КОМСОМОЛ. Трилогия (СИ) - Войлошникова Ольга - Страница 104

След, правда, получится, как от колонны на марше.

А что, бросить их⁈

Судя по перекосившимся рожам заговорщиков, последнее я снова выкрикнул вслух.

– Да я всё понимаю! – Бауэр потёр лоб. – Поймите, осталось всего двенадцать часов! Всего! И если что‑то пойдёт не так…

– Мы должны сделать всё, что в наших силах, – сурово сказал старик, – а остальное в руках Божьих.

Господи, почему они такие тугие⁈

Но остальной пятёрке, как ни странно, похоже, именно этих слов не хватало. Подтянулись. В глазах огонь! Герои, ядрёна колупайка, хёрерсдорфовского разлива!

Язык сломаешь…

– Хорошо, ландграф, я постараюсь обеспечить вам связь, – кивнул Бауэр, но придётся проехать. Идёмте со мной, я оставил машину с другой стороны склона, – тут он повернулся и пошёл куда‑то в лес.

Неочевидная какая тропиночка, я её за кустами сразу и не заприметил! Пойдём, чего не пойти. Только вот зверем удобнее будет…

Я оглянулся на повстанцев:

– А сейчас, господа, прошу не стрелять с испугу.

А смешно на русский слух звучит дойчевское «господа», да?  – вдруг ехидно спросил Зверь. – «Херы»!

Господа, меж тем, на меня уставились с подозрением. Даже местный богатей обернулся.

Тоже хер!

Господа гусары, не ржать! Главное, чтоб они в нас щас со всех стволов не шмальнули с перепугу.

На всякий случай усилил щиты и принял Облик. Мда, хорошо, что я их предупредил. Все дружно за ружья схватились. Все, кроме Бауэра. Молодца, фрайгерр! Тот вообще непонять чему обрадовался – улыбка во весь рот.

Подозрительно .

Разберёмся.

Подхватил я пастью сумку и потрюхал за дойчем. Прочие остались наблюдать за складом.

Минут через пять, спустившись с горки вниз, мы вышли к просёлочной дороге. На обочине, притёртая к двум высоким ёлкам, нас ожидала машинка – маленькая и смешная, словно большую ванну посадили на зубастые колёса и организовали ей брезентовый верх. Не очень по зиме удобная, да уж.

– Купил на охоту ездить, на уток, – словно извиняясь, сказал Бауэр указывая мне на агрегат приглашающим жестом. – Какая теперь охота? Вы действительно ландграф Коршунов? – Тут он уставился на меня цепко, пристально даже.

И ведь совершенно не боится! Перед ним белый медведь стоит, а он разговоры разговаривает! Вот это выдержка!

Я положил сумку на снег.

– Да, я действительно граф. И действительно – Коршунов. Зачем спрашиваете? Не доверяете?

– Нет. Теперь, увидев, какой вы оборотень… я имею ввиду ледяного медведя…

– Урсус маритимус. Морской медведь, если по‑латыни, – усмехнулся я.

И, ты гляди, Бауэр от моей дружеской улыбки почти не отшатнулся. А когда в полутора метрах белый медведь зубы показывает, это, знаете…

– Да, спасибо, за уточнение, – кивнул он. – Просто я вспомнил политический скандал лет пятнадцать назад. О пленении принца и присвоении кайзером герцогского титула русскому казаку…

– Это казак – мой отец, – ответил я.

Бауэр снова кивнул:

– Я так и подумал. Это к его помощи вы собираетесь прибегнуть?

– Нет.

– Жаль, очень жаль. Я надеялся, что вы воспользуетесь… Но тогда как?..

– Поверьте, и без отцовской помощи у меня есть пара тузов. Вам понравится. Но для начала, вы обещали связь.

– Да! – Он встряхнулся. – Да! Связь! У меня есть командный «Телефункен‑8». Применялся для связи между шагоходами. Сейчас новые стоят, но этот вполне рабочий!

– Ничего себе! Это как же вам такое чудо досталось?

Дойч смутился. Погладил рукой борт автомобиля и ответил:

– Брат работает на складах списания, под Берлином. И иногда…

А‑а‑а, судя по всему, машина тоже с тех складов…

– Да, оттуда, – смутился Бауэр.

Да что такое! Опять болтаем вслух!

– Прошу прощения, если я вас невольно обидел.

– Нет, что вы. Этот экземпляр, как и рация, были честно куплены у германской армии. Единственное, чем я воспользовался – информацией об их, собственно, наличии.

– Уверяю вас, фрайгерр. Когда (именно «когда», а не «если») война закончится, я обязательно куплю через вас что‑нибудь этакое. Она же плавает? – я кивнул на машину.

– Да, это амфибия. Для охоты на уток незаменимая вещь!

И он ещё раз погладил свой смешной автомобиль. А что, если не нужно с собой лодку тащить – удобная машинка! Уверен, деду точно понравится!

Пока я размышлял о перспективах семейной охоты, Рихард Бауэр залез в автомобиль. Мотор, чихнув, завёлся.

– Присаживайтесь, граф! Только, прошу, не в виде медведя. Боюсь, подвеска швиммвагена* не выдержит…

*Буквально: «Плавающий автомобиль» (нем.)

– Это понятно.

Я снял Облик и забросил поклажу в ноги, рядом с сиденьем.

– Простите, можно поинтересоваться содержимым сумки? – оглянулся на меня Бауэр.

– Ради Бога. Гранаты и ещё кое‑какая мелочь. Вам гранат не надо? – достал я из сумки подсумок с гранатами. – Могу одолжить.

– Э‑э‑э, заманчиво, но я, пожалуй, откажусь.

– Ваше право. – Под сиденьем было пространство, и я ногой задвинул сумку туда, чтоб не мешалась. – Мы куда‑то едем?

– Да, нам необходимо занять удобную позицию для связи. Видите ли, окружающие горы…

– Я понимаю.

– Поэтому придётся проехать в Клостервальд.

Я усмехнулся. Как удачно! Туда‑то мне и надо.

ЕДЕМ В КЛОСТЕРВАЛЬД

Машинка покатила по шоссе, и Бауэр, словно испытывая неловкость, сказал:

– Я не предполагал, что сегодня мне придётся ехать в том направлении и не очень удачно оставил машину. Поскольку спустились мы по западной стороне горы, двигаться в сторону Клостервальда, к сожалению, нам предстоит кружным путём.

– С другой стороны, оно даже и лучше, – отозвался я, – в Хёрерсдорфе до сих пор пальба и не утихают крики. Сейчас двигаться через него было бы крайне некомфортно.

– Верно! – согласился Бауэр и приободрился.

Мне страшно хотелось узнать у него – что за связной примет наше сообщение на той стороне, а заодно – в каком статусе сам Бауэр находится здесь? Но я понимал, что он не ответит ни на один из вопросов

Мы проехали несколько крошечных сонных городков и деревушек, где у Бауэра пару раз проверяли документы, и мы катили дальше. Что хочу ещё раз сказать – расстояния в Европе лилипутские. Это только звучало значительно – «кружным путём». На самом деле вся дорога составила километров десять, ну от силы двенадцать.

А я ехал и думал – что ж тут удивляться, что со всех сторон вражины на Русскую империю лезут, что с запада, что с востока. Покоя им не дают наши просторы. Уж насколько в Европе тесно, а в Япониях (довелось в обеих побывать) и вовсе друг на друге в три этажа сидят.

За этими мыслями доехали почти до самого «спрятанного» хутора. Бауэр припарковал автомобиль около леса и выбрался из машины. Я за ним. Он залез на высокий задний бампер и что‑то кряхтя вытаскивал. Потом передал мне фанерный ящик с военными, немецкими литерами:

– Ставьте его прямо на снег, ваше сиятельство.

– Давайте без титулов. Достаточно будет имени.

– Хорошо. Аркадий, правильно? Ставьте на снег, я сейчас.

СЕАНС СВЯЗИ

Бауэр спрыгнул на землю с бухтой провода на маленькой металлической бобине, оглядываясь и прислушиваясь:

– Так хорошо, что сейчас ночь. Просто прекрасно!

Чего он нервничает?

– Сейчас мы присоединим… так… ага…

Он достал из ящика непонятный резиновый мешок, потом маленький металлический баллон… И через три минуты у нас был небольшой шарльер*! Быстро присоединив к нему провод и аккуратно стравливая его, Бауэр отпустил аэростат в небо.

*А эростат, наполняемый водородом, гелием или другими газами легче воздуха.

– С такой радиоантенной, – приговаривал он, – мы можем километров на сто пятьдесят достать… если повезёт.

– Может быть, вам помочь?

– А вы умеете?

– Приходилось несколько раз в училище.

– Это было бы очень кстати! – Он передал мне управление аэростатом. – Давайте, Аркадий, аккуратно его поднимайте. А я рацию включу. Как хорошо, что сейчас ночь и ветра нет. Словно специально!