Вечно голодный студент 9 (СИ) - Ибрагим Нариман Ерболулы "RedDetonator" - Страница 67

— Слушай, у меня тут появилась одна идея… — произнёс я, проглотив кусок печени. — А не провернуть ли нам приём, как с галаго?

— Что ты имеешь в виду? — уточнил Зулус.

— Может, передадим мясо бегемота в дар гусарам? — предложил я. — Нам не очень выгодно терпеть всю эту хуйню с их стороны — пока ты на одной ноге, это создаст мне кучу неудобств. Ты от них не уйдёшь и они, в конце концов, доебут тебя.

— Думаешь, сработает? — спросил он.

Он тоже понимает, что гусары не оставят всё это просто так. Они, я в этом не сомневаюсь, уже планируют новую военную кампанию, но теперь уже против нас двоих.

Я-то, до сегодняшнего дня, не учитывался их генштабом, но сегодня они получили бесценные разведданные о наших боевых возможностях, и на этих разведданных им можно и нужно выработать меры противодействия.

— С галаго сработало, — ответил я, пожав плечами. — Они тоже пару-тройку раз наломились на меня, я дал им пизды, а потом помог замочить леопарда. Потом я дал им рыбу, а они поделились со мной мясом леопарда. И в самом конце, перед отплытием, подарил им здоровенную рыбину, просто так. В общем, установлено, что они способны испытывать благодарность, а это значит, что с ними можно наладить контакт. А вот гусары… Ну, мы можем проверить.

— Сомнительно… — произнёс Зулус.

— Что мы теряем-то? — спросил я. — Короче, завтра пойдём по их следам и попробуем найти их постоянную базу. Кстати! Волчью яму ты вырыл нахрена?

— Я понял, что ты собираешься устроить мне какое-то «веселье», потому что мы слишком долго шли спокойно, — ответил он. — Но бегемота… Студик, ты просто ебанутый…

— Но ты ведь справился! — возразил я. — А это значит, что я в тебе не ошибся — подтверждено успехом в прокачке. Ничего, скоро мы закончим это африканское турне — раньше, чем я ожидал.

*ЦАР, префектура Верхнее Котто, в лесу, у квартир лейб-гвардейского гусарского полка, 27 ноября 2028 года*

— Эй, служивые!!! — крикнул я и опустил клетчатые сумки на землю.

Из-за полноценной стены, огораживающей лагерь гусар, высунулись головы дозорных, которые сразу же начали тревожно орать.

— Успокойтесь!!! — призвал я их. — Мы пришли с миром! Вот, теперь это ваше! До встречи!

Раскрываю все клетчатые сумки, Зулус делает так же, а затем мы уходим.

Уходим мы недалеко — всего на пятьсот метров, на заранее подготовленный наблюдательный пункт.

— Мне кажется, что мы просто дали им подкрепиться, чтобы были силы для дальнейшего преследования, — произнёс Зулус.

— Тише ты… — пшикнув, ответил я ему. — Наблюдаем…

Гусары не решались выйти около десяти минут, но затем они выслали разведывательный разъезд, который осторожно приблизился к клетчатым сумкам, тщательно осмотрел его со всех сторон, а затем медленно приблизился к нему.

Командир разъезда дал приказ одному из подчинённых, и тот полез в сумку. Он вытащил кусок бегемотьего мяса и продемонстрировал его своему командиру.

Тот, как я понимаю, взял его в руки, принюхался к нему, а затем велел своему подчинённому осмотреть остальные сумки.

Когда им стало ясно, что в сумках только мясо, командир разъезда окликнул остальных и через стену перелез целый эскадрон гусар — они начали вытаскивать мясо из сумок и уносить их на базу.

Прошло минут пять, а на площадке перед стеной остались лежать лишь пустые клетчатые сумки. А вот из-за стены до нас начали долетать восторженные выкрики торжествующих гусар.

— Что думаешь? — спросил Зулус.

— Ничего не думаю, — ответил я. — Ждём.

Если логика галаго не чужда гусарам, то они могут принести ответные дары — это будет значить, что наши разногласия разрешены и больше нас преследовать не будут.

Всё-таки, они же знают, что это они первыми наломились на Зулуса, поэтому он лишь реализовал своё право на самооборону.

Примерно сорок минут не происходило абсолютно ничего, а затем через стену перебрался крупный гусар, вооружённый копьём который подошёл к клетчатым сумкам и начал голосить, размахивая оружием.

— Похоже, что он зовёт нас, — сказал я. — Идём — поболтаем с ним…

Глава двадцать пятая

Мартышкин труд

*ЦАР, префектура Верхнее Котто, в лесу, квартиры лейб-гвардейского гусарского полка, 27 ноября 2028 года*

Залезаю на бревенчатую стену и рассматриваю место жительства гусар.

То, что я увидел, сильно удивило меня, так как гусары продемонстрировали уровень: стеной огорожено не какое-то условное пространство, на котором прозябают дикие обезьяны, а нечто продуманное, с отдельными зданиями и даже расчищенной и утоптанной площадкой в центре.

«Похоже на плац, но, скорее всего, это место для собраний — даже так, это свидетельство высокого развития этих макак», — подумал я.

Также я увидел целый ряд из десятка деревянных клеток, в которых, по некоторым косвенным признакам, кто-то обитал. А в последней клетке кто-то до сих пор обитает — какой-то КДшник, вернее, КДшница.

Судя по ЭМ-силуэту, это средненькая КДшница, где-то в районе 70-го или даже 80-го левела. Она неопрятна, наверняка, от неё жутко воняет, но это простительно, так как видно, что она обитает в этой клетке очень давно.

Гусары собрались на площади и начали рассматривать нас с Зулусом неопределёнными взглядами, без агрессии — похоже, что правила игры с галаго распространяются и на мартышек-гусар…

— Что от нас требуется? — тихо спросил меня Зулус.

— Ты так спрашиваешь, будто у меня это не впервые, — так же тихо ответил я ему. — Я не знаю — для меня это уникальный опыт. Но посмотри в последнюю клетку — там находится какая-то баба.

Рассматриваю её внимательнее, она обращает на меня внимание и сразу же начинает махать руками, жестами показывая, что нам надо бежать.

Проходящий мимо гусар стукнул по клетке копьём и КДшница сразу же села обратно на землю.

К нам вышел гусар с седой шерстью, но не хилый по старческим причинам, а полный сил и, как я понял по его ЭМ-силуэту, сильнейший в своём племени.

Он принял из лап подскочившего мелкого гусара дощечку, на которую намазали мокрую глину, и вытащил из кожаного мешочка на поясе стилус.

— Нихуя себе, блядь… — произнёс я.

Подойдя к нам, старый гусар положил дощечку на землю и начал рисовать: он нарисовал две фигуры, которые изображают, как я понимаю, меня с Зулусом, у которого нет части левой ноги, а также группу из десятка фигур, изображающих гусар с копьями. Продемонстрировав нам результат своего творчества, он продолжил рисовать.

— Что это значит? — спросил озадаченный Зулус.

— Я думаю, он хочет показать, что нас тут всего двое, а их много, — высказал я своё предположение.

— Агрессия? — предположил мой протеже.

— Не думаю, — покачав головой, ответил я. — Скорее всего, он хочет начать наш диалог с позиции силы — типа, имейте, блядь, в виду, что нас много, а вас всего двое…

Дожидаюсь, пока он дорисует вторую часть сообщения, и внимательно рассматриваю рисунок.

На рисунке изображены мы с Зулусом, стоящие рядом с клеткой, в которой лежит кто-то. А-а-а, это КДшница. И между нами с КДшницей размещён непонятный символ в виде Архимедовой спирали.

Старый гусар показал нам в сторону клетки с КДшницей.

— Наверное, он хочет, чтобы мы с ней пообщались, — предположил я. — Идём.

Проходим мимо гусара и доходим до клетки.

КДшница сидит на земле и смотрит на нас изумлённым взглядом. Она проговорила что-то на неизвестном мне языке.

— Ты что-то понимаешь? — спросил у меня Зулус.

— В душе не ебу, что она говорит, — признался я, а затем обратился к пленнице. — Халь татакаллямиин аль-арабийя? Фарси софбат микони? Аф соомаалига маад ку хадашаа?

— Эс кё ти па ву фронсе? — спросила она.

— Я не па ву фронсе, к несчастью, — с сожалением покачав головой, ответил я ей. — Ду ю спик инглиш?