Песня штормов. Трилогия (СИ) - Артемьев Роман Г. - Страница 18

— Им нет смысла оставаться в Придии. Жили мы в поместье, о его текущем состоянии вы знаете. Идти кому-то на службу? Мы двести лет служим Стормсонгам, и намерены служить дальше. Уверен, миледи, вы справитесь с любыми трудностями.

— Мне бы твою уверенность, Ральф, — улыбнувшись, пробормотала Анна.

Слова старого управляющего были ей приятны.

Ральф, человек многоопытный, быстро взял поместье в свои руки. Незаметно отчистились от слоя пыли закрытые комнаты, засверкали натертые воском полы, рабочие перекрыли прохудившуюся в двух местах крышу. Захватившие участки земли под свои поля фермеры осознали, что платить арендную плату всё-таки нужно. Из деревни каждое утро начал приезжать молочник, в отремонтированном птичнике заквохтали молоденькие несушки, управляющий приглядывался к окружавшей виллу каменной ограде и прикидывал, ремонтировать её своими силами или нанять каменщиков в городе.

Единственное небольшое разногласие возникло из-за покупки лошадей.

— Может, всё-таки купим обычную карету, миледи? Со всем уважением к вашим умениям.

— Я хочу приехать в Букель именно на ней, — кивнула Анна на сверкающую черным лаком четырёхколесную повозку невиданного облика. Небольшую, высотой девушке до живота. — На полноразмерном оригинале, я имею в виду. Университет предъявляет к студиозусам довольно жесткие требования, которые мне не подходят. Для торговли с администрацией потребуются веские аргументы! Карета-артефакт собственной разработки может послужить одним из них… Чуть ли не единственным.

— До Букеля четыре дня пути, — намекнул Ральф. — Уверены, что ваше творение выдержит дорогу?

— Для проверки Род погоняет её по окрестностям.

О создании аналога автомобиля Анна задумалась едва ли не с момента выхода из комы, очень уж её впечатлила поездка по городу. А ведь улицы столицы мостились камнем, и карету барон Торнтон купил хорошую, не экономя на себе. Позднее, по мере углубления в вопрос, мечта превратилась в цель. Девушка пришла к выводу, что идея исполнима, только требуется тщательно продумать конструкцию и подтянуть кое-какие навыки. Именно этим она и занималась в доме дяди и тёти, упорно отрабатывая детали будущего проекта.

Первоначально, когда идея пришла ей в голову, она засомневалась. Однако чужая память подкинула свои-не свои воспоминания о машинах начала двадцатого века, что бы это не значило, и Анна решилась. Когда по твоей воле металл ведет себя подобно пластилину, многое становится возможно. Да, получилось не всё из задуманного, но даже так её творение, — в теории — превосходило подавляющее большинство карет, доступных аристократам. Так ли оно на практике, скоро станет понятно.

Зачем? Во-первых, комфорт. Во-вторых, Ральфу она сказала правду — имея за душой лично изготовленный артефакт, договариваться с учителями проще. Но главное всё-таки, в-третьих. Она надеялась продать идею каретникам за круглую сумму, либо организовать собственное производство, благо, во Фризии имелось достаточно слабеньких магов первой ступени, желающих подзаработать. Потенциальных покупателей тоже хватало, страна и сама богатая, и стоит на перекрестке торговых путей. Многие готовы расстаться с деньгами ради скорости путешествий и удобства.

Как ни странно, магические средства передвижения встречались нечасто. Дело даже не в том, что одаренных мало — делать не умели. Мастера тщательно охраняли свои секреты, поэтому ездящие без лошадей повозки, корабли без весел и парусов, или, в редчайших случаях, летающие по небу лодки всякий раз создавались едва ли не с нуля. По индивидуальному проекту, под конкретного заказчика. Владели ими, соответственно, или очень сильные маги, или люди сказочно богатые. Анна тоже не собиралась делиться личными разработками, однако планировала получить с них выгоду. Ей нужен отряд! Или хотя бы деньги для найма убийцы, способного достать Хали.

Как ни странно, собранная первой модель бодро ездила по двору, причем особого труда разработка не доставила. Единственная серьёзная сложность возникла при создании движителя, но даже с ним Анна справилась. Вроде бы. Надо проверять. Ещё не нашлось аналога резины, изготовить её извращенный заменитель помогла алхимия. А ведь если бы не разрешение пользоваться книгами из библиотеки Торнтонов, знаний бы ей не хватило.

Леди Стормсонг снова почувствовала стыд за свои не озвученные подозрения. В очередной раз за прошедшие два месяца.

Центральное здание виллы было двухэтажным и не очень большим, поэтому Род и семья Ральфа поселились в двух флигельках. Для нужд одной Анны места более, чем хватало, она даже не сочла нужным как-то менять внутреннее устройство. Кабинет остался кабинетом. Девушка полюбила работать в нём, тренируя что-нибудь безопасное или просматривая доставленные почтой бумаги. Окна выходили во внутренний двор, она слышала разговоры прислуги, громкий голос раздающего указания Ральфа, другие звуки, расслаблявшие и настраивавшие на мирный лад.

Люди успокоились, расслабились. В Линадайне тот же Род напоминал туго сжатую пружину, мгновенно вспыхивал, огрызался на мягчайший словесный укол. Сейчас, когда у него появился дом, впереди маячили кое-какие перспективы, а леди-сюзерен и дядя твердо пообещали, что ещё вернутся в Уинби, пацан взрываться перестал. Зато отчаянно занимался боёвкой, до изнеможения отрабатывая известные ему навыки и заклятья. Анна ему даже однажды попеняла:

— Когда дядя Джон вернётся, он тебе выволочку устроит. Не работаешь над основой!

— Это важнее, — хмуро ответил подросток.

— Как сказать, — непритворно задумалась леди. — Лишних дисциплин в базе нет. Консиенция для заклятий необходима. На воинской ступени, возможно, разница не слишком заметна, но рыцарь обязан уметь держать сразу два заклинания. Без навыка консиенции он разделить сознание на два потока не сможет. Биомантия поможет эффективнее направлять чару в теле, отсюда рост выносливости и ловкости. Медитация улучшает поглощение силы и укрепляет духовное тело. Да, да! Конечно, фон здесь бедный. Ну так и надо заниматься, чтобы привыкать с ним работать.

— Успею ещё.

— Смотри. Тебя предупредили.

Нянчиться с Родом она не собиралась. Все мальчишки поголовно увлекались заклятьями и чистой боёвкой, забывая об основах. Перебесится, или дядя по башке настучит. Сама она сожалела, что в сутках всего двадцать четыре часа, и не знала, за что первое хвататься. Свободное время практически отсутствовало, порой даже за утренней трапезой приходилось решать какие-то вопросы. То новости из Аутрагела придут, то ночью рядом с виллой видели подозрительных людей, то Мэри подерется с Ханной, горничной из фризов.

— Пару псов купим, — леди с силой сдавила переносицу. — И, пожалуй, я попробую вырастить нечто из арсенала госпожи Хелены, высадим вдоль ограды. Мэри! Чего вы с Ханной не поделили? Ты даже языка её не знаешь!

— Дура она, — ответила служанка. — Решила, я её жениха отбиваю. Нужен он мне! А язык я учу, надо ж с местными как-то объясняться.

— Получается?

— Будьте покойны, миледи! Не такой уж он и сложный.

Наученная горьким опытом, Анна внимательно следила за душевным состоянием окружения. Ещё один предатель ей совсем не нужен. Она помнила, как по доносам слуг арестовывали господ, и как в её дом пришли казавшиеся верными вассалы. Поэтому её радовал Ральф, приехавший не в одиночку — значит, он связывает будущее со Стормсонгами, на него можно положиться. Она поддерживала (до определенной степени, фанатик ей не нужен) подростковую горячность Рода в его желании отомстить. Часто давала мелкие поручения Мэри, чтобы та больше общалась с местными и врастала в новую жизнь, тем самым быстрее забывая о прошлой. Тем более что забот хватало.

Статус, принадлежность к высшему классу диктует условности поведения, права и обязанности. Стормсонги жили в Придии, и из поколения в поколение являлись подданными придийского государя, до тех пор, пока не осталась одна Анна. Она присяги не приносила, однако оставалась дворянкой, причем из древнего рода с титулом, её отец был бароном. Иными словами, аристократкой. Присягать убийце отца и брата девушка не собиралась, поэтому у неё оставалось два выхода — либо присягнуть правителю Фризии Альбрехту Третьему, либо переехать в страну с республиканским строем правления. В теории она могла бы продолжать жить во Фризии, не становясь подданной государя, но на практике ей бы никто не позволил.