Венеция. История воды и суши - Маньо Алессандро Мардзо - Страница 69

Однако идиллия длилась недолго. Новая утвержденная Константинополем конституция закрепляла власть исключительно за аристократией. На Кефалонии и Закинфе случились кровавые столкновения между знатью и простым народом, причем второй остров объявил о своей независимости благодаря вмешательству бывшего офицера королевского военно-морского флота Британии Джеймса Калландера, который поддержал народ во главе с Антонио Мартиненго, чье имя также звучит очень по-венециански.

Тем временем в марте 1801 года в Санкт-Петербурге был убит император Павел I, на смену которому пришел Александр I. Посланником в Республику Семи Соединенных Островов был отправлен граф Георгий Мочениго, сын Деметрио Мочениго, бывшего венецианского патриция, перешедшего на службу русскому императору и ставшего офицером царской армии. Прошло несколько месяцев, и в августе в результате поражений, нанесенных Наполеоном, русско-турецкий флот оставил архипелаг. Начались междоусобицы, Спиридион Теотоки взял ситуацию в свои руки. Он издал новую конституцию, которая стала уже третьей за короткий период времени.

События развивались стремительно. Сначала появились британские корабли, потом — французские, затем — снова русские и турецкие. Георгий Мочениго был назначен русским посланником на острове Корфу, но на самом деле он являлся полномочным представителем царя и вел себя соответствующим образом.

16 октября 1803 года состоялись выборы в законодательную ассамблею, и в тот же день родилось независимое греческое государство. Через месяц умер Спиридион Теотоки. Похоронную речь читал Иоанн Каподистрия, восходящая звезда Республики Семи Соединенных Островов. Он был сыном графа Антонмарии Каподистрии, родился в 1776 году венецианским подданным, окончил медицинский факультет Падуанского университета, стал секретарем Сената, затем — министром республики, возглавлял восстание против османов, а после аннексии архипелага Францией уехал в Россию, где дослужился до назначения на должность министра иностранных дел и представлял русского императора на Венском конгрессе. Он стал первым президентом независимой Греции (1828) и был убит в октябре 1831 года в Нафплионе, в то время столице Греции, братом и сыном одного греческого принца, которого Каподистрия посадил в тюрьму.

Томас Лоуренс. «Портрет Иоанна Каподистрии». 1810-е

Но вернемся немного назад. Судьба Республики Семи Соединенных Островов зависела от европейской политики, определяемой победами и поражениями Наполеона, хотя точкой отсчета всегда оставалась Российская империя, которая сделала Корфу своей передовой базой на Средиземном море. После Аустерлица (1805) острова оказались меж двух огней: с одной стороны — находящаяся в руках французов Италия, с другой — принадлежащий османам Эпир. Когда турки захватили Лефкас, командующий Георгий Мочениго отправил на защиту острова Иоанна Каподистрию. Именно тогда у него возникла идея освободить всю Грецию.

Судьба республики, однако, решалась не в Средиземном море, а в районе Балтики. В июне 1807 года французы нанесли разгромное поражение русской армии под Фридландом, недалеко от сегодняшнего Калининграда (немецкое название этого города, в котором родился Иммануил Кант, — Кёнигсберг). В начале июля Наполеон Бонапарт и Александр I подписали мирный договор, обменявшись территориями: России отошла Финляндия, а французам — Ионические острова.

11 августа 1807 года Георгий Мочениго сообщил Сенату о переходе островов под контроль французов, которые оставались на Корфу восемь лет; на других островах они пробыли всего пару лет.

В октябре 1809 года британский Средиземноморский флот под командованием адмирала Катберта Коллингвуда завоевал Закинф. В следующие два месяца были захвачены Кефалония, Итака, Китира и Лефкос. В тот момент британцы отказались от завоевания Корфу, но всего через несколько лет остров сам упал им в руки: в 1814 году дипломатический представитель Франции, которая вновь стала монархией, передал Корфу английскому генерал-лейтенанту сэру Джеймсу Кэмпбеллу. В седьмой раз за 17 лет острова поменяли хозяина, но на этот раз пришвартовавшиеся в гавани корабли британского флота останутся там на полвека. После Венского конгресса архипелаг стал британским протекторатом, то есть Лондон определял внешнюю и оборонную политику островов, но в остальном они имели полную автономию. Соединенные Штаты Ионических Островов просуществовали до 19 марта 1864 года, когда Лондон передал острова Греции.

А Венеция тем временем превратилась в австрийский город.

Глава 18

АВСТРИЯ ЛЮБИЛА ПОРЯДОК

Габсбургский город, Лисса и передача Италии

Форт Маргера

В 1848–1849 годах укрепления форта Маргера несколько месяцев выдерживали натиск австрийцев. Именно отсюда была осуществлена вылазка, позволившая занять Местре. Однако в конце мая 1849 года восставшие были вынуждены вернуться обратно в крепость, а затем оставить и ее. Защитников форта было 2,5 тысячи, а австрийцев — 30 тысяч, включая завербованный в Вероне батальон.

Эта крепость является одним из главных памятников тех времен, когда Венеция находилась под властью Габсбургов. Еще одним историческим памятником того времени мог бы быть железнодорожный вокзал, который начали строить в 1860 году, снеся церковь Санта-Лучия и другие строения, однако его перестроили в 1936 году. Прилегающее к вокзалу здание (сегодня здесь находится администрация региона Венето) очевидным образом отсылает к стилю Габсбургов, хотя и оно было частично перестроено и перекрашено в розовый пастельный цвет вместо изначального желтого, который характерен для всех казенных административных зданий двуединой монархии от Тренто до Львова. Рядом с фортом проходит железнодорожный мост через лагуну (1846), но и это сооружение австрийских времен частично заслонено автомобильным мостом постройки 1930-х годов и дублирующим его железнодорожным — 1970-х.

Сегодня форт Маргера — не только музей под открытым небом, но и пространство для отдыха

Нельзя сказать, что форт сохранился нетронутым: итальянская армия использовала его вплоть до 1995 года, сначала для артиллерии, а затем как склад в цепочке снабжения. В центре площадки, которая выходит в сторону лагуны, и сегодня возвышается выкрашенная в оливково-зеленый цвет башня со сторожевой будкой у основания и мощным маяком на крытой платформе в верхней части. Она рассказывает о тех временах, когда вооруженные ружьями солдаты сторожевой гвардии часами наблюдали за окрестностями. С внешней стороны вдоль рва еще можно увидеть старые желтые таблички с надписью «Зона вооруженного наблюдения». Но волноваться не стоит: сегодня здесь разводят огонь лишь для того, чтобы пожарить на гриле колбаски и свиные ребра.

Строительство форта в 1805 году начали французы, достроен он был австрийцами. Крепость возвели в Маргере, небольшом местечке с церковью, жилыми домами и таможенными зданиями; название еще больше века использовалось для обозначения нового промышленного поселения вдоль железнодорожного полотна. Следы бывшей деревушки обнаруживаются в одном из первых зданий при входе, которое странным образом стоит на трех арочных сводах. Это то, что осталось от моста XVI века через канал Сальсо, который был засыпан землей при строительстве форта. Вместо него вырыли двойной ров вокруг двух концентрических островков, образующих укрепление. Австрийцы решили не разрушать мост, а построить прямо на нем здание из красных кирпичей, цвет которых выделяется на фоне более бледного кирпича, использовавшегося тремя веками ранее.

Площадь форта Маргера составляет 44 гектара. На территории находится более сотни различных строений: фортификационные сооружения, башни, пороховые арсеналы, батареи. Здесь были французские пороховые склады и склады итальянской армии. Восстановлена только ближайшая ко входу часть: справа располагается музей, а слева — различные здания и заведения, необходимые для сегодняшней жизни этого пространства. Помимо колбасных лавок есть концертная сцена, игровая зона для детей, а дальше — множество обустроенных волонтерами кошачьих домиков, прямо перед бывшими военными зданиями. Обширное пространство в глубине до самой границы лагуны никак не используется. Внутренний ров завален поломанными ветками и обломками бывшей деревянной пристани. С противоположной стороны видны здания, предназначение которых в прошлом понять очень трудно. Чтобы хоть как-то использовать это пространство, здесь обустроили пешеходные и велосипедные дорожки.