Неукротимый Бастард 3 (СИ) - Измайлов Сергей - Страница 36

Несколько человек невольно улыбнулись.

— Зато честно, — сказал я. — Значит, тебе нужен человек, который будет иногда возвращать тебя в общую картину боя.

— Например, пинком? — оживился Дмитрий.

— Если понадобится, то и пинком, — улыбнулся я, за столом раздался смех, напряжение немного спало.

Я тем временем посмотрел на Софью.

— А ты что скажешь?

Девушка ответила почти сразу.

— Порой я слишком долго принимала решения, — произнесла она, как на исповеди. — Несколько раз могла раньше изменить рельеф или атаковать. Но до последнего сомневалась, в итоге опаздывала.

— Осторожность — очень хорошее качество, — сказал я. — Но иногда промедление опаснее ошибки, особенно, когда рядом боевые товарищи, которые могут из-за этого просто погибнуть.

Девушка задумчиво опустила взгляд.

— Да… Наверное, ты прав.

— Никодим? — переключился я на следующего.

Парень немного помолчал.

— Всё время ждал, что сделает противник, — признался он. — Думал, чем я смогу ответить вместо того, чтобы проявить инициативу и самому заставить его играть по моим правилам.

— Вот это уже очень важный вывод, — я довольно улыбнулся. — Хороший защитник не только принимает удар, он ещё и навязывает противнику неудобные условия, чтобы помешать его атаке или защите.

Никодим кивнул уже гораздо увереннее. Я посмотрел на Евдокию, она вздохнула.

— Мне всё время казалось, что я не успеваю помочь всем, — честно призналась девушка. — Хотелось прикрыть каждого. Иногда понимала, где нужно поставить защиту, но понимала это порой слишком поздно.

— И всё равно несколько раз ты нас здорово выручила, — заметил Никодим.

— Но этого мало, — сказала девушка, обернувшись к нему с благодарной улыбкой.

— Для первой совместной тренировки ты сработала очень даже неплохо, — спокойно сказал я. — Просто нужно понять, кому помощь нужнее именно сейчас. Одновременно быть везде невозможно.

Евдокия облегчённо кивнула, последней должна была поделиться впечатлениями Анастасия. Она долго молчала, словно подбирая слова, потом тихо сказала:

— Мне кажется, я поняла главную проблему, — она внимательно посмотрела на меня, словно спрашивая разрешения продолжить.

Все посмотрели на неё, я кивнул.

— Мы всё время думали каждый о своей стихии, — сказала она и ненадолго замолчала. — А должны были думать обо всём отряде.

Наступила короткая тишина, я невольно улыбнулся, именно этого вывода я ждал.

— Золотые слова, — сказал я. — Именно так.

Я решительно поднялся из-за стола, сходил в свою комнату за писчими принадлежностями и вернулся обратно, поставив на стол чернильницу, рядом расположились несколько листов чистой бумаги и перо.

Усевшись поудобнее, я принялся рисовать боевые схемы. Наблюдая за мной, никто не произнёс ни слова, было слышно только лёгкое поскрипывание пера по бумаге.

Несколькими уверенными линиями я обозначил позиции бойцов, кружками отметил каждого из нас и подписал, отдельными значками обозначил стихии. Стрелками показал направления движения. Когда закончил, подвинул лист в центр стола.

— Смотрите сюда, — сказал я, окинув всех взглядом.

Все одновременно наклонились вперёд, даже Марк смотрел очень внимательно и уже давно перестал шутить. Я поймал себя на мысли, что сейчас никто уже не воспринимает происходящее как обычный разговор после тренировки, все действительно пытались понять, как стать сильнее.

Я ещё раз обвёл взглядом ребят, чтобы убедиться, что все готовы слушать.

— Первое правило, которое мы должны чётко усвоить, — начал я, возвращаясь к схеме. — Никто никогда не сражается в одиночку. Даже если кажется, что рядом никого нет, рядом всё равно должен быть тот, кто прикрывает, — я жирнее провёл на листе две линии. — Представьте, что это наши порядки. Передняя линия и задняя.

На первой линии я уже поставил кружки с именами Евдокии, Софьи, Никодима и Анастасии. Чуть позади обозначил себя, Дмитрия, Марка и Илью.

— Почему именно так? — сразу спросил Дмитрий.

— Потому что первая линия не должна быть самой сильной в атаке, — пояснил я. — Однако, с момента начала сражения она должна прожить дольше остальных. Её задача — не дать врагу добраться до тех, кто наносит основной урон с расстояния, — я посмотрел на Илью. — Ты самый быстрый, но не для того, чтобы убегать вперёд, а для того, чтобы закрывать опасные направления. Где появляется брешь или враг переходит в массированную атаку — ты уже там.

Парень серьёзно кивнул.

— Софья и Анастасия управляют землёй, — продолжил я. — Вы должны менять саму арену. Вовсе не обязательно попадать камнями по врагу, иногда достаточно заставить его сделать лишний шаг не в ту сторону.

— Или споткнуться, — улыбнулась Софья.

— Совершенно верно, — кивнул я и поставил на схеме несколько коротких линий. — Представьте, что противник бежит сюда, — я ткнул пером. — Перед ним внезапно появляется земляной вал, ему приходится остановиться, именно в этот момент Дмитрий накрывает участок огнём.

Перо переместилось дальше, а я продолжал:

— Противник уходит в сторону, но туда уже летят камни Софьи, разогнанные моей воздушной волной, — я начертил стрелку. — Те, кто успел уклониться, — новая стрелка, — натыкаются на воду Никодима, — я перевёл взгляд на Илью. — И вот теперь наступает твоя очередь.

— Молния по воде, — сразу понял он.

— Да! — воскликнул я, хлопнув в ладоши.

— Красиво, — протянул Марк.

— Будет красиво, если это получится так, как задумано, — усмехнулся я. — А получится только тогда, когда каждый будет знать, что делают остальные.

Я снова обмакнул перо в чернила.

— Теперь самое важное, — продолжил я, на листе появились тонкие стрелки между всеми кружками. — Каждый отвечает не только за себя, — я соединил линиями соседние позиции. — Каждый обязан знать, кто прикрывает его и кого прикрывает он сам.

Я поставил точку возле имени Дмитрия.

— Допустим, Дмитрий увлёкся атакой, — перо скользнуло к имени Ильи. — Тогда Илья уже должен видеть, что его прикрытие ослабло, — ещё одна стрелка. — А я должен видеть обоих.

— Получается цепочка, — тихо сказал Никодим.

— Именно.

Я обвёл весь схематичный рисунок будущего боевого построения.

— Пока каждый отвечает только за себя — нас восемь человек, — я сделал небольшую паузу. — Как только каждый начинает отвечать ещё и за товарища — появляется единый отряд, который гораздо мощнее, чем восемь человек по отдельности.

За столом воцарилась тишина.

— Теперь оборона, — тем временем продолжил я. На схеме появилась дуга. — Самая большая ошибка — думать, что защищаются только защитники, — я покачал головой. — Нет, это не так, защищаются абсолютно все.

— Даже мы? — удивился Марк.

— Особенно вы, — я посмотрел ему прямо в глаза. — Если ты вдруг увидишь, что противник сейчас ударит по Дмитрию, а у тебя есть возможность сбить атаку огнём, то это тоже защита.

Я перевёл взгляд на Евдокию.

— Если ты заранее понимаешь, где через несколько секунд окажется наш боец, ты можешь вырастить защитную лозу не после удара по нему, а до него или почти одновременно, возможно, прикрывая его перемещение, предотвратив потерю члена команды.

Девушка задумчиво кивнула.

— То есть ставить защиту не от летящих в него камней и молний, — на лице девушки появилась довольная улыбка понимания. — А ещё до того, как нападение произошло.

— Именно так! — поддержал я и снова повернулся к схеме. — Если кто-то выбыл из строя, — я перечеркнул один кружок. — Строй не должен рассыпаться, — вместо зачёркнутого кружка нарисовал новый. — Ближайший человек занимает его место. Никакой паники, никаких криков или попыток всей толпой спасать одного, потому что именно этого и будет ждать противник. Спасением, если это ещё уместно, должен заниматься кто-то один, а кто-то должен их прикрыть.

— А если упал ты? — неожиданно спросил Марк, посмотрев на меня округлившимися от собственного предположения глазами.