Милан. Том 7 (СИ) - "Arladaar" - Страница 5

— Но в Екатеринбурге почему-то так не было! — резонно заметила Сашка.

— Потому что там прошляпили ваш приезд! — парировала мама. — Это первое. И второе — это то, что Екатеринбург — город более крупный, и событий в нём происходит больше. Вы там катались при пустых трибунах. А если бы соревнования проходили здесь, будьте уверены, тут был бы полный аншлаг!

Смелая иронично хмыкнула, не поверив маме, однако в дальнейшем вынуждена была согласиться, что Анна Александровна была полностью права!

Едва вышли в вестибюль гостиницы, сразу же увидели большую группу людей, которые явно ожидали их. Здесь стояли две девушки в русских национальных одеждах, у одной из которых в руках был серебристый поднос с большим караваем и солонкой хлеба, присутствовал вчерашний господин Журанков с двумя видеооператорами, осветителем, мужиком с длинным микрофоном, несколько мужиков, по виду чиновников мелкого ранга, скорее всего, служащих мэрии. По-видимому, вся эта компания сначала сидела в большом автобусе, стоявшем на парковке перед входом. А наблюдающий, которого заметила Анна Александровна, высматривал в окно, когда знаменитости закончат завтракать и пойдут наконец на улицу.

— Добро пожаловать! — громко сказала одна из девушек, та, что стояла с хлебом-солью, подошла к Людмиле и протянула ей каравай. — Просим отведать наши уральские хлеб-соль!

Журанков в это время махнул рукой телеоператорам, те включили камеры, стоявшие на штативах, осветитель подал освещение на всю троицу москвичек, а звукооператор протянул длинный дрын с мохнатым микрофоном на конце.

— Спасибо, — смущённо сказала Люда, с трудом отщипнула кусок каравая, макнула в соль и прожевала его.

— Ой, какой у вас хлеб красивый, — похвалила Смелая, оторвала кусок хлеба и сунула в рот.

— Право, не стоит, — недовольно сказала Анна Александровна, но всё равно оторвала небольшой кусок хлеба.

Вторая из девушек подошла с тремя букетами цветов и протянула один букет сначала Людмиле, второй Сашке и третий Анне Александровне.

— Мы так рады, что вы приехали к нам! — радостно сказала девушка. — Минуточку! Сейчас ребята сделают общую фотографию!

Потом и та девчонка, что стояла с хлебом, и та, что была с букетами, вполоборота встали рядом с Людмилой и заняли модельные позы, выставив бёдра вперёд и изобразив белоснежные голливудские улыбки. Один из операторов взял фотокамеру, висящую на шее, и несколько раз сделал снимок.

— Арина! Я рад, что ты приехала в наш славный трудовой город! — важно сказал один из мужиков, по виду похожий на толстого чиновника. — Для нас это великая честь! Сейчас мы предлагаем вам культурную программу: просим проехать с нами в школу номер 23, где состоится торжественная линейка с учащимися средних и старших классов, потом мы посетим Уралвагонзавод, где состоится встреча с трудовым коллективом, и под конец у нас запланирован торжественный вечер для ветеранов и почётных жителей города в мэрии Екатинска.

— Бежим! — неожиданно крикнула Анна Александровна и изо всех сил поскакала к выходу.

Смелая восторженно взвизгнула и припустила за ней изо всех сил. Людмила пожала плечами и с недоумённым выражением лица побежала за мамой и Сашкой.

Пожалуй что, для всех присутствующих это был довольно неожиданный ход событий…

Глава 3

ДЮСШОР-1

Когда троица выбежала из гостиницы, во главе её была Анна Александровна! Она с визгом пробежала вдоль фасада, нырнула за угол и помчалась вглубь квартала.

Люда и Сашка едва поспевали за ней: а ведь они были спортсменки! Впрочем, мама тоже могла похвастаться спортивной фигурой и неплохими результатами. Она же ходила на фитнес!

Наконец, Анна Александровна остановилась, похоже, слегка запыхалась.

— Мама, это что за… Нафиг??? — не нашлась что сказать недовольная Люда. — Ты что творишь? Люди пришли нас встречать со всей душой, а мы от них убежали! Теперь они обидятся!

Сашка ничего говорить не стала, она только стояла и с большим восхищением смотрела на Анну Александровну. Кто вот ещё, кроме неё, мог бы совершить такой пакостный поступок?

— Милая, никто не обидится! Всем плевать! — уверенно ответила мама, свысока посмотрев на дочь, словно поучая неразумное дитя. — Мы приехали сюда инкогнито, с частным визитом. Лично у меня нет в планах ходить по заводам, школам, мэриям, смотреть, как люди, насильно согнанные на эти мероприятия, проклинают нас и посматривают на часы, в ожидании, когда же мы отвалимся. Дорогая, неужели ты этого не понимаешь? Это же просто тупой официоз и PR на твоём имени! Мы, наоборот, разрешили ситуацию с наиболее возможным профитом, причём для всех! Суди сама: мы предоставлены сами себе, нам хорошо! Девушкам тоже хорошо, они сфотографировались с караваем и с нами. Видеооператоры были заняты делом, они сняли материал. Недовольны только чиновники! Ну, это мы как-нибудь переживём. Так что хватит ныть! Придерживаемся нашего прошлого плана: идём в ДЮСШОР!

Логика была железная! Трудно не согласиться, поэтому вся троица, хихикая, отправилась в ДЮСШОР-1.

А идти-то отсюда было совсем ничего: старый центр города был относительно небольшой, и всё здесь было в пределах пешей доступности. Люда шла и с большим удивлением наблюдала за окрестностями. Вот аллея, которая подходит к спортивной школе. Раньше это была простая асфальтированная дорожка, на которой стояли лавочки через равное расстояние.

Вдоль дорожки тянулись длинные ряды кустов барбариса и пузыреплодника, которые выстригали в прямоугольники. Барбарис тоже можно было поедать! Длинные кислые ягодки! За кустарниками росли красивые рябины и мелкие ранетки, которые так любили клевать синицы и коростели. А иногда и сами ребятишки лазали за ранетками, ведь они были такие вкусные, особенно прихваченные морозом. Да здесь на подножном корму можно было жить!

Как в этом месте было классно в середине 1980-х! В самом начале аллеи стоял прилавок с мороженым, под тентом, к которому был проведён провод от трансформаторной будки. Уже в традицию вошло летом купить мороженое по 15 или 20 копеек и зависнуть с девчонками на одной из этих лавок, весело обсуждая прошедшую тренировку, знакомых пацанов, тренеров и вообще всех мимо проходящих людей.

Сейчас вместо ровной асфальтированной дорожки была выложена тротуарная плитка с каменными бордюрами, почему-то перекосившимися, так же как и сама плитка. Такое ощущение, что по волнам идёшь.

Лавки стояли более современные, но уже, к сожалению, с поломанными деревянными обрешётками, сделанными из китайского некачественного клееного бруса. Рядом с лавками бетонные урны, полные мусора, который ветер разметал по сторонам. Окурки, пластиковые бутылки, семечки. Всё было не так и всё было не то, как раньше, разве что… Рябины, кажется, были всё те же, только стали ещё больше, а возможно, уже высадили другие, и они успели отрасти. Кустарник вырубили, и сейчас сквер казался каким-то голым…

Аллея, по которой они сейчас шли, подходила не к главному корпусу, а к ледовой арене. Все, кто занимались ледовыми видами спорта, заходили в спортшколу именно здесь, так было ближе идти от остановки.

Увидев родную ледовую арену, Люда внезапно остановилась и чуть не расплакалась: тут было всё по-прежнему! Абсолютно так же! Типовое бетонное здание, возведённое в середине 1970-х годов, выглядело словно она только вчера вышла из него. Кажется, даже окошки те же самые. Серая штукатурка-шуба, возможно, была обновлена, но выглядела точно так же, как в 1986 году. Но самое главное: дети! Слышался всё тот же смех, шутки, кто-то входил в дверь, кто-то выходил. Неожиданно ей показалось, что зайди она сейчас внутрь, встретится всё та же старушка-вахтёрша Олимпиада Ивановна, которая недолюбливала её за частое отсутствие второй обуви. Сколько ей сейчас? Наверное, спрашивать об этом даже себя было бессмысленно: в 1986 году Олимпиаде Ивановне было уже под 80 лет…

— Милая, ты что? — неожиданно спросила Анна Александровна, чуть не споткнувшись о внезапно остановившуюся дочь.