Назад в СССР: Классный руководитель. Том 7 (СИ) - Аллард Евгений Алексеевич "e-allard" - Страница 36

Вырвавшись из толпы фанатов, ко мне подошёл рыжебородый и с ядовитой насмешкой проронил:

— Ну ты чего обосрался-то? Может, тебе на велосипед пересесть? Все ж быстрее будет.

Он хохотнул, присел, стуча ладонями о колени, закинув лысую башку назад.

Третье место тоже неплохо при таких сильных соперниках, и тем более я участвовал в подобных гонках впервые. Но меня бесило то, что я расслабился, наслаждаясь ощущением полёта и свободы, проворонил двух самых главных соперников, которые теперь издевались надо мной.

Мне захотелось вскочить в седло и умчаться от этого позора, как можно дальше.

Но уехать мне не дали. Одна за другой начали подъезжать машины: «жигули», «москвичи», иномарки, даже заехал оранжевый «Рафик», из него вывалилась в дупель пьяная компания из пяти мужиков, которая присоединилась к толпе чествующих победителя.

— Олег! Привет, старик! — услышал я знакомый голос.

Ко мне, чуть прихрамывая, направлялся не кто иной, как Егор Быков. Коротко стриженный, седой. Его сопровождала девушка с длинными светлыми волосами, забранными в толстую косу. Егор протянул мне руку, которую я пожал.

— Поздравляю тебя. Видел, как ты мчался. Красиво.

— Да, только третье место, — буркнул я.

— Третье? — удивился Егор. — Странно, а мы с Ирочкой наблюдали, ты первым шёл. Ну ничего. Третье тоже неплохо. Вот, познакомься, моя жена, — он с гордостью представил девушку с круглым симпатичным личиком и острым подбородком. Она смущённо опустила глаза, обрамлённые невероятно пушистыми ресницами.

— Ира Быкова, — подала мне ручку, которую я прижал к своим губам, вызвав у девушки очередной приступ застенчивости.

Когда мы присели на скамейку перед столиком, Егор чуть откашлялся и произнёс важно:

— Спасибо тебе, что спас меня. Если бы не ты… Лежать бы мне в землице сырой.

— Да ладно, — я похлопал его по спине. — Всего-то делов лекарство достал. А спасла тебя Ирочка? Не так ли?

— Да, Олег, — Егор обнял опустившую вниз глазки девушку, прижал к себе. — Ирочка за мной ухаживала. Ангел она для меня теперь. А ты не развёлся ещё? Со своей стервой-то?

— Она умерла. У меня сейчас невеста.

— О! Пригласишь на свадьбу?

— Хорошо. Но я пока не знаю, как мы всё это отмечать будем, — я махнул рукой.

— Ну ничего, я тебе свой адресок дам, телефончик, позвонишь. Не забудешь старого приятеля?

Я вытащил записную книжку, вписал адрес Егора.

Громкий голос, усиленный многократно мегафоном, призвал всех на награждение победителей. Пришлось встать и направиться к толпе.

Артём Викторович стоял у машины, чуть сузив глаза, разговаривал с кем-то по рации. Я лишь услышал:

— Первый? Ясно. Второй? Ага. То же самое. А третий? А, ну правильно всё.

Ослепительно-яростный свет прожекторов залил круглую площадку, куда вынесли пьедестал, сколоченный из досок и затянутый синей тканью. А рядом поставили столик с тремя изящными кубками с выдавленными на них стилизованными изображениями гонщиков на мотоциклах.

Толпа зрителей, гонщиков встала полукругом, и распорядитель объявил:

— Мы начинаем чествовать наших победителей этой невероятно сложной гонки! Третье место: Плотников Илья!

Все захлопали. Из толпы протиснулся парень с длинными патлами в кожаной коричневой куртке-бомбере, смущённо улыбаясь, подошёл к мужчине, который держал в руках самый маленький кубок.

А на меня словно вылили ушат ледяной воды. Как же так? Я даже третье место не занял? Да что за чертовщина такая! Что это за идиотская гонка⁈ Чтобы я ещё раз участвовал в этом балагане! Ветер даже выбил слезы у меня из глаз от досады и горечи.

Обратите внимание — автор очень нуждается в отзывах, а также в лайках, наградах. Это стимулирует писать дальше и верить в свои силы.

Глава 13

Слепой крот

— И серебро в гонках получает! Наш многолетний ветеран гонок! Самый старший, но самый крутой из всех! Савицкий Руслан Даниилович!

Имя распорядитель прокричал с усилением каждого слова. Я решил, что выйдет этот рыжебородый мужик, который предлагал мне пересесть на велик. Но ошибся. К распорядителю подошёл тот немолодой полноватый мужчина с длинными седыми волосами, собранными в пучок. Получил средний кубок и конверт. Его приветствовали криками, овациями. Он показал всем свою награду и взобрался на вторую ступень пьедестала.

— И, наконец, первое место. Наш победитель! Который получает не только главный приз в гонках. Но также приз зрительских симпатий за самое красивое прохождение. За волю к победе!

Я огляделся, пытаясь высмотреть Вадика или рыжего, но не смог их обнаружить. А распорядитель сделал паузу и вдруг выкрикнул: «Олег Туманов!»

Я вздрогнул и не поверил своим ушам. Не сдвинулся с места, решив, что мне послышалось — слуховые галлюцинации от усталости и переживаний. Но парень, который стоял рядом со мной, толкнул меня в плечо и гаркнул в ухо:

— Давай иди, победитель! Не стесняйся!

На подкашивающихся ногах я направился к мужчине, у которого улыбка становилась всё шире и шире с каждым моим шагом.

Когда я наконец добрался до столика, мужчина вручил мне тяжеленный кубок.

— Поздравляю, — распорядитель пожал мне руку.

У меня горло перехватило от волнения, и я не мог выдавить ни одного слова. Лишь откашлявшись, я проговорил хрипло, так что даже своего голоса не узнал:

— Спасибо. Я очень ценю.

— А мы ценим, Олег, что ты честно и бескомпромиссно сражался за победу, — к нам подошёл Хозяин гонок и протянул мне пухлый конверт, который я смущённо сунул в карман куртки.

— А… как же Вадик и этот рыжий? — спросил я.

— Они срезали часть трассы, нарушили правила. Они дисквалифицированы. И вот ещё, — Артём Викторович вынул из кармана красную книжицу. — Ты теперь официальный член мотоклуба России, — он протянул мне удостоверение. — Сможешь выступать уже в официальных соревнованиях. Если захочешь, конечно. Поздравляю! — Он протянул мне руку, которую я пожал с удовольствием.

Я стоял на пьедестале, держа в руках кубок, слышал свист, крики, овации собравшихся гонщиков и зрителей и ощущал, как сваливается с меня страшная тяжесть, уходит досада, душевная боль. Но всё то, что я пережил за эти минуты, трудно забыть.

Но тут же на меня нахлынула невероятная эйфория, и я вспомнил, что переместился в эту реальность именно из-за того, чтобы стать мотогонщиком. И вот теперь я достиг всего, чего хотел. Может быть, эти ребята из «Второго шанса» понимали, что только так я смогу исполнить свою заветную мечту? Чёрт возьми, как же мне сейчас было хорошо!

Я уехал с площадки в прекрасном расположении духа, счастливый и радостный. Но то ли темнота на меня подействовала, то ли пустынность и мрачность этой трассы — настроение начало портиться, угасать эйфория. Начал обдумывать, что же мне сказать Марине? Как ей объяснить, почему я не позвонил, почему не предупредил? И с этими мыслями я свернул с почти пустой Ленинградки на серпантин до садоводческого кооператива.

Когда открыл ворота, чтобы ввезти свой мотоцикл, увидел, что Марина стоит в дверях, в халате и наброшенной на плечи тёплой кофте. Смотрит на меня с укором, но все равно в её глазах плещется радость, и это хоть немного сбило моё волнение.

— Мариночка, прости, — выпалил я, когда взлетел на крыльцо и обнял её. — Я звонил, звонил, но никто трубку не брал, — решил соврать я.

— Проходи, тебе повезло, — она вздёрнула насмешливо подбородок.