Призыв к оружию (СИ) - Скоробогатов Андрей Валерьевич - Страница 22

— А у меня — гиацинтовый доспех! — возразила Даша. — Ну пожалуйста! Дай гайки покрутить!

В общем, после непродолжительной семейной сцены мы разобрались с тем, кто какую часть работы будет проводить, и изрядно поковырялись в движке.

В первый раз, конечно, без особого результата. К тому же, мы и не думали пытаться запустить дополнительный двигатель непосредственно в прыжке — он в любом случае, либо бы не заработал, либо бы изрядно сбил нас с курса, либо, что ещё вероятнее, разворотил замкнутую трёхмерную прыжковую капсулу с нашим кораблём внутри на струны с кварками, или что там ещё в подпространстве бывает.

Первая ночь в апартаментах была шикарной. Возврат в цивилизацию, наконец-то! Мягкие матрасы, нормальный душ, зубные роботы вместо щёток, а перед сном — нормальный голографический домашний кинотеатр! Хотя и по интерьеру, и по технологиям тут всё-таки было слегка ретро.

Ложкой дёгтя всё-таки оказалась моя незапланированная встреча с Тёмной Богиней.

Мы сидели с ней в кинотеатре на соседних сиденьях, глядя какой-то чёрно-белый фильм, который уже во времена реальности Пантеона считался за ретрофантастику.

Некоторое время я напряжённо пытался вникнуть в хитросплетения сюжета на экране, который, вполне возможно, был моим сновидением. И только потом, вздрогнув, понял, что у меня на плече кто-то нежненько так, ласково положил свою тёмную голову.

— Так… — сказал я, совсем не деликатно убирая её с плеча. — Это что за безобразие?

— У нас свидание, рыцарь… Мы же так давно не виделись.

А сама глаза закрыла и поцеловаться потянулась.

— А к чёрту тебе бы не пойти? Я женат. Хотя что я говорю, ты и сама из этих. Чего надо тебе?

Я немного отпрянула, изобразив недовольство.

— Я, между прочим, даже не стала тебе ничего говорить про то, что ты наябедничал про меня бабуле! Тебе что, не понравилось решение, которое мы нашли с Творцами?

— Это какое ещё?

— Ну, про то, что у тебя будет не один, а целых два сына!

— А, про это. Да уж, неплохо. Только не говори, что это ты сама придумала, и что я тебе благодарен должен быть. И что теперь? Мне всё ещё маяться в неведении, что это всё значит?

Она резко извернулась, запрыгнула мне на колени, полностью загородив просмотр увлекательного ретрофантастического кино. И попыталась потянуть за молнию своего чёрного обтягивающего комбинезона.

— Всего одна ночь со мной… Здесь, во сне, всего лишь во сне… И я расскажу тебе все тайны! Расскажу про будущее, которое тебя ждёт. Ведь я… Я всё видела?

— Что ты видела? — спросил я, пока что не пытаясь скинуть её сбросить.

— Я видела таблицу Творцов! Видела план, который составили они! Всё, теперь нет чёрных пятен! Теперь всё извесно, осталось лишь наполнить линию твоей жизни, линию жизни всех нас — тридцатью тремя символами…

— Мне это не интересно, — покачал я головой и грубо столкнул её с колен. — За других наших сказать не могу, но мне — не интересно. Пусть всё будет так, как получится. А теперь уйди, дай досмотреть фильм.

Надо ли говорить, что просмотр сеанса уже привычно для моих кошмаров прервался прорывом ордынского абордажного десанта — прямо через киноэкран…

А утром мы вспылил на орбите вокруг Горгоны.

Как я и ожидал — это оказался «мир-снежок» вроде Гиацинта, только чуть меньше, чуть теплее, с тоненькой оттаявшей полоской суши вокруг экватора. Но за границы купольников тут никто особо и не думал вылезать, потому что атмосфера была отравлена.

Честно говоря, я был удивлён, что он до сих пор как-то поддерживает космические технологии. Наверняка те ребята на бронивечках, приперевшиеся ко мне в столичную виллу в Геспериде, просто всего не знали. Делали свою работу, а кто-то — делает свою. Например, торгуя с более развитыми планетами этого позабытого Империей кластера.

— Нас тут ждут? — спросил я бабулю.

— А ты как думаешь — после того, как ты им двенадцать челноков взорвал? — усмехнулась она, и, даже как-то умиляясь тыкнула в экран. — Смотри чего! Они две ракеты пустили! Баллистические! Ты знаешь, с какой скоростью они летят! Ужас какой, с первой космической! В прошлый раз так же было.

И, главное, спокойно так об этом. А затем гаркнула в микрофон, по-старинке висящий в капитанском мостике на длинном припружиненном шнурке.

— Карго-инженер, челнок семь, готовность к взлёту⁈

— Погрузка завершена, Ксень Паллн, готовность к взлёту есть! — ответил гнусавый голос пилота.

— Координаты сброса уточнил? Стропильную систему проверил? А то будет, как тогда.

— Да, проверил! И уточнил! В четверти витка по пути вращения!

— Стартуйте тогда. Только осторожно, к нам ракеты летят! Скорее всего — ядерные.

Я аж вздрогнул.

— В смысле — ядерные⁈ Ты же говорила, что они там до ядерных технологий не доросли!

Бабуля вздохнула.

— Они-то не доросли. Только вот моя предшественница, капитан Янгель, по глупости полвека назад продала им пару контейнеров готовых боеголовок. Там всего двадцать килотонн, не страшно…

— Что значит — не страшно? — спросил я.

— Да, даже если попадут… ничего такого. Всего ж двадцать килотонн!

Я напряжённо глядел на приближающиеся на целеуказателе две красные точки.

— Ба. У вас что, серьёзно нет квадробластеров и противоракет?

Бабуля посмотрела на меня строго, недовольно.

— Мы — мирный корабль! О чём ты вообще.

Уже знакомый мне Кукунчиков, сидевший в капитанской рубке на пульте управления шлюзами, в этот момент как-то странно так засмеялся.

Они чего, разыгрывают меня? Или что это вообще такое?

Цели приближались, приближались, приближались… и потом, когда я уже приготовился к столкновению — просто исчезли.

Бабуля же просто отошла к кухонной зоне — да-да, именно так, к кухонной зоне на капитанском мостике! — и принялась неспешно заваривать себе чай.

— Сансара! — не выдержал я. — Доложи обстановку по целям? Уничтожены?

— Капитан?.. — неспешно, всё тем же чарующим голосом спросил корабль.

— Да скажи ему уже, — отмахнулась бабуля.

— Всё в порядке, Александр… Вам не о чем тревожиться… ракеты промахнулись.

В общем, я направился обратно в апартаменты в некотором удивлении, если не сказать похлеще. Нет, конечно, я понимаю размеры корабля, и понимаю, что он строился в те времена, когда от астероидной и прочих космических угроз спасались толщиной брони. Но так наплевательски относиться к летящим в трайбл-корабль ядерным ракетам? Очень, очень странно.

А ещё более странным и настораживающим оказалась голографическая записка на холодильнике от Даши.

«Вернусь вечером, кушай всё, что есть в холодильнике».

Ну, прекрасно. И не сказала даже, куда. Попытался выяснить у соседей и бабули, на что получил ответ, мол, твоя жена — ты и следи.

Да уж. Уследишь.

А вечером оказалось, что она летала на ремонтном челноке осматривать двигатели снаружи! И даже вылезала из челнока, и даже гуляла по поверхности в ремонтном скафандре, осматривала там энерготрассы!

— Прости, что не сказала, — сделала она настолько милое выражение лица, что я тут же передумал ругаться. — Ты бы всё равно меня не пустил!

— Да уж… Конечно бы, блин, не пустил бы. Там ядерные ракеты летели, ты в курсе?

— Ракеты? — нахмурилась Даша. — Какие ракеты? А, да. Я видела, что там что-то сверкнуло слева по борту, подумала, что противометеоритный квадробластер сработал…

Я вздохнул.

— В общем, снаружи тоже будем вместе летать. Хорошо? А ещё… ещё я тебе отомщу!

— Это как? — тут, похоже, она уже напряглась.

— Вот так вот!

Ну, и слово своё сдержал. После того, как мы вышли следующей ночью в подпространственный прыжок, я завёл себе будильник на внутреннем экране и проснулся рано утром. Написал голографическую записку на холодильнике «Вернусь вечером, наполни холодильник едой, чтобы я всю её съел» — и сбежал из апартаментов.

У ближайшего перекрёстка автобус-лифта меня уже ждали Кукунчиков, Молохович и незнакомый бородатый мужчина, назвавшийся Корниловым, а ещё три серва. Я накинул старинный ремонтный скафандр, подоткнул за пояс знаменитую герберскую штурмовую лопатку — и мы поехали в экспедицию на минус пятый уровень.