Опасная наследница второй очереди (СИ) - Окишева Вера Павловна "Ведьмочка" - Страница 34

– Ками. Он же старый! – возмутилась сестра, но ее никто не слушал. Между мной и ее матерью шла битва взглядов.

Я дерзко посмотрела на тетку, ожидая ее хода.

– Нет, - снисходительно ответила та, - за Кросса выйду я. А Варя выйдет за адвоката или Освальда.

Управляющий, стоящий около двери, неожиданно кивнул мне. Я вопросительно приподняла бровь. Травин снова кивнул.

– Хорошо, - хлопнула я в ладоши. – Варя выйдет замуж за Освальда. Варя? – обратилась я к сестре, так как ее мнение мне тоже было важно.

Та во все глаза смотрела на управляющего, словно впервые в жизни узнала о его существовании. Если сравнивать Освальда и Глеба, то Макаров проигрывал тем, что у него не было аристократического шарма Травина. Он простовато смотрелся на фоне нашего управляющего.

Неудивительно, что Варвара, жутко покраснев, кивнула мне, давая согласие.

– Господин Макаров, вам стоит составить еще и брачный контракт для будущего мероприятия.

– С большим удовольствием, – отозвался адвокат и явно с облегчением перевел дух. Его руки мелко дрожали, когда он набирал основные данные для контракта, выслушивая рекомендации тетушки Аглаи.

– Ты же понимаешь, что виноградники я тебе не отдам? - бросила мне тетка, когда адвокат попрощался с нами, а Освальд распорядился о десертах. – Ты вообще ничего не должна унаследовать. Понимаешь? Поэтому даже не надейся на виноградники.

Я склонила голову набок, внимательно рассматривая эмоции на лице тетки. Она боялась меня, но упрямо пыталась главенствовать.

– Я никогда не мечтала о виноградниках, тетушка, – подчеркнула я наше родство. - Мы договорились, что это наследство Вари. Но опять вы все портите, намекаете, что виноградники будут только ваши. Это меня, знаете ли, сильно обижает, тетушка. Сильно обижает!

Освальд подошел ближе и поставил передо мной чашку с кофе. Мы померились с ним взглядами, он бросил один в сторону Вари, затем склонил голову и удалился. Я на миг прикрыла глаза, остывая. Все же я понимала, что мать старалась отвоевать хоть что-то для своей дочери, душа ее своей опекой. Да, Освальд сильный и гибкий, но ему может стать тяжело с такой тещей.

Я вновь взглянула на тетку, которая упрямо сжимала морщинистые губы. Господи, ну почему старики такие непробиваемые упрямцы.

– Мне они не нужны, потому что важнее виноградников люди, что работают там. Но вы в своем высокомерии не увидели самого главного. Именно семья Побережных является сокровищем клана Апраксиных. А виноградники можно разбить и на территории Франта, я как раз их собираюсь выкупать. И я заберу все семейство Побережных. А вам достанется просто земля, которая не принесет вам ни прибыли, ни счастья. Знаете, почему я это сделаю? Потому что вы, тетушка, не умеете благодарить за добро.

Варвара ахнула, вцепилась в руку матери.

– Мама, что ты сделала! Ками, прошу, бери что хочешь. Просто оставь нам хоть что-то. Нам не надо много!. .

– Варя! – грозно рявкнула на нее мать.

– Замолчи! – огрызнулась та в ответ. - Ками единственная, кто нам помогает! Она наша семья! А ты только и твердишь, что она враг. Что она прилетела сюда мстить.

– Мстить? - усмехнулась я в ответ. Выразительно посмотрела на сердитую Аглаю. - Кому? Вам? Вы ведь больше всех пострадали от побега моей мамы. Это вам впору мстить мне за то, что вас вынудили выйти замуж за перезрелый стручок и ублажать его в постели. Но вы сильная женщина, тетушка. Я вами горжусь. Но и Варвара права – я ваша семья. Я! – не выдержала и крикнула. – И вы будете слушаться меня. Иначе ваш нотариус сядет со всеми заодно. И тогда у вас не будет даже той мнимой власти, которую вы ощущаете прямо сейчас.

– Ками, прошу, не злись! – взмолилась Варвара и, обогнув стол, упала передо мной на колени. - Умоляю, прости. Не злись. Ты моя семья, ты единственная, кто помогал мне, кто верил в меня. Прошу, не отворачивайся от меня. А маму не слушай. Она просто выжила из ума. Я все сделаю, как ты скажешь, все, все… Слышишь?

Я не могла не кривить губы от брезгливости, с трудом подняла сестру с колен и усадила ее на свое место. Даже погладила ее по голове, чтобы она так сильно не рыдала.

– Еще раз повторяю. Виноградники – это приданое Варвары. Да, она не сумеет управлять своим наследством, но у нее будет муж, способный это сделать. И вы не станете лезть в их семью. Вам тоже достанется часть наследства брата – вот и займетесь им. Всем все ясно?

Варвара закивала, обняла меня за талию, прижавшись лицом к животу.

– Все, все ясно.

– А что достанется тебе? - злобно выкрикнула Аглая.

– Семья, – устало произнесла я, - где все будут любить друг друга и уважать. Потому что семья – это не клан! Это любящие родственники, а не та порнография, что я здесь у вас застала. Семья, где мать любит своих детей и ради них жизнь отдаст, а не продает за деньги. Где дочерей не отдают за стариков замуж ради власти и положения. Где брат не убивает брата, чтобы прибрать его богатство, а помогает приумножить то, что есть. Где сын не подставляет своего отца во благо чужого клана. Семья – это место, где есть защита для каждого. Где каждый за родственника зубами порвет чужаку глотку. В настоящей семье всегда ждут домой блудного сына… или дочь и не стирают воспоминания о ней, предавая имя забвению.

Тишина в столовой стояла тяжелая и тягучая. Я давила взглядом тетку, та наконец-то сдалась и опустила голову, стала раскачиваться на стуле. Освальд тихо уточнил нужно ли принести воды для Варвары. Та встрепенулась и стала руками стирать слезы с глаз, выпуская меня из своих объятий.

– Если всем все предельно ясно, то ужин считаю законченным, - подвела я итог нашему разговору и покинула столовую.

Освальд остался успокаивать свою невесту. Аглая ушла в себя. А я долго принимала горячую ванну, размышляя о том, что, возможно, я найду здесь то, что так давно потеряла. Варвара вроде бы нормальная. И Освальд на моей стороне. Надолго или нет, пока неясно. Но как только пройдет положенный срок, истина вскроется.

Может, я даже смогу остаться здесь навсегда. Мои люди с Земли каждый день докладывали о том, что меня все еще искали. Не только федералы, но бандиты, недовольные моими методами правосудия. Так что я лучше побуду здесь. К тому же все пока удачно складывалось.

Осталось разобраться с Бенедиктом.

Глава 26

ГЛАВА 26. ЭТО ЛЮБОВЬ?

Агент прибыл за полночь, когда тишина особняка была настолько пронзительной, что звенела в ушах. Я не спала, сидела в его комнате, пила вино, отчаянно желая сбросить налипшую тоску с плеч. Я не могла объяснить себе, почему мне так тоскливо. Я богата, я жива, у меня все отлично, но на душе пустота. Дыра такая черная и глубокая, что вылила туда уже полбутылки и легче не становилось.

У Макконнелла была легкая поступь, практически не слышная. Он сбросил куртку и устало сел на соседний стул, налил в свободный бокал вина, выпил залпом.

– Устал? – тихо усмехнулась, хотя веселого мало.

– Ты что здесь делаешь?

Холодный тон мешал мне расслабиться

– Тебя жду.

Я думала это очевидно. Дама в красивом пеньюаре, с бутылкой вина. Разве это не логично?

– Зачем?

И вправду, зачем я его ждала, такого холодного и бессердечного. Я с ним ночь провела, а он словно не помнил об этом. Не верилось, что забыл. Неужели причина его холодности в чем-то другом.

– Скучно, - пожала плечами, от чего шелк халата скатился с одного, оставляя неприкрытой бретельку.

– Скучно, – жестко повторил за мной Бенедикт и снова налил себе вина. Выпил опять залпом и откинулся на спинку стула. Затем полез в карман и бросил на стол тюбик.

– Это что? - Я прочитала этикетку, затем подняла взгляд на агента. Уже веселее. – Судя по названию, защита какая-то.

– Молодец, отлично играешь. – Макконнелл взял тюбик, задумчиво повертел в руках. - В бокале, что стоял на прикроватной тумбочке в спальне твоего дяди Давида, был яд, а еще следы этого средства, которое я нашел в твоей спальне.