Ведьмы - - Страница 40

К нашему столу широкими шагами приближался отец Бруно. Вид у него был решительный и ничего хорошего не предвещал.

– Где ваш внук? – строго спросил он голосом, в котором звучал металл. Видно было, что он едва сдерживает гнев.

Бабушка окинула его ледяным взглядом и ничего не ответила.

– Я подозреваю, – продолжал мистер Дженкинс, – что они с Бруно затеяли какую-то проказу, поэтому их нет в столовой! Я знаю, что ничто в мире не заставит Бруно пропустить свой ужин! Это не в его привычке – отказываться от вкусностей!

– Да, аппетит у вашего сына завидный, – холодно заметила бабушка, не глядя на мистера Дженкинса.

– А мне почему-то кажется, что вы, мадам, замешаны в их проделках. Не имею чести знать, кто вы, впрочем, меня это и не интересует, но вы сыграли отличную шутку со мной и моей женой. Вы посадили грязную мышь нам на стол. В чём заключается смысл этой шутки, в которой, я уверен, вы замешаны все трое? Ответьте, где именно находится мой сын?!

– Увы, это была не шутка, – наконец повернулась к нему бабушка. – Эта мышь – действительно ваш сын. Я пыталась объяснить вам это как можно мягче. Я должна была вернуть вам вашего сына, но вы не стали меня слушать и отвергли его.

– Какого чёрта?! – опять было возвысил голос отец Бруно, но тут же осёкся: – То есть я хотел сказать, что вы имели в виду, мадам? – И тут же опять загремел во весь голос: – Мой сын – не мышь!

Усы, как и раньше, запрыгали вверх и вниз, взгляд стал безумным.

– Я требую от вас ответа: где мой сын? Отвечайте немедленно!

Все, кто ужинал за соседними столами, прекратили разговоры и в полном молчании уставились на мистера Дженкинса и бабушку.

Бабушка, как будто всё это её не касалось, молчала, затягиваясь сигарой с совершенно безмятежным выражением лица. Она молчала довольно долго, только облачка сигарного дыма окутывали её голову, и лишь спустя несколько минут она произнесла:

– Мне понятен ваш гнев, мистер Дженкинс. На вашем месте любой другой отец в Англии испытал бы те же чувства. Но я сама – родом из Норвегии, и мы, норвежцы, более привычны к подобным происшествиям. Мы умеем принимать их последствия с достоинством, понимая, что это тоже часть нашей жизни.

– Вы действительно сумасшедшая! – воскликнул несчастный отец. – Или вы возвращаете нам Бруно, или я немедленно вызываю полицию!

– Но ваш Бруно теперь мышонок, – как можно хладнокровнее ответила бабушка.

И вдруг из её сумочки раздался голос Бруно:

– Это правда, папа… – И он высунул оттуда свою мордочку.

Потрясённый мистер Дженкинс в растерянности присел на мой стул. Бруно продолжал:

– Привет, папа!

Он даже пытался робко улыбнуться, но улыбку мышонка трудно назвать настоящей улыбкой. Его отец как будто окаменел, широко открыв рот. А Бруно определённо разговорился:

– Ты не волнуйся, папа. Всё обстоит не так уж плохо, если только какая-нибудь кошка меня не съест. Но зато мне не нужно ходить в школу. И дома не буду сидеть над уроками и учебниками. И кормить меня вам проще: я просто перееду жить в кухонный буфет, поближе к изюму и шоколаду. Там и попирую!

Он опять попытался улыбнуться, но, честно говоря, всё это выглядело довольно глупо.

Мистер Дженкинс хотел что-то произнести, но у него не получилось. Наконец, заикаясь, он прошептал:

– Н-но, Б-Б-Бруно! К-к-как эт-т-то произошло?

Бедный джентльмен! Он был совершенно уничтожен свалившимся на него несчастьем, даже усы опустились. Я бы сказал, что паруса этой большой яхты обвисли навсегда!

– Это всё сделали ведьмы, – опять попыталась объяснить происшедшее бабушка.

– Но я не хочу иметь такого сына! – взвизгнул мистер Дженкинс.

– И тем не менее это ваш сын. Будьте с ним поласковее, – мягко сказала ему бабушка.

– Боже! А моя жена?! Она ведь боится их! Она просто сойдёт с ума…

– Да, ей будет нелегко привыкнуть, – согласилась с ним бабушка. – Надеюсь, у вас дома нет кошки?

– Есть! Есть! Есть! – в отчаянии воскликнул бедный отец Бруно. – У моей жены дома есть её любимая кошка Топси.

– Значит, вам предстоит расстаться с ней: вы ведь понимаете, что для вас и вашей супруги сын дороже.

– Конечно, – подтвердил из глубины сумки Бруно. – Скажи маме, что я ни за что не вернусь домой, пока в доме будет Топси.

Теперь уже добрая половина ужинавших заинтересованно вслушивалась в разговоры за нашим столом. Никто не мог взять в толк, из-за чего разгорелся весь этот сыр-бор. К тому же никто не видел Бруно, так и не выглянувшего из бабушкиной сумки.

– А теперь, – громко произнесла бабушка, явно обращаясь ко всем, кто мог её слышать, – теперь посмотрите на тех, кто превратил наших мальчиков в мышей!

– Кто они? Где? – громче всех возопил мистер Дженкинс.

– Посмотрите на эту маленькую женщину в чёрном во главе вон того стола, – громко продолжала бабушка.

– Я её знаю, – оглянувшись, сказал мистер Дженкинс, – это президент Королевского обще…

– Нет, нет и нет! – прервала его бабушка. – Это Великая старшая ведьма, главная ведьма над всеми ведьмами мира!

– Как?! Эта тощая тётка?! – вскричал мистер Дженкинс, с безумным видом тыча пальцем в Великую ведьму. – Да я пошлю к ней немедленно своих адвокатов! Она заплатит мне за эти проделки своей шкурой!

– Не будьте так опрометчивы, – остановила его бабушка. – Не забудьте, что она обладает магической силой и властью. Она может убить вас одним взглядом или превратить вас в таракана…

– Меня?! – загремел отец Бруно, надувая щёки и выпячивая грудь. – Пусть только попробует!

Он круто повернулся и двинулся решительным шагом к столу, где восседали ведьмы. Мы с бабушкой замерли, даже Бруно выскочил на стол, чтобы наблюдать за своим папочкой.

Теперь уже все присутствовавшие в столовой смотрели на мистера Дженкинса. А я сидел в сумке, едва высунув голову. Мне было ясно, что лучше пока не показываться.