Беги за мёртвым кроликом (СИ) - Иевлев Павел Сергеевич - Страница 77

Владение в QBism-обществе не является маркером статуса, избавив население от чрезмерного обременения имуществом. Это повысило операционный комфорт, то есть возможность быстро решать бытовые и рабочие задачи. Вещь во владении требует расхода личного ресурса, за ней надо ухаживать, её надо охранять, обновлять, содержать в порядке. Чем больше вещей, тем более существенная часть времени и сил на это уходит. Только отказавшись от накопления люди смогли оценить, какое серьёзное фоновое напряжение за этим стояло. Избыточное владение создает априоры, замедляющие обновление через привязку агента к сохранению прошлого состояния.

Переход от гедонистической модели благополучия (основанной на обладании и потреблении) к эвдемонической, основанной на развитии агента как операционной единицы, сделал агентную траекторию более гибкой.

Белка и настоящее счастье

Сказка из методического пособия «QBism для самых маленьких»

— Вот теперь я счастлива! — сказала Белка.

Она лежала кверху сытым пузиком на мягком мху и обнимала надкусанный орех. Тот был очень вкусным, но есть уже не хотелось. Друзья в этот день нашли отличное место, где было много вкусной еды, налопались от души и теперь отдыхали.

— А что значит «счастлива»? — спросил Ëжик.

Он тоже неплохо перекусил и чувствовал себя прекрасно.

— Счастье — это когда всё есть и ничего не хочется! — заявил Кролик. — У меня вот ещё две кучки ягод, но я больше ни кусочка слопать не могу! Значит, я счастлив!

— Ну, не знаю... — сказал Ëжик задумчиво. — Мне кажется, что счастье это не про еду.

— А разве ты не счастлив, когда сыт, тепло, хорошая погода, мягкий мох? — спросила его белка.

— Мне кажется, я просто наелся и лежу. Это приятно, но неинтересно.

— А счастье — это когда интересно? — удивился Кролик.

— Наверное, да, — ответил Ëжик. — Мне было весело, когда мы искали эту поляну. Мы увидели столько всего нового в лесу! Мне было интересно болтать с вами по дороге сюда. Мне было приятно собирать лакомства, чтобы я угостил вас, а вы меня. Было здорово вместе их есть, делясь самыми вкусными кусочками. Было очень смешно, когда Белка подсунула Кролику пустую скорлупу вместо ореха, а Кролик в ответ намазал ей нос малиновым соком. Вот это было счастье, а сейчас я всего лишь сытый и мне всё лень.

— Как странно, — сказал Кролик, подумав. — Теперь мне тоже кажется, что в моём счастье чего-то не хватает. Ощущение от полного животика приятное, но оно пройдёт и ничем не запомнится.

— Верно, — согласилась Белка. — В лесу много еды, и мы много раз бывали сытыми, но вспоминается не это, а то, как мы играли, обсуждали важные вещи, изучали лес, искали новые места, стоили шалаш...

— Именно! — подскочил Кролик. — Мы счастливы, когда делаем что-то такое, о чём интересно вспоминать!

— Когда наелись, мы просто набили животы, и всё, — согласился с ним Ëжик. — А когда что-то узнали, нашли или сделали, то становится по-настоящему приятно.

— Я поняла, — сказала Белка. — Счастье — это что-то, о чём ты будешь вспоминать и снова становиться счастливым от того, что в твоей жизни это было.

Методическое разъяснение для педагогов ДОУ

Эта сказка помогает детям различить два разных вида счастья, которые в жизни часто смешиваются.

Первый тип — это удовольствие от комфорта и насыщения. Когда ребёнок наелся, ему тепло и спокойно, возникает приятное состояние. В сказке это состояние переживают Белка и Кролик после сытого обеда на поляне. Такое чувство естественно и важно для жизни, но оно быстро проходит и почти не оставляет воспоминаний.

Второй тип — это радость от действия, открытия и совместного опыта. Ёжик вспоминает то, как друзья искали поляну, разговаривали по дороге, делились лакомствами, шутили и строили шалаш. Именно эти события становятся настоящими воспоминаниями, к которым приятно возвращаться.

В QBism-подходе это можно объяснить так: ценность возникает не из обладания вещами, а из взаимодействия с миром. Когда субъект действует, исследует, разговаривает, делится опытом, он обновляет своё понимание мира и создаёт события, которые становятся частью его жизни.

Поэтому в сказке зверята постепенно приходят к выводу, что простая сытость — это лишь кратковременное удовольствие, а настоящее счастье связано с интересной деятельностью, общением и совместным опытом.

Для детей это важное различие: сиюминутно приятное не оставляет следа. Настоящее счастье связано с тем, что мы делаем вместе и что остаётся в памяти. Эвдемоническое счастье не отрицает гедонистической радости, но оно глубже, важнее и устойчивее.

Вопросы для обсуждения с детьми

1. Вопросы на запоминание сюжета

* Почему Белка сначала сказала, что она счастлива?

* Что делали зверята перед тем, как лечь отдыхать?

* Почему Ёжик начал сомневаться, что это и есть счастье?

* Какие события зверята назвали весёлыми и интересными?

2. Вопросы на понимание ситуации

* Почему сытость приятна, но быстро проходит?

* Почему воспоминания о приключениях остаются надолго?

* Что делает день по-настоящему интересным?

* Когда вы чувствуете себя просто довольными?

* А когда вам по-настоящему интересно и радостно?

* Что вы чаще вспоминаете — вкусную еду или интересные события?

3. Вопросы, стимулирующие перенос нарратива в жизненный опыт

* Что вам больше нравится: просто лежать и отдыхать или играть с друзьями?

* Какой день вы бы запомнили лучше: когда вы просто отдыхали или когда что-­то делали вместе?

4. Финальный вопрос-обобщение

* Что такое настоящее счастье?

Подсказка для педагога

Дети должны подойти к выводу: настоящее счастье — это не приятные ощущения, а интересная жизнь, в которой есть друзья, открытия и совместные дела.

Глава 26. Феномен трансгенерационной автономии

Исключение поколенческого шаблона из операционного контура общества

Исследование QBism aposteriori Co

Наблюдаемый в QBism-обществе феномен так называемой «трансгенерационной автономии» (выпадение родительской информации из повседневного когнитивного контура), привёл к изменению в структуре операционной идентичности молодёжи. По данным цифровых опросов, более 70 % респондентов не оперируют фактом наличия родителей. Наблюдается отсутствие функциональной значимости родительских фигур в спонтанных нарративах, эмоциональных воспоминаниях и мотивах принятия решений.

Информация легко вспоминается при наводящих вопросах, респонденты уверенно помнят имена родителей, чуть менее уверенно — возраст, со значительной долей неопределённости — род занятий, однозначно опознают их на фото и видео. Однако этот паттерн не включён в операционный слой личности молодых людей, то есть не участвует в формировании ожиданий, не используется для самооценки и не влияет на социальные роли. Трансгенерационные связи не активируются в актуальном контексте, принимаемые решения не соотносятся с оценками представителей старшего поколения.