поперечный шрам.

Не будь я поваром со стажем, то незамедлительно бы подумал о том, что Аля пыталась свести счёты с жизнью. Однако, это не порез. Типичный ожог для большинства кулинаров. Так сказать: профессиональная деформация… тела.

— Похмелье. Шрамы от ожогов… Легкая контузия от удара о стекло. Сдаётся мне, что райские птицы не обладают волшебными силами. — улыбнулся я.

— Но-но! Мне больше семисот лет, четыреста из которых я отдала готовке! И магия тут не причём… Я просто знаю мир кулинарии от и до. А шрамы — доказательство того, через что я прошла.

— Ничего себе. Четыреста лет? Да вы настоящий ветеран. Так, к чему вы про романтизацию нашей профессии?

— Я всё ещё чувствую горечь своего поражения. Идеал! Настоящий Аполлон среди официантов… А в итоге, оказался студентом Харитоновки. Я буду откровенной…

— Даже так? Ну… Что ж, я не против.

— Так вот, я хочу тебя завербовать. И я брошу все свои силы, чтобы после выпуска ты работал у меня. — Аля сказала, как отрезала, а затем с очень большим подозрением перевела взгляд на меня: — Однако… один вопрос касательно тебя, серьёзно мучает меня. Прям-таки терзает мою душу! Проклятое поварское любопытство… Иногда я очень его ненавижу.

— Поверьте — я вас прекрасно понимаю. И готов удовлетворить ваше любопытство.

— М-м-м… Ты не похож на типичного аристо. Ох… Простите! Аристократа. Постоянно забываю, что для вас это слово является оскорблением. Так вот, ты… выглядишь очень благородно. Черты лица. Светлые волосы. Глаза, в которых хочется утонуть… Ой, последнее было лишнее. Прости, девичье лезет наружу после виски.

— Но вы не сделали ни единого глотка.

— Негодяй. Всё-то ты видишь!

— Это моя работа.

— Нет-нет… Я о том, что ты очень наблюдательный и внимательно следишь за гостем. От этого мне ещё больнее! — Аля сжала кулак и слегка ударила по столу: — Так вот, при всём своём благородии, ты… очень теплый и простой. Видно, что ты получаешь удовольствие от работы. И мне искренне интересно, что тобою движет?