Песня штормов. Трилогия (СИ) - Артемьев Роман Г. - Страница 43

— Итак, показывайте, — освободив стол от лишних бумаг, предложил мэтр.

— Прошу, — выложила перед ним несколько заполненных убористым почерком листов Анна. Рядом поставила три стеклянных флакона. — Расчеты и образцы.

Профессор смотрел, считал, хмыкал. Проверил составы из флаконов, пролив несколько капель каждого на припасенную деревяшку, одобрительно покивал головой. Ученица постоянно что-то изобретала, совершенствовала, не останавливаясь на достигнутом. Не так давно она перебрала свой экипаж, устранив наиболее грубые недоделки, и сейчас экспериментировала с алхимией для внешнего покрытия.

— Какой вы считаете наилучшим?

— Третий номер. Несмотря на относительно долгую сушку, он дешевле остальных.

— Разница не принципиальна. Тем более, если использовать состав в малых объемах.

— Вот как раз об этом я и хотела бы с вами поговорить, наставник, — вздохнула Анна. — Мне нужен совет. Мнение человека, разбирающегося не только в магических науках, но и в более приземленных аспектах бытия. Сама я, увы, недостаточно опытна, и не обладаю должными знаниями.

Профессор поощрительно улыбнулся:

— Вам не нужно стесняться, домина Стормсонг! Разве не для того вы и прибыли в сей заповедник знаний среди пустынь дикого варварства, чтобы познавать новое? В помощи вам, вашим коллегам и состоит мой долг. Спрашивайте, не волнуйтесь.

— Как вы знаете, наставник, свой экипаж я изготавливала, используя самые простые преобразования и заклятья, компенсируя недостаток умений силой. Тем не менее, результат был сочтен мной приемлемым, более того — я осмелилась продемонстрировать его высокому собранию профессоров.

— Вы принижаете своё достижение! Некоторые решения, использованные вами, составили бы честь мастерам артефакторики.

— Благодарю, мэтр. Однако я осмелюсь просить беспристрастной оценки: как вы думаете, возможно ли изготовить подобную карету силами слабых одарённых-ремесленников? Вы наверняка знаете, что одаренные, чьих сил не хватает даже на одиннадцатый ранг, часто идут в кузнецы, ювелиры, иные профессии. Смогли бы они, объединив усилия, построить мой экипаж?

— Хм.

Поначалу профессор явно собирался заверить ученицу, что слабосилки при всём желании сравниться с ней не смогут. Помешал рассыпаться в комплиментах серьёзный тон и опыт предыдущего общения с Анной, всегда требовавшей правды, какой бы неприятной оная ни была. Поэтому, отмахнувшись от первого невольного порыва, Бьём задумался над вопросом всерьёз. Вспоминал конструкцию передвижного артефакта, использованные в его создании методы, заклинания, навыки, алхимию и руны… По всему выходило, что ничего особо сложного леди Стормсонг в своём творении не применяла. Конечно, в одиночку никакой слабосилок схожую карету не создал бы, у них тоже есть своя специализация. Но в команде из десяти ремесленников? Почему бы и нет.

Так он и ответил ученице.

— Гильдия каретников Паннонской марки способна собрать подобную команду?

— Вполне, — задумчиво почесал подбородок профессор. Он понял, к чему расспросы. — Вы намерены продать методику?

— Я рассматриваю такую возможность.

— В Австразию?

— Не только. Паннонская гильдия обеспечивает своими изделиями все владения Алого курфюрста, не ограничиваясь Австразией. Однако во Фризию и ряд иных стран их не пускают. Поэтому с Барнской гильдией каретников придётся договариваться отдельно, в чём я рассчитываю на помощь господина декана. Не знаю, как он проведет свою долю — заберет её себе или предпочтёт отдать университету.

Судя по задумчивому кивку, предложение Бьём оценил. А то, что услышанное является ничем иным, как предложением, очевидно. Домина Стормсонг сама, в одиночку, заниматься производством не станет. Не захочет и не сможет, существующие производители не позволят отнять у них кусок хлеба. Вот продать способ изготовления вполне реально. Опять же, самой леди выходить на каретников бессмысленно — методику просто-напросто украдут, или отберут. Поэтому нужен посредник, представитель, который возьмёт на себя функцию общения и пригляда за производством, чтобы обманывали не слишком сильно. Он, Бьём, обладает нужными связями и весом при дворе правителя Австразии, его кинуть не посмеют. Со Штальбюлем ситуация схожая, но не совсем — декан засматривается на пост ректора, и «взнос» в виде доли от выручки за кареты послужит неплохим аргументом за его кандидатуру на следующих выборах.

Им, декану и профессору, пытаться ограбить саму домину бессмысленно. Во-первых, её экипаж весь город видел, авторство даже доказывать не потребуется. Коллеги с удовольствием засвидетельствуют её приоритет. Во-вторых, леди не всё показала, способы изготовления ряда деталей являются её личным секретом. Безусловно, их можно разгадать, но время, время! Тем более что есть в-третьих — она согласна делиться. Так не лучше ли получить синицу в руке, чем охотиться на журавля в небе?

— Вам нужен представитель в Австразии, — перешел маг к конкретике.

Он хотел зафиксировать предложение, чтобы оно прозвучало вслух. Пока что впрямую он ничего не услышал.

— Именно, — согласилась Анна. — Человек, готовый обеспечивать мои интересы, следить за их соблюдением. Если вы согласитесь возложить на себя это бремя, то будет справедливо, если вы станете получать половину от той суммы, на которую удастся уговорить Гильдию. Думаю, их можно убедить выплачивать создателю метода три-четыре процента от стоимости кареты.

Подсчеты Бьём произвел молниеносно. Цены на хорошие, новые кареты начинаются от семисот гульденов, экипажи с магической начинкой стоят ещё дороже. Оценить творение леди Стормсонг сложно, но не менее полутора тысяч. Три процента от стоимости равны сорока пяти гульденам, половина которых пойдёт ему (мэтр уже понимал, что согласится). Знать любит диковинки и комфорт, любит меряться достатком. Поэтому твердо можно сказать, что продадут не один-два экземпляра, а намного больше. В одной столице Бьём сходу был готов назвать пару десятков вельмож, согласных раскошелиться на статусную игрушку.

— Процент отслеживать довольно трудно, — заметил он.

— Зато можно договориться на пожизненные выплаты, — парировала Анна. — Мы с вами — одаренные, нам имеет смысл планировать на долгий срок. Конечно, всё в руках Создателя, и неизвестно, когда он призовет нас к своему престолу. Однако почему бы не предусмотреть фиксированный первый взнос, или прописать количество лет, или придумать что-то ещё?

— Действительно.

Ещё немного подумав, Бьём чуть заметно кивнул. Да, он примет предложение домины Стормсонг. Конечно, первое время придётся похлопотать… Отдача того стоит. Он уже примерно представлял, к кому подойдёт в столице Австразии, кого попросит о помощи в организации, чем расплатится за содействие. Прибыль всё равно обещает быть неплохой, поэтому имеет смысл слегка напрячься. Тем более что и другие дела есть.

Переговоры со Штальбюлем, за исключением пары нюансов, прошли схожим образом и закончились тем же результатом. Анна, в общем-то, в исходе почти не сомневалась. Почти — потому что люди нелогичны и жадны, они часто действуют нерационально. С какой стороны ни посмотри, профессорам выгодно честно сотрудничать, ведь в придачу к деньгам они получат уважение и благодарность будущего мастера. В том, что Стормсонг далеко пойдёт, никто из преподавательского состава сомнений не испытывал. Но жажда наживы способна пересилить любые аргументы, поэтому девушка обоснованно испытывала опасения.

После подписания в церкви полюбовного согласия о намерениях тревога утихла, пусть и не до конца. Как бы то ни было, всё возможное сделано, остаётся ждать. И собирать вещи, которых оказалось неожиданно много — обросли за четыре месяца без малого.

С отъездом возникла неожиданная проблема. Сэр Джон в Букель приехал на лошади, а животинка, при всех её достоинствах, долго поддерживать скорость чародейного экипажа не смогла бы. Расставаться с полюбившейся коняжкой мужчина не захотел, да и в принципе посматривал на карету с легким подозрением, поэтому решили, что на виллу он попадет своим ходом. То есть дорога у него займёт в лучшем случае дня четыре. Зимнее время и наступившие морозы срок путешествий и сокращали, и увеличивали одновременно. Сокращали, потому что позволяли передвигаться по замерзшим рекам и каналам; замедляли благодаря снегу и заносам.